Страница 95 из 2287
Через пару минут в зале остались лишь я, три мои советницы, мёртвый великан в одном углу и Шаэль в другом, да брат с сестрой, притащившие с собой проклятый клинок. Парень лежал на полу, сцепив зубы, над ним возилась Кулина. Девушка стояла на коленях и тихо всхлипывала.
— Обычный вердикт за подобный проступок — смерть, — хладнокровно сказала Кас. — Но боюсь, что в данном случае виновник уже понёс наказание.
Я не сразу понял, что она имеет в виду — брат ещё явно был жив. Но через пару секунд дошло.
— Отец этих двоих?
Кас кивнула и взглянула на Луну, которая сидела на корточках возле кинжала, не касаясь его. Оружейница фыркнула.
— Если бы они повздорили до визита в Полночь, кинжал бы продолжил убивать до тех пор, пока не насытится. Скверная штука.
— И сколько бы это продолжалось?
— Как повезёт. От пары домов до десятка деревень, но стоит предполагать худшее.
В таком случае то, что нехороший артефакт попал в замок — далеко не худший вариант. Некрасивый, поскольку покойный батя мог бы и предупредить детей, но всё ещё не худший.
— Я сняла боль и оказала первую помощь, — доложила Кулина. — Но ему надо в лазарет. Срочно!
— Поможешь дотащить?
— Только спустить вниз!
Да блин. Я снова умудрился забыть, что между лазаретом и основной очищенной частью замка существовала промежуточная зона. Коридор, ведущий к колодцу, сам колодец и внутренний двор были недосягаемы ни для Кулины, ни для Терры — иначе бы я мог вызвать её сюда. С другой стороны, сейчас в моём распоряжении были не только советницы, но и иные слуги.
Я снова сел на трон и сосредоточился на ощущении души Полуночи. Привычный «интерфейс» показал, что гостевые покои ещё возводились, а вот частиц больше не осталось. Но сейчас меня интересовали не постройки, а возможности по управлению на расстоянии, которые я раньше не пробовал. В лазарете кроме миниатюрной фигурки Терры располагалась моя новая иссохшая «гвардия» в полном составе — скучающая без дела. Я потянулся к ним силой мысли, и они встрепенулись. Сработало!
Но это было только половина дела, ведь требовалось не просто привести сюда помощников, но и переправить раненного в лазарет. В прошлый раз двух бессознательных танцовщиц я тащил на своём горбу, по очереди, но провернуть такой фокус с парнем с дырой в животе не выйдет. Тогда я сконцентрировал внимание на самой Терре, получив в ответ что-то вроде вопросительного знака, повисшего в пространстве. Говорить я здесь не мог, так что попытался сформировать мысленное изображение раненного альва и необходимых носилок. Вопросительный знак исчез, сменившись молчаливым утверждением — она поняла! Фигурки иссохших завозились с удвоенной силой, собирая необходимые материалы.
Через пять минут я на скорую руку признал слегка оклемавшуюся альвийскую девушку невиновной в произошедшем и отпустил домой, пообещав позаботиться о брате. Ещё через пять минут необычная процессия из меня, Кулины в виде мега-слизи, раненного альва на ней и подошедшей поближе Шаэль отправилась в поход к лазарету. Возле коридора, ведущего в колодец, нас встретили четверо иссохших с импровизированными, но вполне приличными носилками. Кулина передала пациента и отправилась на кухню. В колодце я первым поднялся наверх и подтащил носилки во двор с помощью хитрой конструкции из верёвок. То ли она давно хранилась в лазарете специально для таких случаев, то ли Терра озаботилась уже после очищения.
— Продолжаете приводить пациентов не по плану, Вик?
— Одну по плану, — проворчал я. — А этот случайно подвернулся. С ним не будет проблем?
После короткого осмотра альва Терра заверила меня, что рана чистая, пусть и нанесена колдовским клинком, а внутренности не задеты. Парню понадобится три-четыре дня на восстановление, средства для этого в лазарете имелись. А вот с Шаэль была совсем другая история.
Когда альвийка сняла капюшон, стало ясно, что за неделю её недуг прогрессировал быстрее ожидаемого. Короста красной порчи жуткой маской покрывала почти всё её лицо, за исключением правого глаза и губ. Девушка дрожала, её дыхание было тяжёлым и прерывистым.
— Есть хорошие новости, — сказала Терра, подготавливая чрезвычайно острые на вид инструменты. — Пока она в лазарете, порча остановится, — таково свойство этого места. С помощью простой операции я смогу слегка облегчить положение пациента.
— Как насчёт плохих новостей?
— На этом мои возможности кончаются, и дальнейшая работа ложится в основном на вас.
— Найти ингредиенты?
— В том числе. Но в первую очередь — формулу. В наши дни красная порча считается неизлечимой, хотя технически это неверно. Насколько мне известно, штамм бактерий не мутировал, мы просто потеряли знания о способе борьбы с ними.
— И где мне её искать? — спросил я, догадываясь об ответе.
— Вы ещё не очистили библиотеку?
— Я её даже толком не нашёл.
Помимо неуловимой библиотеки рецепт мог храниться в одном из бесконечных тайников Полуночи на правах сокровища или собственно в сокровищнице, о которой я знал и того меньше. Кроме того оставался совсем уж мизерный шанс выторговать формулу у какого-нибудь гостя, но мне было даже страшно представить необходимую для этого гору драгестола.
Сама Шаэль, несчастная и едва не ослепшая, только и могла, что тихонько благодарить меня с Террой. Порча не успела добраться до её подбородка, и она всё ещё могла играть на скрипке. Леди-вампир посчитала, что это окажет позитивный эффект для выздоровления остальных пациентов.
Оба пациента-альва расположились на кроватях недалеко от бессознательных танцовщиц, их жизням на данный момент ничего не угрожало. Терра вручила мне приготовленные ещё со вчера снадобья. Это было противоядие от шипов, средство против паралича и сыворотка исцеления, работающая примерно в три раза быстрее и эффективнее чем «Зверь в лунном свете» при условии полного освещения. К моему немалому удивлению все средства, различные по цвету, находились в небольших стеклянных шприцах, по три штуки каждого.
В ответ на мой ошарашенный вопрос, почему не бутылочки, Терра лишь изящно выгнула бровь.
— Вы что, боитесь уколов? Лекарство подействует гораздо быстрее, попав напрямую в кровь.
— Я не то что бы боюсь, — осторожно сказал я. — Даже, пожалуй, совсем не боюсь. Но никогда в жизни их себе не ставил.
— И всего-то? Позвольте я вас научу…