Страница 62 из 105
Сестра замолчала. Тяжело вздохнула. Вот кто же знал, что самым тяжёлым случаем будет именно этот парнишка? Реально, есть же и реально психопаты, но с теми по шаблону работаешь и всё, а здесь.. здесь перед тобой сидит тот, кто эти шаблоны дома вызубрил и с нейросетью обсудил, вероятно придя к выводам куда более глубоким, чем специалист, что в универе на оценку работал.
— Хорошо, вижу вы разобрались в теме и вам виднее, что именно вы чувствуете.
— Да, я лучше знаю, что я чувствую, потому что только я в своей шкуре. И да, мои ответы очень напоминают симптомы депрессии, возможно это она и есть. Но это не болезнь, в моём случае это тип мышления. И мышление это не изменится, ну, если вы не убьёте мой мозг сильными транквилизаторами.
— Тогда заключим сделку. Чтобы никому не мешать.. вы просто сыграете роль и дадите психотерапевту правильные ответы. Вы же и так знаете, в каком порядке нужно выбирать цвета в тесте Люшера, и что выбирать первым чёрный и серый..
— Снова перебью, Сестра. Я знаю и все расшифровки теста Люшера, и на чём он основа, и почему это дерьмо устарело также как и всё то, что было создано вместе с ним в середине двадцатого века. И договариваться со мной не надо. Я не торгуюсь. Либо отменяйте посещения в целом, либо.. либо пусть ваш психотерапевт развивается. Нравоучения от глупой девочки, что жизни не нюхала, я слушать не стану.
— Почему вы так упираетесь? Что сложного в том, чтобы просто пойти на компромисс?
— На компромисс? Почему я упираюсь? А почему Витязь раз за разом бросался в пламя? Почему вы вытаскивали солдат из-под огня в той войне и в этой? — Сократ начал раздражаться, глупые вопросы его бесили. — Мы умираем за вещи, в которые верим. Это и называется жизнь. Она не ценна, она ресурс, что мы обменяем на что-то более ценное, когда найдём это. И тот факт, что нанятый психотерапевт этого не понимает.. удручает.
— Хорошо, я вас услышала. Можете быть свободны.
— Я и так свободен. Или вы думали, что я пришёл сюда против воли? Вопрос риторический.
Сократ встал и ушёл. Трудно ему было общаться с врачами, ведь через одного каждый из них считал себя всезнающим жрецом. Но сложнее всего было когда речь заходила о нестандартных вещах. И в той же психологии Сократ хорошо разбирался, ведь в отличие от других изучал это для себя, а не для оценки и диплома. Он слышал свой внутренний голос, он работал над собой и разговаривал с собой каждый день, прорабатывая свои проблемы.
А проблем хватало, ведь банальный страх неудач или смерти — одна из меньших зол, над которыми он всегда задумывался. И порой он также брал на себя слишком много, из-за чего начинал переживать. Это был сигнал, что он достиг предела и надо.. надо не таблетки пить, надо немного притормозить и закрепиться на позиции. Да, большинство привыкло всю ответственность на других скидывать, даже за своё тело и свой разум, но таким Сократ не был.
Выйдя на улицу, где уже начиналась весна, Сократ постоял, вдыхая чистый воздух. Задрал голову на светлое небо. Где-то там уже вовсю летит на своих ионных двигателях корабль пришельцев, чья психическая активность постепенно накрывает Землю. Вспышек различных психических заболеваний резко вырос, как и ужасных случаев, когда люди сходили с ума.
Вероятнее всего дело было в том, что те кто и так были в зоне риска, теперь из-за катализатора в лице псионического воздействия, начали ехать крышей. Многим уже снились странные сны, как и снов этих стало больше. Это отмечали все и видимо дальше всё будет ещё сложнее. Уже было сложнее, ведь всё чаще появлялись Изгои, что как враг был совершенным оружием, вобравший в себя всё лучшее от других видов пришельцев. Кроме разве что псионических способностей.
— Надо волю тренировать. Всем. И как можно скорее, — произнёс Сократ, но его снова никто не услышал.
Он говорил это Грому, говорил подполковнику Дудло, говорил и Сестер — всем говорил. Но как ты будешь её тренировать? Это тебе не мышцы, не выносливость, эта область слабо изучена, а те личные методы, что использовал сам Сократ.. где вообще гарантия, что они работают? Что это не самовнушение? Он не проводил клинических исследований и знал то, что ничего особо и не знал.
Кроме того, что что-то делать надо. Потому и делал, ведь бездействие — худший из выборов.
— Радоница скоро, — вдруг пришло осознание, а сам Сократ опустил взгляд.
— Да, скоро. Волю кстати можно тренировать болью. Воля это про возможность заставлять себя. Надо быть беспощадным к себе, — раздался голос, что был уже знаком.
Сократ развернулся и увидел Зубра, что сидел прямо на полу у входа и спокойно себе курил.
— Скамейка вон есть.
— Мне насрать. Я хотел сесть — сел. Как там Люда? Сильно на тебя разозлилась.
— Отправила к Сестре, нажаловалась и наверное пьёт валерьянку.
— Ха-ха-ха, ну молодец, парень, размял её перед главным калибром, — ответил Зубр, после чего оскалился. — После меня её вообще порвёт в край.
— А что такое?
— Да-а-а.. она чуть не расплакалась, когда я ей про командировку в Африку рассказывал. Девочка реально не вдупляет, что в Африке отрезание клиторов — это не жестокость, а часть традиций и культуры, норма. А вот что такое жестокость в их понимании.. вот собственно это я ей и рассказал, а также то, что приходилось делать, дабы с небес на землю ублюдков спускать.
— Сжигал заживо вражеские боевые единицы?
— Ха-ха-ха! Нет, пленных, а также сочувствующих. Чтобы другим неповадно было. Они понимали только силу, только страх помогал их контролировать. Иначе.. ну ты сам наверное новости видел, что эти звери начинают творить, когда нет рядом наших нет. Братские могилы христиан это ещё так, обычная норма, как и геноцид в Африке, устраиваемый боевиками, в разы превосходит геноцид нацистов. Но никто об этом не знает. Даже в универах об этом не рассказывают. И как она только терапию собирается таким как мы проводить?
— Не знаю. Так.. на Радоницу ты..
— Пропущу по рюмке за каждого ушедшего товарища. Глядишь дня через три очухаюсь.
— Гром плохо относится к алкоголю.
— Зато хорошо к штурмовикам.
— Не боишься, что за некоторую правду тебе срок дадут?
— Ха-ха-ха, за то что я ножом голову боевику отрезал и международные права пленников нарушил? Не смеши. Не посадят, ведь придётся самим это делать, — последней затяжкой, прищурив один глаз, Зубр докурил сигарету и швырнул окурок в мусорку. — Слушай, а ты же был там, когда пришельцы использовали то психическое оружие? Что это было?