Страница 51 из 126
Теперь только не расплакаться, подумал Саша. Стеснение в груди — оно снова появилось? Дышать, дышать! Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Холодное сердце.
— Ты в порядке?
На его колено легла рука. Рука Джой.
Давление у него внутри упало. Дыхание восстановилось. Сердце билось в нормальном ритме.
— Конечно. — Он откашлялся. — Что ты думаешь об этом? — Он показал на письмо.
Джой убрала руку с его колена и нерешительно покачала головой.
— Она пишет, Тристан помог ей. Это может означать многое.
— В том числе, что он достал ей яд.
— В том числе — да. Но как она помогла ему? И кто такой этот Йоахим?
— Это доктор Андрош. Я не рассказывал тебе об этом? Она была в него влюблена по уши, но он, конечно, не ответил на ее чувства. Поэтому она разочаровалась в нем.
— Ах, вот как.
В этот момент они услышали, как открылась входная дверь. Мать Джой вернулась домой.
— О-о, — воскликнула Джой, — это не предвещает ничего хорошего. Обычно она так рано не возвращается. По-видимому, ее ухажер действительно хотел только потанцевать.
— Это просто непостижимо, — услышали они, как мать Джой бранится в прихожей. Когда она вошла в гостиную и увидела Сашу, то от неожиданности вздрогнула. — А чем это вы оба занимаетесь здесь в такое позднее время?
— Тем же, чем и ты, мама, — пошутила Джой с широкой ухмылкой на лице. — Никакого секса.
Глаза ее матери сердито сверкнули.
— Только не будь такой дерзкой.
У Саши не было никакого желания присутствовать при словесной перепалке матери с дочерью. Он взял письмо Натали с журнального столика и встал.
— Пожалуй, мне лучше уйти.
Мать Джой проигнорировала его намерение, загородила ему путь и спросила жалобным голосом:
— Что случилось с мужчинами? Ты можешь объяснить мне это, Саша? Этот тип хотел разделить счет за ужин на двоих с точностью до цента. А потом нам пришлось ехать на автобусе. Взять такси оказалось для него слишком дорого. При этом у него денег куры не клюют!
Джой тоже вскочила и прижалась к Саше, словно защищая его от своей матери.
— Оставь бедного юношу в покое, мама, он действительно не виноват в том, что твое свидание оказалось неудачным.
Прежде чем ее мать успела что-то возразить, она увлекла его за собой в прихожую.
— Мы увидимся завтра, — сказала она там и обняла его. Совершенно неожиданно. Просто так, словно это было чем-то само собой разумеющимся.
Но это было далеко не так. Ее объятия буквально выбили его из колеи. Отправили в нокаут.
Когда он вновь пришел в себя, оказалось, что они уже давно сказали друг другу «Спокойной ночи», а он стоял с письмом Натали в руке, пялился на закрытую дверь и при этом судорожно пытался сообразить, что же только что произошло. Как долго это продолжалось? Где были ее руки? Но прежде всего: он тоже что-то делал или просто стоял как столб? Какая она была на ощупь? Вполне определенно он помнил только ее запах, эту сладковатую смесь из аромата духов или дезодоранта и еще чего-то. Чего-то такого, что он не мог назвать никак иначе, кроме как: Джой.
Постепенно, словно запоздалые послания, появились чувства. Беспокойство. Возбуждение. Счастье. Они заполнили его всего до отказа.
Однако, когда он открывал дверь своей квартиры, ему на ум пришло еще кое-что другое. Как Джой назвала его в присутствии своей матери? Бедный юноша. Вот кем являлся он в ее глазах. Только поэтому она его и обняла. Действительно ли он был для нее всего лишь бедным юношей?