Страница 65 из 118
Как и сейчас, находя себе компанию, она наконец-то дала Дамиано возможность отойти от стены, где он стоял, и перехватить официанта по пути. Легко он забрал с подноса бутылку, перебросил белоснежное полотенце через руку и направился в сторону стола Корсани.
Он отвел ее руку в сторону жестким движением, накрывая пальцы своими, а она тут же отреагировала, вскинув подбородок повыше.
Даже со спины он видел, что она улыбается. Довольная тем, что вынудила его прийти первым. Конечно… Теперь у них игра, кто первым не выдержит, и это уже в который раз он.
– Что тебе нужно, Росетти? – голос ее прозвучал резко, не сочетаясь с улыбкой, что играла только что на губах. Придержав бокал в ее ладони, Дамиано наполнил его шампанским, затем шагнул вперед и развернулся, чтобы видеть это лицо, окрашенное напускной скукой и раздражением.
– Вон, – он взмахнул рукой, и некий подручный или служащий просто испарился из виду. Дамиано же разместился на его месте, закидывая ногу на ногу и нарочито высокомерно оглядывая девушку перед собой.
– Повторить вопрос? – она выгнула бровь.
– Повтори, если тебе очень хочется.
Она сжала губы и из принципа не стала выбирать ту же формулировку.
– Что ты забыл на этой свадьбе?
– Я – член Совета, было бы крайне невежливо не посетить событие года.
– Сомневаюсь, что есть событие крупнее, чем смерть Лучиано в этом году.
– И то верно. – Дамиано подозвал к себе официанта, заказывая, как и Ди Кристина, крепкий виски. Все эти мужчины были слишком одинаковыми в своей банальности, Кьяра не смогла подавить смешок, отворачивая голову. – Как насчет мирного соглашения?
Она едва не подавилась воздухом, резко переводя свой взгляд на него.
– Что, прости?
– Мирное соглашение. Ты отдаешь мне шестьдесят процентов своей территории и влияния, а я взамен оставляю тебя в покое. – Дамиано был серьезен. Он же пообещал Изабелле попробовать, хотя прекрасно знал, что с его условиями ни один человек в здравом уме не согласится. Именно та реакция, которой он и ждал, появилась у Кьяры: она очень пыталась не рассмеяться в голос.
– А может, лучше обратное предложение, м? Ты отдаешь мне сто процентов своего клана, а взамен я просто убью тебя, когда закончим, и не трону твоих близких, – она расплылась в столь довольной улыбке, что стало даже не по себе на минуту.
Дамиано подтянул к себе предложенный бокал и наклонился вперед.
– Значит, никакого мира? Даже не попытаешься ради своих людей?
Она пару секунд смотрела за тем, как пузырьки медленно поднимаются на поверхность в бокале, затем взглянула прямо на него. Кьяра вообще его не боялась. Нисколько. Это было даже удивительно, откуда в ней вдруг взялось столько смелости и самодостаточности.
– Знаешь, о чем я думаю?
– Просвети же меня.
– Что ни одна букашка, которая ползает по нашей земле, ни один цветок в моем саду, а уж тем более моя семья никогда не простит мне, если я просто так тебя отпущу. Я пойду с тобой на мир, только когда половина твоего наследия будет гореть.
– Любишь игры с огнем? – с усмешкой ответил он и прикусил губу, смотря на нее.
Это напоминало партию, которую понимали лишь двое, а может, лишь он один, потому что Кьяра была непробиваемой для его слов, там, внутри, она шла по своей линии и не собиралась от нее отступать.
– Ты пытаешься защитить то, что получила несправедливо, дорогая. И ты, и твоя семья заслуживаете лучшего лидера, так позволь мне просто помочь.
– Лучиано выбрал меня, но если в завещании вдруг мелькнет твое имя, я тебе сообщу, – очень легко отозвалась Корсани. – Хотя стой, подожди, оно уже было рассмотрено, и что-то я не припоминаю, чтобы там что-то оставалось тебе…
Как жаль
.
Она помолчала всего секунду, чуть нахмурилась и спросила:
– Мне кажется или этот диалог мы уже вели?
– По-моему, в прошлый раз я оставил щедрую сумму за твою честность.
– А
по-моему
, в прошлый раз я послала тебя к черту.
Дамиано рассмеялся.
– Все это не имеет никакого смысла.
– Как и твои попытки поговорить со мной в принципе, – справедливо отметила Кьяра, и он почти мог бы согласиться, если бы пытался договориться с ней о чем-то. Однако это не было его главной целью. – Чего ты ждешь? От этих разговоров?
– Вдруг мне просто интересно поболтать с таким человеком, как ты? Или я пытаюсь вывести тебя из себя.
– Ставлю на второе, – она спрятала улыбку за тем, как делала глоток алкоголя, – почти настоящую, проглядывающую сквозь этот вечный образ сдержанной хозяйки. – И как, получается?
Дамиано таинственно ухмыльнулся, качнул головой в сторону и перехватил ее запястье. Он развернул ее руку так, чтобы положить два пальца прямо поперек, чувствуя учащенный пульс.
– Думаю, да.
Ее кожа казалась пугающе тонкой, практически прозрачной, как дорогой фарфор, который может треснуть от малейшего лишнего усилия. Он чувствовал исходящий от Кьяры тонкий аромат духов и видел, как расширились ее зрачки, поглощая радужку, и как едва заметно дрогнула жилка на ее шее.
Она была готова либо ударить, либо бежать, и это сопротивление доставляло ему почти интеллектуальное удовольствие. Кьяра Корсани умела лгать губами, умела лгать глазами, но она не могла заставить свою кровь течь медленнее, пока его пальцы прижимали вену к кости.
– У тебя не получится, – вдруг резко сказала она, но руку не выдернула.
Дамиано выгнул бровь, не утруждая себя лишним вопросом. Пояснить пришлось ей:
– Выбить из меня все, чего ты хочешь, проявив ко мне немного внимания.
– А, думаешь, в этом план, – он расплылся в довольной ухмылке. – Я женат, Кьяра.
– И мы оба знаем, что такая девушка, как Изабелла, никогда бы не выбрала тебя сама. – Кончик ее языка скользнул по губам. – В нашем мире браки по расчету совсем не редкость…
Он чуть усилил давление на ее запястье, не причиняя боли, но давая почувствовать вес своей руки.
Она говорила о браках по расчету, пытаясь уколоть его, но сама была заперта в таком же золоченом склепе, только ее расчет пах порохом и свежевырытой землей на могиле Лучиано.
– Ты так отчаянно пытаешься убедить всех в своей ненависти, – Дамиано подался вперед, сокращая дистанцию до того предела, когда их дыхание стало общим, – но правда в том, что ее нет…