Безумие Силы

Глава 21. Интеграция

От сильного рывка паучихи во все стороны взметнулся настоящий дождь из всего того, на чём тварь недавно сидела: куча костей, камней и прочего мусора. Глаза же успели различить лишь смазанный от скорости гигантский силуэт, прежде чем чудище наконец приземлилось прямо напротив людоящеров.

«И они думают, что у них есть шансы?!» — я с неверием смотрел, как крошечные на фоне монстра фигуры гуманоидов не дрогнули, не запаниковали, а кинулись в бой. Двое крайних стали быстро обходить тварь с боков, пока передние… Трое оставшихся перед паучихой людоящера внезапно ударили магией, выпустив каждый по мощному огненному потоку, ярко вспыхнувшему во тьме зала. Магия, выпущенная каждым из тройки атаковавших объединилась в один, солидных размеров огненный вал, направленный на конкретную цель.

Арахнид же бросаться в пекло не спешил, но и уйти из под удара уже не успевал. В последний момент тварь крутанулась на месте, подставив под атаку матово-чёрный панцирь. На секунду всё потонуло в раздавшемся невыносимом визге чудовищного монстра, который, видимо, испытывал не самые приятные ощущения от принятия огненного душа.

Пока паучиха бесновалась на месте, а тройка магов копила силы на новый удар, двое зашедших с боков людоящера вступили в бой. Синхронно сблизившись, те даже не стали лупить по защищённой спине монстра или же рисковать, забираясь под брюхо. Нет, вместо этого они ударили по единственной доступной и незащищённой цели — конечностям твари.

Подробностей к сожалению, я не увидел — гигантская паучиха сильно загораживал обзор, а выходить в зал ради того, чтобы удовлетворить свое любопытство я не хотел. Но результат атаки вскоре стал известен.

Монстр оказался не так уж прост, в момент опасности буквально лягнув своими конечностями двух рискнувших подобраться противников. Приём, который я видел в исполнении обычных пауков. Все они пользовалось своими конечностями одинаково, резко выпрямляя в момент атаки на манер копья. Вот только в данном случае была исполинская матка-паучиха, по скорости, длине конечностей и смертоносности многократно превосходящая любого из её меньших собратьев. Даже тот паук у главного входа был сущим ребенком в сравнении с ней. Поэтому ничего удивительного, когда одна из атоковавших фигур, не успев вовремя отскочить, осталась пробитой куклой висеть на одной из задних конечностей.

Впрочем, совсем безрезультатно для нападавших эта атака не прошла — древний паук сбросил пробитое тело людоящера, но в его движениях чувствовалась некоторая скованность. Такая, словно второй гуманоид всё же успел повредить одну из лап чудовища.

Паучиха подобралась для нового прыжка, нацелившись на оставшегося в живых противника, когда в бой снова вступили маги.

Теперь уже три плотных огненных сгустка, с белым ярким свечением в центре. Каждый по отдельности, они ударили в своё место. Первый пришёлся под брюхо монстра, расплескавшись по незащищённому хитином участку, вдобавок задев многострадальные лапы. Второй безрезультатно скользнул по хитину, впрочем совсем немного не достав до морды твари. Неважно, ведь последний, чуть запаздавший сгусток прилетел именно туда. И раздавшийся уже не визг, а самый натуральный рёв, сжигаемого заживо чудовища говорил о том, что ему очень, очень нехорошо!

— Чёрт, а я вас сильно недооценил… — я прикусил губу, ощущая нарастающее желание поучаствовать в вечеринке. Главная опасность, жуткая исполинская паучиха, которой явно не повезло словить сразу три огненных шара — сейчас медленно выбывала из этой игры. А ящеры определённо потратились в плане резерва, это было заметно мне как магу. Желание загрести жар чужими руками и самому добить всех врагов медленно захватывало сознание, и я не мог сказать схожу ли с ума сам или это снова заслуга неизвестной аномалии, находившейся прямо в этом зале.

Однако реальность в лице сражающихся, решила напомнить мне, что пока рано делать какие-либо выводы и рассчитывать на то, что всё само прийдёт в руки явно не стоит.

Беспорядочно закружившись, паучиха попыталась скинуть все ещё не потухшее пламя. И ей это даже удалось, только вряд ли такой манёвр можно было назвать успешным. Сброшенное пламя мигом покрыло пол и стены пещеры там, куда успела сместиться паучиха в момент своего лихорадочного метания. Там, где располагалась паутина и кладки с яйцами. Там, где пламя тут же нашло себе пищу, начав радостно вгрызаться в оказавшийся легкозагорающимся материал. Пока ещё медленно, но верно, огонь стал расползаться по задней части тупикового зала.

— Твою же… — выплюнул я, схватившись за грудь. Резкая и такая знакомая боль в груди подозрительно совпала с новым Зовом. Тот, совсем недавно отпустивший меня, снова ударил по мозгам, вызывая непреодолимое желание ринуться в зал. Впервые за всё время эта связь установилась столь явно и чётко, что я смог отследить местонахождение аномалии. Та самая куча из костей и мусора, на которой раньше сидел подыхающий древний монстр. Там, где-то в глубине и находилось сокровище, взывающее, буквально приказывающее прийти!

«Нет!» — я из последних сил сжал руками голову, пытаясь пересилить ментальное давление, не желая встревать в сомнительную затею. Даже если я уцелею, проскользнув мимо незатихающего пока сражения, как-то контактировать с кипятящей мозги аномалией не входит в мои планы. — «Да где же это грёбаное сообщение!!»

Я мысленно взвыл, взывая к Системе. Ведь предложение о возврате домой всё не появлялось, и я чувствовал как понемногу начинаю сдавать позиции, как моё уже порядком вымотанное сознание продавливается под постоянным давлением. Ещё немного — и я сдамся. Подобно людоящерам кинусь в логово паука, неумолимо превращающееся в пекло.

Пока я продолжал мысленную борьбу, события в зале ускорились ещё сильнее. Паучиха, осознавшая, что её гнезду приходит конец, натурально взбесилась. Не смотря на все повреждения, которые ей успели нанести противники, монстр всё ещё был быстр. Молниеносный рывок к вооруженному кривым мечом людоящеру оборвал его жизнь за мгновение. Изломанное тело полетело прямо в сторону разошедшегося огня, неспеша тянущемуся к центру зала.