Страница 30 из 90
От опушки к пересекающему вырубку тракту, аккурат напротив нас и ворот, шагал к форту, волоча в одной лапе дубину и сжимая в другой большой щит из прекрасно знакомой мне коры дубояра, настоящий хорт-великан, покрытый густым мехом пепельного цвета. Не дойдя до стены шагов семьдесят, гигант остановился и резко вскинул щит, поймав им выпущенную кем-то из наших стрелу.
— Не стрелять! Рано! — гаркнул на торопливого лучника майор.
Гаркнул? Нет. Еле пискнул. Именно такая мысль первой промчалась в моей голове, когда мигом позже по поляне к форту покатился рёв седого хорта. Не голос, а гром. Столь же громкий и столь же рычаще-раскатистый.
— Рашма гах, фаха! Божо го сахаг! Хадрас! То сады дар га!
Проревел, постоял три секунды и вперёд спиной, прикрываясь щитом от возможных стрел, двинулся обратно к лесу. Мы в молчании провожали его взглядами. Ну и здоровенная туша. Даже у такого сутулого башка в двух саженях от земли. Разогнётся, так все три будет в нём. И веса, поди, пудов двадцать, не меньше. По-настоящему старый хорт. Но, что он ревел? И кому?
— Язык хортов? — вопросительно посмотрел я на Гогу.
Но ответил стоявший по-прежнему рядом с нами майор.
— Какой к йоку ещё язык хортов?! — рявкнул сжимающий кулаки имперец. — Не нужны им слова. В башке у них всё, — постучал он себя по лбу.
И только тогда ожили лишённые бровей и ресниц глаза одарённого. Гога вжал свою круглую, похожую на яйцо, голову в плечи и хрипло прошептал:
— Низверженный.. Сам князь тьмы обратился к нам, братья. То не хорт молвил.. Проклятая речь.
И, ещё тише, одними губами добавил:
— Конец нам. Последняя битва. Сбылось предречённое..