Страница 82 из 85
Глава 38. Официальное заявление
Глава 38. Официальное заявление
Всю последнюю неделю перед весенними каникулами школьная атмосфера напоминала плохо проветриваемое помещение, в котором кто-то от всей своей уязвленной души разлил яд. Стараниями нашего несравненного завуча Шипицыной по коридорам гуляли такие ядовитые сплетни из-за моего романа с директором, что впору было надевать защитный скафандр.
Шипицына предпочитала тактику кулуарного сочувствия. Стоило мне отвернуться к доске или выйти из учительской, как за спиной тут же начинались активные перешептывания. Капля за каплей она вливала в уши коллективу свою версию реальности и в итоге убедила добрую половину наших впечатлительных дам в том, что строгий недосягаемый директор просто решил немного разнообразить серые будни легкой интрижкой, в которой моя роль была достойна презрения.
Пару дней назад я случайно задержалась у стеллажа с методичками и невольно подслушала очередную беседу Шипициной с парой своих главных подпевал из педсовета.
- Ох, девочки, ну вы же взрослые люди, должны понимать жизнь, - вздыхала Марианна Григорьевна, поправляя очки. - Такие мужчины, как наш Евгений Александрович, это птицы высокого полета со статусом и деньгами. Они на простушках с чужими детьми не женятся. Ну поиграется он с нашей новенькой, снимет стресс. Мужчинам же иногда хочется вот этой… провинциальной наивности. А потом бросит, как пить дать. Жалко Ангелину, конечно, потом ведь плакать будет, но надо же трезво оценивать шансы и знать свое место...
Я тогда молча развернулась и ушла.
Не оправдываться же в конце концов, доказывая, что на моем пальце уже неделю как красуется кольцо, а в паспортах назначена дата регистрации? Еще чего. Мы с Женей договорились держать всё в тайне до официального момента, и я не собиралась доставлять Шипицыной удовольствие видеть, как меня задевают ее дешевые интриги.
Но к пятнице, когда был назначен последний большой педсовет перед каникулами, тихое осуждение в коллективе только усилилось, создавая ощущение неприятного давления.Я сидела на своем привычном месте с краю, выводя в блокноте какие-то спиральки, а коллеги бросали на меня косые взгляды, полные любопытства, стараясь делать это незаметно от директора, сидевшего во главе длинного стола.
- Итак, коллеги, - прозвучал его низкий баритон, - по сводным отчетам успеваемости за третью четверть, Марианна Григорьевна, у нас всё закрыто?
Шипицына привстала со своего места.
- Почти всё, Евгений Александрович. Конечно, остались мелкие недочеты в начальной школе... - она выразительно посмотрела на меня, - ...полагаю, из-за того, что у некоторых педагогов, видимо, голова забита совершенно не рабочими вопросами. Я проконтролирую лично.
- Не нужно личного контроля, - отрезал Гаранин. - До конца дня все журналы должны быть в электронном виде. Вопросы по хозяйственной части есть?
- Лампы в малом спортзале мигают, - буркнул завхоз с заднего ряда. - Заявку подал, электрики обещают на каникулах сделать.
- Проследите, чтобы сделали не на каникулах, а во вторник к утру, иначе будете менять их сами. Еще вопросы?
- Нет вопросов, - подал голос наш физрук Костя, крутя в руках свисток. - Отпустите уже души на покаяние, Евгений Александрович. У детей каникулы, а у нас тут бумажная кома.
Гаранин неторопливо закрыл свою толстую рабочую папку.
- Тогда на этом всё, коллеги, - сказал он, и все расслабились. Однако в следующую секунду директор вдруг добавил: - Но перед тем, как мы разойдемся, у меня есть одно объявление личного характера.
Кто-то из старших учительниц ахнул. Гаранин и что-то личное было несовместимым понятием в рамках этой школы.
- Слушаем вас внимательно, Евгений Александрович, - поддакнула Шипицына, демонстрируя заинтересованность.
- Отлично, - лениво кивнул Гаранин. - Я не сторонник смешивать работу и личную жизнь, однако в данном случае считаю правильным избежать лишних кривотолков. Поэтому официально приглашаю весь наш коллектив на свадебное торжество.
- Свадебное торжество? - удивленно ляпнула молоденькая англичанка Вера.
- Именно, - Гаранин наконец-то повернул голову и посмотрел прямо на меня. - Приглашаю всех на нашу с Ангелиной Андреевной свадьбу. Торжество состоится в следующие выходные, пригласительные билеты будут лежать у секретаря в приемной после обеда.
Секундное оцепенение толпы учителей сменилось коллективно-оглушительным «А-а-а-ах!», и следом понеслись удивленные возгласы и шепотки.
Я рискнула посмотреть на Шипицыну и увидела, как ее лицо покрылось вдруг бордово-красными пятнами. Она застыла с приоткрытым ртом, напоминая выброшенную на берег рыбу.
- Ну ни фига себе! - первым нарушил всеобщий шок голос нашего физрука. который вскочил с стула и прижал обе руки к груди с видом безутешного влюбленного. - Эх, Ангелина Андреевна! Разбили вы мое трепетное сердце вдребезги! Увели лучшую женщину прямо из-под носа! Как же мне теперь жить с этой душевной травмой?
Коллектив ответил нервными смешками, и я невольно рассмеялась.
- Простите, Константин Сергеевич. Так сложились обстоятельства.
Физрук снова собирался что-то ляпнуть в своей излюбленной манере балагура, но случайно перевел взгляд на директора и плюхнулся обратно на стул, оказавшись плечом к плечу с новенькой симпатичной англичанкой.
- Кстати, знаете, Верочка... - затараторил он, делая вид, что я его больше вообще не интересую, - ...я вот сейчас подумал, идти на свадьбу к нашему многоуважаемому руководству в одиночестве - это просто преступление против здравого смысла. Вы у нас человек новый, коллектив еще толком не знаете. Составите мне компанию на торжестве? Буду вашим личным кавалером на весь вечер! А детали нашей вылазки можем обсудить уже сегодня за чашечкой кофе. Соглашайтесь, а?
Англичанка залилась густым румянцем, а по учительской прокатилась уже более расслабленная волна смеха.
Я перевела взгляд на другой конец стола, где улыбающаяся химичка Алла сидела подозрительно близко к географу Аристарху Арсеньевичу. Их плечи почти соприкасались, и оба совершенно не выглядели удивленными. Аристарх меланхолично поправлял свои эстетские очки, а Алла, поймав мой взгляд, украдкой показала мне большой палец.
- Да уж, тектонический сдвиг в масштабах одной отдельно взятой школы, - философски пробормотал географ, отпивая чай из своей кружки.
Тем временем Шипицына наконец-то справилась с шоком и медленно поднялась со своего места.