Страница 39 из 82
Глава 34.
Глава 34.
На следующее утро я, как примерный работник, рассчитывающий если не на щедрую премию, то хотя бы на похвалу, явилась ровно в восемь. Декан особого восторга от моего появления не испытал и сразу же нагрузил меня работой.
Благо несложной. Я должна была подготовить все необходимое для грядущей практической работы.
После Дотарин поручил мне уборку в другой мастерской.
Следом я снова готовила инструменты и запчасти. Затем снова убирала.
Потом был обед в служебном обеденном зале. Там я познакомилась со стайкой уборщиц, которые с радостью поведали мне все-все сплетни мира в целом и академии в частности.
— А недавно-то что сотворилося-то! — протянула одна из них, смачно пережевывая ватрушку.
— Ч-чт-то? — спросила я.
— Про Божественное Око слыхала?
— М-мож-жет б-бы-быть.
— У… Там в Хрустальной Пещере такое было! Такое учудилось! Сейчас расскажем!
И мне действительно рассказали. Да в таких подробностях, будто уборщицы находились в пещере на момент инцидента. Ходили за участниками Игры по пятам, мыли пол и без конца приговаривали: «Ходють тут всякие! Ходють и ходють! Нет бы ноги вытирать, а они — ходють! Тьфу!».
Короче говоря, я услышала таку-у-ую историю, что на мгновение усомнилась в своей памяти. Вдруг я чего забыла в состоянии аффекта?
— А он ей говорит: «Нет, не делай этого!». А она ему: «Сделаю!». И ка-а-ак сделает! — вещали уборщицы.
— Ч-что с-с-сделает?
— Кристалл разобьет! Ну, они перед этим дрались…
— К-к-кто?..
— Принц и эта, ну как ту звали… Ай, да неважно! Та преступница-артефактор. На тебя, кстати, чем-то похожа.
Уборщицы после этой фразы замерли и пристально в меня вгляделись.
— Да не, — фыркнула другая. — Не похожи. Та повыше была.
— И нос другой.
— И глаза.
— И волосы.
— Не-не, не похожа! Так вот, слушай, что дальше-то было…
А дальше была душещипательная история о том, как девица Юрай ползала на коленях и слезно просила Кайрата не убивать её после предательства. Но принц не внемлил её молитвам и…
— И? — протянула я, сгорая от любопытства.
— Убил! — категорично заявили уборщицы.
— Задушил собственными руками!
— Да какой там? Ножом пырнул.
— Принц-то? Нет-нет, он её со скалы скинул, я точно знаю!
— А я слышала, что он ей голову открутил…
В общем, версий было много. А вот сил терпеть этот бред у меня не осталось. Потому я поблагодарила женщин за увлекательно проведенное время и сбежала куда подальше.
Ноги сами привели меня к дверям академического музея. Толком не думая, я вошла внутрь.
Закаленный кристалл нашла без труда. Уж больно приметным он был — весь такой большой, сверкающий. Он одиноко стоял у стены, огражденный от мира и любопытных пальцев защитным стеклом.
Всеми забытый. Никому не нужный. Ещё бы, ведь мало кто сейчас знает о его невероятных свойствах.
И никто сейчас не знает, как сильно он мне нужен.
Нет. Не нужен. Жизненно необходим!
Остаток дня прошел скучно. Я всё носилась по артефакторскому крылу, начищала инструменты, готовила столы, помогала Дотарину и другим преподавателям проводить практические занятия.
Работенка оказалась непыльной, но унылой. Выполнять одни и те же действия было довольно утомительно.
И вот наконец я услышала заветные слова:
— Глэдис, на сегодня вы свободны, — устало произнес Дотарин.
Повторять дважды не было нужды. Уже через десять минут ноги моей не было в академии — я мчалась по центральной улице в ближайший магазин.
— У вас есть стеклорез? — спросила, вытаращившись на продавца.
Вскоре у меня был и стеклорез, и необходимые для работы запчасти, и небольшой наборчик инструментов, и аппетитный кусок мяса. Последний, конечно же, для Апчихваха.
Покинув торговые ряды, я прижала пакет с покупками к груди и спешно направилась к дому.
Стемнело. Фонари с неохотой освещали улицы, безлюдные и пустые. Миленький райончик, в котором жила моя арендадетельница, в момент стал походить на преступные трущобы.
Поежившись, я ускорила шаг. Однако это меня не спасло.
— Эй, красотка! — донеслось в спину.
Нет-нет-нет! Только этого мне не хватало.
Я собиралась сорваться на бег, но не успела. Огромная лапа легла мне на плечо, грубо разворачивая.
Передо мной стояли двое. Толстый. И тонкий. И оба явно навеселе.
— При-и-и-вет, — протянул тонкий, пританцовывая на месте. Он улыбнулся мне золотым зубом. Одним единственным.
Толстый решил не упускать возможность похвастаться и тоже растянул губы в ухмылочке. Зубов у него было на целый один больше.
— З-з-здарствуйстве, м-мо-молодцы, — протянула я, а после хрюкнула в надежде, что это отпугнет бугаев.
Не помогло.
— Пошли с нами, красивая. Мы не обидим.
— Гы! Да, мы не обидим, — прыснул толстый. Дружки переглянулись и заржали.
Я же стала потихоньку отступать.
— Ну куда же ты, милая? — схватил меня за руку тонкий.
— И без нас! Нехорошо это — друзей своих бросать.
— Мы тебя сейчас быстренько обучим, как быть хорошей девочкой.
Видит Небо, я до последнего собиралась придерживаться образа застенчивой Глэдис Мирейн, неспособной постоять за себя. Но, видимо, придется воспользоваться силой…
Пока я размышляла, каким бы заклинанием наградить этих неудачливых идиотов, нарвавшихся на меня, идиоты притихли. Они в ужасе смотрели мне за спину и больше не улыбались.
— Идем, — наконец сказал толстый, дергая дружка. Тот кивнул, и эти двое быстренько скрылись в ближайшей подворотне.
Я же обернулась, но так и никого не увидела. Разве что ощутила чей-то пристальный взгляд. Но не было в этом никакой опасности. Если кто-то и смотрел, то определенно без злого умысла.
Несмотря на это, стоять посреди улицы и ждать новых приключений я не стала. Рванула вперед и благополучно добежала до дома.
Поздоровалась с хозяйкой, бросила мясо Апчихваху, истокавшемуся по мне за день, и приступила мастерить приборчик, который в будущем поможет мне вызволить хрусталь на волю.
Я почти у цели. И сейчас самое главное — не оплошать.
У меня нет права на ошибку. От меня слишком многое зависит. Желание Кая. И моя жажда справедливости.
Астарт Райнхард ответит за все свои грехи. И особенно за то, что разлучил меня с мамой.
Ах, мама… Где же ты? Всё ли с тобой хорошо? Я очень по тебе скучаю.