Люди и драконы

Прямоугольный особняк нигде не примыкал к соседним зданиям. Вокруг его глухой стены располагались огромные конюшни. Здание напоминало армейские зимние квартиры. Во внутреннем дворе как раз местечко для конного парада.

До пологой крыши конюшен слишком высоко. И даже прыгнув, Дик рисковал провалиться насквозь. А сверху довольно трудно сообразить, где именно есть шансы упасть на сеновал. Как ящерица Дик прополз по крыше, прячась за трубами, чтобы его не заметили со двора и, главное, — из окон соседнего крыла, где держали заложниц. Спустился по водосточной трубе на улицу и со всех ног кинулся бежать в Угольный переулок. Из низкой подворотни, закопченной, как зев печки, тянуло дымом. Треугольный дворик, образованный сходящимися кирпичными домами сейчас больше всего напоминал угольную яму. Из окон чердака валил густой дым, черно-серый, как грозовая туча.

— Дик? Стой! — знакомый трактирщик знал, что Дик непременно появится здесь, и остался ждать его.

— Где они?

— Мы не успели. Когда пришли, уже горело. Маркиз выкурил их, как лис из норы. Люди видели, как мальчишка убегал от стражников по крышам, но потом прыгнул вниз, на растянутый тент. Из-за огня не все сообразили, что происходит. Поняли только, когда отряд частной стражи вывел из третьего дома молодого парня. Видимо, Инар ещё пытался пройти по лестнице, там его и схватили. Тогда младший ринулся вверх, но и на крыше ждал отряд.

— Младший мог уйти?

— Думаю, да. Он сам прыгнул. Не захотел оставить брата. Я видел уже только отъезжающий отряд и темную карету, вроде полицейской.

— Нашли?

— В том-то и дело.. — замялся трактирщик. — Глаз не спускали! Но когда карета въехала в удобную подворотню, она оказалась пустой.

— Где останавливались?

— Заметных остановок не было. Но ты прав, мы потом поняли. Выезжало отсюда восемь стражников, плюс двое внутри кареты, а доехало шестеро.

— Который час?

— Без четверти два, — трактирщик оглянулся по сторонам. Дик сделал ему знак уходить отсюда, они быстро зашагали по улице обратно, в верхний город. — Есть мысль, где их искать? Полиция и крепость отпадает, проверили.

— Они там же, где я был. В особняке наверно есть потайной ход. Должны быть и подземелья.

— Думаешь, успеем?

— Их не убьют раньше половины четвертого, если ты об этом, — сердито хмыкнул Дик.

— Почему? — трактирщик был о младшем маркизе гораздо худшего мнения.

— «Гарпия» хочет смерти Инара, но Эташ — нет. Для него это крайняя мера. Он готов на всё, чтобы избежать ее.

— Уверен?

— Да. Это игра. Он думает, что выиграл. Но маркиз совершил неосторожность, выйдя из тени и открыв мне свое лицо. И это к лучшему!

В начале третьего Дик и молодой трактирщик Рёске снова очутились у ворот замкнутой крепости.

— Думаешь, братья внутри? — спросил Рёске.

— Проверим. Собирай народ.

— Там же заложницы..

— Тем более! У нас осталось слишком мало времени, чтобы искать пути в обход стражи.. — Дик подошел к черной кованой ограде. Между ней и аркой совсем нет просвета, узор решетки позволял разве что просунуть руку. — Эй, открывайте! — решетка заходила ходуном, Дик лупил по ней напротив засова с замком. Створки тряслись и скрежетали.

— Ты что творишь? — сперва рявкнул, но тут же осип от страха часовой у ворот. — Ты что там делаешь? Если тебя увидят из окна..

— И что? Хозяина нет дома. Какой дурак будет выполнять его приказы, зная, что через час будет другой хозяин! Лучше открой. Или мы всё тут разгромим!

— Ворота крепкие, — растерянно усмехнулся стражник. Его больше занимала первая часть того, что сказал Дик.

— В особняке есть пленники?

— Так ты же.. — совершенно запутался часовой. — Мимо меня никто не проходил.

— Узнай. Живо! Чтоб нам напрасно не шуметь.

Часовой отошел и скрылся в доме. Скорее всего, пошел в караулку, предупредить остальных о нападении на городской особняк Маржечей. Тем временем, Рёске перехватывал людей, уже спешащих на площадь, и говорил им, что представление не состоится, маркиз похитил второго претендента на наследство и держит его в своем доме.

Отнять у людей желанное зрелище само по себе опасно. Но младший маркиз после смерти отца целый месяц держал город в страхе, и до людей дошло, что время его власти истекает. Сейчас лишь от них зависит, получит ли Семигор и замок Маржечей нового хозяина. Или они предпочитают всю жизнь терпеть «законного наследника» и его «гарпию»?

— Нет! Не пойдет! Долой маркиза!.. Инар!! Мы хотим Инара! — заревела толпа и, точно высокая штормовая волна, ударила в ворота.

Дик взобрался по решетке на самый верх и крепко держался за правую створку, чтобы не свалиться в это бушующее море. Со двора донеслись испуганные крики: кричали горничные и заложницы. Стража особняка и наемная гвардия размахивали оружием, угрожали разделаться и с заложницами, и с нападающей на них толпой мирных горожан.

— Ради кого? — сверху насмешливо крикнул Дик и попросил людей по его сторону ворот успокоиться. — Вы служите тому, кто платит! Если хозяин через час сменится, ваши деньги не пропадут. Обещаю вам плату вдвое больше, только откройте и не мешайте нам! Вы согласились за маркиза убивать, но не рисковать собственной жизнью! Кто он вам? Друг? Брат? Хозяин? Не всё равно вам, он или другой? Один приказал бы стрелять в нас, другой — впустить и всячески содействовать, но если мы снесем ворота, а мы их разнесем! — то недовольны будут оба! Вперед!! — решетка снова содрогнулась. Мощный засов вот-вот готов лопнуть, камни арки трещали, чугунные петли грозили вырваться из них.

— Прекратить! — начальник охраны выстрелил в воздух. Толпа отхлынула, только чтобы навалиться на ворота с новой силой. — Откройте, — приказал командир гвардии маркиза.

В этот момент замок сорвался. Створки решетки распахнулись, и люди ворвались во двор особняка, сметая все препятствия на своем пути. Позади толпы, на свободное пространство под аркой спрыгнул Дик и демонстративно отряхнул ладони. Начальник охраны хмуро протянул ему свою саблю, сдаваясь.

— Благодарю, оставьте. Предпочитаю вернуть свой меч. Ключи от подземелий? Освободите всех пленников, которых найдете в здании, — крикнул он горожанам и бросил в толпу ключи. С неба над двором послышался переливчатый звон часов: без четверти три.