Страница 65 из 67
Прошло уже больше года с тех пор, как вы отправили нас на Мнару. Больше года, как мы с Йоханом покинули стены Арденхольма и стали частью этого мира. Я не знаю, прочитаете ли вы это письмо, дойдет ли оно вообще до вас, но я должна его написать, потому что это последнее, что я хочу вам сказать.
Я хочу, чтобы вы знали: я не вернусь. Вы и так это уже знаете, но вряд ли понимаете мои чувства. Я прошу вас больше никогда не вмешиваться в жизнь Мнары. Оставьте нас в покое, пожалуйста. Здесь, на этом континенте, я нашла новый дом, семью, место, где меня принимают такой, какая я есть. Здесь меня не считают расходным материалом.
Мы долго обсуждали с Кайласом, Гарриком, Соулом, Йоханом и остальными, что мы можем сделать для Мнары за то, что она приняла нас в свою семью. По итогу приняли решение отправить вам наши записи, чтобы вы посмотрели на жизнь здесь, и осознали, что вам пора забыть этот архипелаг. Все заключенные здесь просят у вас прощения за войну, что они устроили, но у них не было выбора: надзиратели применяли физическую силу по любым поводам, заключение превратилось в ад, хотя должно было стать актом воспитания и прощения. Они позаботились о телах ваших солдат, а воспоминания их продолжают жить в сознании Звездочёта.
Жизнь здесь цветёт. О, и кстати, я стала учительницей! Но это не значит, что я перестала работать с Кайласом на кухне. А учительницей я стала случайно: я просто помогала Пекке читать. Он очень хотел научиться и постоянно задавал мне тысячу вопросов, на которые я отвечала. Постепенно другие дети тоже начали подходить ко мне, пока я не поняла, что каждый вечер в таверне собирается целая группа детей, которым я рассказываю о чём-то новом.
Теперь я учу их всякому. Они выводят свои первые буквы, и я вижу в их глазах тот же свет, который когда-то горел в моих, когда я была маленькой дриадой, познающей мир вокруг себя. Пекка еще и рисунок нарисовал для меня. На нём были нарисованы: я, он и Кайлас. Он нарисовал меня с огромными рогами и широкой улыбкой, а Кайласа — с хвостом и кухонной лопаткой. Я повесила рисунок на стену в своей комнате.
Иногда мы встречаемся с Йоханом на праздниках или ездим друг к другу в поселения. Во Фроствиге очень холодно, но в зимнее время года, когда моя кожа становится серой — холод мне ни по чем. Кстати, к огру я тоже ходила со своей серой кожей, но он только улыбнулся. Но это уже что-то! Я делаю успехи!
Мы останемся здесь, среди всех тех существ, которые стали нашей семьёй. Я не знаю, что вы решите делать с моим письмом и дневниками. Может, вы прочитаете их и выбросите, но я хочу, чтобы вы знали: я не жалею о своём выборе ни на секунду. Оставьте Мнару в покое, забудьте о её существовании. И я хочу, чтобы вы поняли одну вещь: если вы попытаетесь забрать то, что мы нашли, — вы встретите сопротивление. Мы — свободные существа, которые тоже имеют право на счастье. Вас больше никто не боится.
Мы свободны. Пусть ваша память о нас исчезнет. И пусть мы станем для вас просто историей, которую вы решите забыть.
С искренней надеждой, что вы оставите нас в покое,
Алатея.