Страница 58 из 67
Вагни первый заметил подошедшую Алатею, и сказал, что отойдёт ненадолго, чтобы я спокойно поговорил со своей напарницей. Мы тепло обсудили то, что у каждого из нас произошло за эти месяцы. Проще говоря — я был рад вновь с ней поболтать и узнать, как складывается её жизнь сейчас.
Когда тема о делах насущных исчерпала себя, вернулся заяц и, на удивление, весьма легко влился в наш разговор. Немного погодя, я заметил нечто настораживающие чуть поодаль от нас. Существо, так странно искажающий наш облик в своём теле. Первой моей реакцией было закрыть Алатею и Вагни собой, но благо дриада вовремя меня остановила. Я заметил, что на руках этого самого эхо-человека не было браслетов, значит это не заключённый.
Какого же было моё удивление, когда Алатея и Ральф, так звали этого местного жителя, рассказали куда больше, чем я смог узнать за полгода пребывания здесь. Оказывается, этот мир не ограничивается лишь заключёнными существами, он шире, больше, и просторнее, чем УСИ могут вообще себе представить. Хотя, сдаётся мне, что всё они прекрасно знали, и действовали намеренно.
Я погрузился в свои мысли, и сразу не понял, почему Алатея убежала, а Ральф извинился и тоже удалился. Но зато перед глазами возник огромный, словно скала, огр. Тот самый, что притащил меня на север, я сразу узнал его холодный, полный безразличия взгляд.
— Ох! Здравствуй! Что-то случилось? — я коротко глянул на Вагни, а тот нахмурился, настораживаясь.
— Йохан, тебя ждут на главной площади, — сказал он, и ведь ни один мускул не дрогнул.
— Что? Зачем? — спросил я, чувствуя, как по спине пробегает холод.
Огр не ответил, потянулся ко мне, чтобы, видимо, потащить меня силой, но я ловко увернулся из-под тяжёлых, громадных рук, умудряясь и Вагни схватить за предплечье за собой.
— Понял! Понял! Я иду!
Громила фыркнул и повёл нас в сторону главной площади. Я то и дело поглядывал на зайца, и в его глазах я видел ту же тревогу, что билась в моей груди.
— Мне нужно кое-что проверить, — шепнул он мне, и я вновь хотел его остановить. — Поверь мне, пожалуйста.
Он разжал мою лапу со своего плеча, а после растворился в толпе, будто и не бывало. И я остался один. Огр довёл меня до площади, и каждый шаг становился тяжелее предыдущего. Существа вокруг веселились, но я чувствовал, как воздух вокруг меня становится плотным, душным. Что-то не так, что-то точно случилось. Меня оставили возле возвышения, и я огляделся по сторонам. Все вокруг тоже не понимали, что происходит, и уже шептались о том, не награждать ли меня за что будут.
На виске выступил холодный пот, я инстинктивно обернул хвост вокруг своего пояса, сам того не осознавая, и прижал уши к голове. Пару похлопываний за пазухой говорили обо всём, что здесь происходит.
Дневника нет.
Я посеял чёртов дневник.
Кровь застыла в жилах, и мне стало не хватать воздуха, но я стойко не показывал виду. Мой взгляд наткнулся на довольно ухмыляющегося Фауста, что стоял неподалёку, и от этого стало ещё дурнее.
В горле встал ком, а когда ко мне подвели Алатею, так вообще захотелось выть от нашего шаткого положения.
Нет, нет, нет, всё должно было быть не так! Не сейчас!
— Жители Мнары! — на возвышении стояли мэр Валенсии и Викаса Вакан, что смотрела на меня с холодным разочарованием. Её взгляд проник в самое живое, самое нежное нутро.
О, небеса, как же я облажался!
Дальнейшие слова я слышал будто сквозь плотный стеклянный купол. Они расплывались, становились бесформенным месивом и тянулись так долго, будто прошло несколько десятилетий. Моё тело дрожало, а взгляд был пуст как у, ударившееся смертельно об лёд, рыбы.