Страница 2253 из 2287
– Все позади, – сказала пиратка так, будто первый раз в жизни произносила слова поддержки.
– Где этот гвардеец? – спросила Омарейл, вытирая щеки.
Слезы истерики, в отличие от слез тоски или горя, высыхают быстро.
Пилигрим мрачно взглянул на нее, а затем указал пальцем куда-то в сторону. Там в лодке, мерно качающейся на воде, лежал мужчина. Видно было только синюю форму.
– Он жив? – прохрипела принцесса, догадываясь, каким будет ответ.
Пилигрим покачал головой.
– Пришлось застрелить его, – ответил он, поправляя ремень ружья.
Она нервно сглотнула. Больше всего ее беспокоило то, что ее это не беспокоило.
– Главное, ты очнулась. Хорошо, я знаю, как спасать утопающих, – заявила Буря, и только теперь Омарейл заметила, что та была в мокрой одежде. – Опыта завались.
Ее короткие волосы с белой прядью на челке, блестящие от воды, были зачесаны назад.
– Ты вытащила меня? – уточнила принцесса, но та лишь махнула рукой. – Спасибо.
Еще несколько секунд потребовалось Омарейл, чтобы сформулировать следующий вопрос:
– Как вы здесь оказались?
– Как только Совет закончился, Его Величество отправили меня патрулировать площадь, – ответил Пилигрим. – Решили, что вы там будете, велели найти и охранять. Это я и делал, но, если честно, отвлекся на Ленара. Отвернулся на несколько секунд, а когда повернулся снова, увидел, как этот тип тащит вас к лошади. Бросился следом, но угнаться было трудно. В конце только понял, куда он вас везет, и немного срезал. На пирсе оказался, когда вы уже отплыли, начал искать лодку или Бурю. Но именно сегодня ни лодок, ни Бури…
– Я просто отошла промочить горло, не весь же день мне торчать на воде! – совершенно беззлобно воскликнула пиратка.
– В общем, она вернулась, и мы поплыли следом за вами. Еле успели. Хорошо, что он был на веслах, иначе даже навыки Бури вам бы не помогли.
Повинуясь порыву, Омарейл сгребла обоих за шеи и прижала к себе.
– Спасибо вам! – воскликнула она.
Те промычали что-то невнятное.
– Пилигрим, у тебя есть какие-то указания от папы? – спросила она, отпуская их.
– Приглядывать за тобой. Обеспечивать безопасность.
– Отлично. – Она задумчиво окинула взглядом темную кладку стены. – Тогда у меня есть план.
Омарейл объяснила Пилигриму и Буре, как они могли быстро добраться до моста Солнца, а по нему – до площади Салкан.
– Вам нужно найти родителей. Как можно скорее. Я не знаю, где они сейчас и какие у них планы, но дайте им понять, что я в Орделионе. Нужно, чтобы они приехали сюда. Не дай Совалии Дольвейн повлиять на них. Они не должны передумать.
Пилигрим кивнул.
– Когда будешь уверен, что мама и папа отправились сюда, найди Даррита. Сообщи ему, что произошло. Пускай сам решит, что делать.
Когда помощники оставили ее, Омарейл воспользовалась тайным ходом в Черной башне. Подниматься по узкому каменному коридору в мокрой одежде было холодно, но сердце восторженно билось от осознания, что она оказалась дома.
Принцесса осторожно открыла дверь, ведущую в коридор. Ее трясло от страха и возбуждения, пока она кралась к тому самому портрету, за которым скрывался проход в ее комнату. В замке стояла тишина, время здесь как будто замерло. И казалось, не было этих месяцев вне Орделиона.
Осторожно отодвинув портрет, Омарейл с облегчением обнаружила, что секретный лаз остался нетронутым. Стараясь не шуметь, она пробралась на другую сторону. За портретом деда ее встретила гостиная, точно такая же, какой принцесса оставила ее зимой. Даже картина, которую она написала для Севастьяны, стояла там же, у стены.
В свете, льющемся из окна, медленно кружили пылинки. Омарейл ощутила знакомый запах: она и не знала, что ее комнаты пахли как-то по-особому, но едва вдохнула – вспомнила.
Она заметила старинный дневник принца Вейда, неаккуратно брошенный на ручку кресла корешком вверх. «Май!» – мысленно возмутилась принцесса.
Стараясь ступать тихо, Омарейл проскользнула в приоткрытую дверь и оказалась в спальне. Там за столиком у окна читал Май – принцесса сразу узнала его широкие плечи и золотистые кудри. Ее губы расплылись в улыбке, сердце радостно забилось, грозя выскочить из груди.
Решив сделать другу сюрприз, она на цыпочках подкралась к нему и положила руку на плечо. Реакция оказалась мгновенной: Омарейл даже не успела осознать, что произошло, как Май перекинул ее через плечо и, уложив на пол, придавил ладонью к полу. Встреча с паркетом выбила из принцессы весь воздух, она не могла сделать и вдоха.
– Мираж! – испуганно отпустил ее Май и начал взволнованно пританцовывать вокруг принцессы. – О! Прости! Прости! Я так рад тебя видеть!
Омарейл хотела пошутить: она предпочла бы больше не испытывать на себе его радость. Но дыхания еще не хватало.
Его эмоции – вина, тревога и восторг – ощущались в воздухе.
– Я не знал, что это ты, просто защищался… Никогда так не делай, слышишь?
– Боюсь, даже если захочу, уже не смогу, – наконец выдохнула Омарейл, и Май рассмеялся.
– Я так рад тебя видеть! – повторил он. – Давай помогу.
Он усадил принцессу на кровать, все еще суетясь вокруг.
– Все в порядке, – солгала Омарейл, – кажется, способность дышать возвращается. Ай! А вот на голове, похоже, будет шишка…
– Что ты здесь делаешь? – возбужденно спросил Май, не в силах держать в себе рвущиеся наружу вопросы. – Совет проголосовал против? Это правда? Что теперь делать? У вас с Дарритом есть план? Где Даррит? – Последнее он произнес, резко распрямившись и начав озираться.
Но она понимала, что разговор предстоял длинный, и времени на него пока не было, поэтому пообещала рассказать все позже, а пока…
– Ты сейчас выберешься из комнаты через тайный ход и покинешь Орделион. Но домой тебе идти все еще не стоит, лучше найди Бурю и Пилигрима и держись их. Я дам тебе адрес, по которому они могут находиться. Если не найдешь их, ищи Дана. Главное, помни, если все будет хорошо, я сама с тобой свяжусь и мы разберемся с твоим обвинением. Но все может пойти прахом, и тогда… постарайся избегать Совы.
Омарейл почувствовала, что Май начал волноваться.
– Я надеюсь, что все сложится как надо, – произнесла она, пытаясь успокоить.
Он закачал головой, хотел что-то возразить.
– Я и так доставила тебе слишком много проблем.