Просто ещё один летний побег

— Да, но мне нужно привезти подкрепление на всякий случай. К тому же ты богата. Можешь позволить мне заняться шопингом для тебя. Ты же знаешь, я живу ради таких вещей.

— Я ценю тебя. Купи себе тоже что-нибудь из пляжной одежды на мою карту, — говорю я ему.

Я знаю, что он не станет творить безумства, но он тяжело на меня работает, и я хочу, чтобы у него была приятная небольшая поездка. Ему было скучно в офисе без меня.

— О, я присмотрю себе несколько льняных рубашек и плавок. Надо же заценить местных красоток на Коконат-Бич и самому выглядеть горячо. — Он ухмыляется. — Да, и я забронировал билет в первый класс. Ты мне должна за то, что мне пришлось разбираться с Тайлером в день твоей свадьбы.

Я не совсем уверена, что именно в это входило, но не сомневаюсь, что он мне всё подробно расскажет.

Я кривлюсь.

— Да уж, прости за это.

— Он выглядел как потерянный щенок. Глупый потерянный щенок. А потом уехал с твоей потаскухой-сестрой.

Не буду лгать и говорить, что я не думала о Белладонне. Счастлива ли она, что выиграла этот «приз»? Мне с трудом верится, что они действительно влюблены. У моей сестры за каждым действием стоит какой-то мотив. И роман с Тайлером ничем не отличается.

— Всё, больше никаких разговоров про какашки. — Я качаю головой. — Тебе здесь очень понравится. Ты заслужил перерыв после того, как разгребал всё в офисе без меня. Первый класс по полной программе, бести. Только давай поторапливайся! Я скучаю по тебе.

Он улыбается, а затем его лицо становится серьёзным. Поскольку обычно он человек весёлый, я внутренне готовлюсь к тому, что он скажет дальше.

— Ещё кое-что, о чём я хотел тебе сказать. Тебе не понравится, — говорит он, глубоко вздыхая и кликая по клавиатуре.

— Ладно, что там? — я внутренне сжимаюсь.

— Я проверил твою почту, как ты просила.

В животе всё стягивается.

— И?

— Тайлер до сих пор не съехал.

Я стискиваю челюсти и закатываю глаза.

— Ну конечно, кто бы сомневался.

— И, — добавляет он, и эта часть явно доставляет ему меньше удовольствия, — я видел доказательства того, что твоя сестра живет там.

Какая наглость у этой женщины. Сначала она забирает моего жениха, а теперь пытается украсть ещё и мой дом?

— Что? Откуда ты знаешь? — требую я ответа, вскакивая на ноги и принимаясь ходить по комнате. — Я не хочу её там видеть.

— Она очень даже там, — говорит Уилби, морщась. — Я видел её в нижнем белье.

— Фу-у-у.

Он содрогается.

— Я не могу развидеть, Сильвирлин. Я травмирован.

Ярость затапливает грудь — горячая и стремительная.

— Пентхаус мой, и я хочу, чтобы Тайлера выселили. Немедленно.

Он и глазом не моргает.

— Хочешь, чтобы я запустил процесс?

— Да, — говорю я. — Сегодня же. Подключи нашу команду. Мне плевать, что тебе придется сделать. Его не должно там быть, немедленно.

Он улыбается, делая пометку в блокноте рядом с собой.

— Конечно. Выселить какашку. Это будет моим удовольствием.

Потому что Уилби ненавидит Белладонну и Тайлера почти так же сильно, как и я. Поверить не могу в наглость этой парочки.

Я снова опускаюсь на кровать, сердце бешено колотится, телефон всё ещё в руке, одежда разбросана повсюду.

— Спасибо, — тихо говорю я.

Он самую малость смягчается.

— Я рядом, Сильвирлин. Я запущу процесс.

— Не могу дождаться встречи. Ты лучший, Уилби.

Он фыркает.

— Я знаю. Повеселись там на сёрфинге с горячим барменом!

Затем, бросив на меня многозначительный взгляд, добавляет:

— Надень зелёный купальник, Сильвирлин. В тёмно-синем преступлении против моды ты точно ничего не исцелишь.

Я смеюсь, бросаю взгляд в зеркало и впервые с тех пор, как уехала из Нью-Йорка, чувствую прилив сил.

Мне кажется, я наконец-то начинаю находить себя.

*** 

— Ты готова? — спрашивает Кэл, протягивая мне руку, его доска зажата под мышкой.

Вчера вечером мне было не по себе. Теперь же я прямо-таки нервничаю из-за сёрфинга с Кэлом. Он отличный учитель и потратил большую часть утра, показывая мне всё, пока мы были в безопасности на песке, как правильно ложиться на доску, грести и безопасно подниматься на ноги. Каждый раз, когда его рука касалась меня, чтобы помочь, моя кожа буквально горела. Если он так оберегает меня на суше, я знаю, что на воде он точно не даст меня в обиду. И всё же я нервничаю.

— Готова как никогда, — говорю я, пытаясь казаться непринуждённой и делая вид, будто моё сердце не колотится со скоростью света, когда вкладываю свою ладонь в его руку, чувствуя, как по руке пробегают мурашки.

«Просто обычный сёрфинг с другом», — пытаюсь я внушить себе.

Он сжимает мою руку, и мы с разбегу забегаем в волны, смеясь. Мы вместе гребём на глубину, волны сегодня идут мягко. Кэл сказал, что это отличное утро для серфинга, из тех, что местные жители не упускают, а туристы ещё не раскусили.

Океан ощущается совсем иначе, когда ты рядом с кем-то, кто заставляет твой пульс вытворять глупости.

Он то и дело оглядывается на меня, словно проверяя, здесь ли я ещё. Будто несёт за меня ответственность. Нелепо и мило, в груди становится тесно так, что мне не хочется слишком тщательно анализировать.

С Тайлером у меня такого не было. Тайлер был из тех парней, которые всегда идут на два шага впереди тебя и постоянно торчат в своём телефоне. Ему было абсолютно плевать. И только теперь я понимаю, от чего увернулась.

«Хотя не во всём была только его вина».

Как бы мне ни горько было признавать, я не то чтобы сильно вкладывалась в наши отношения. Мои девяносточасовые рабочие недели оставляли мало места для романтики. Возможно, подсознательно я избегала того, что не было настоящей любовью. К сожалению, я была недостаточно проницательна, чтобы осознать до недавнего времени.

Тайлер — законченный кобель и подонок. Этого не изменишь. Однако я должна взять на себя часть ответственности за то, что произошло.

В следующих отношениях я хочу быть лучше. Я хочу проводить ленивые выходные со своим партнёром и построить семью, в жизни которой я смогу полноценно присутствовать. Странно, как мой побег на Коконат-Бич открыл мне глаза на то, каким я хочу видеть своё будущее.

Я устала быть пассивной в собственной жизни.

Я хочу взять контроль в свои руки и быть в ней счастливой.