Страница 53 из 105
Глава 18
— Мы — щит Человечества! Мы — герои ХСОМ! Мы первыми даём бой инопланетной угрозы и последними выходит из него исключительно с победой в руках! И потому вы не просто должны сдать нормативы, вы должны стать лучшими! На вас будут равняться, на вас будут молиться и вы оправдаете каждую возложенную надежду! Вольно! — закончил свою речь Михаил Викторович, он же капитан Гром, ныне командир подразделения Аврора.
Впрочем, звания играли здесь далеко не главную роль, ведь подразделение Аврора существовало отдельно от привычных структур. Потому всё ещё живой и несущий службу подполковник Дудло во многом даже слушался Грома. Хотя понятие "слушался" было изначально некорректно.
— "Аврора" стала ещё краше. Любо смотреть, — признался подполковник, стоя рядом с Громом и глядя на бойцов, что даже после команды "вольно" хоть и расходились, но делали это как единый механизм. — Вы можете гордиться своим трудом.
— Мы можем. Все мы, те кто ещё стоит здесь, и те кто когда-то стоял, — хмуро ответил Гром, который тяжелее других принял новые порядки.
"Витязя" больше не было, ХСОМ быстро менялся и рос, прямо сейчас на их базе в Туле базировались иностранные оперативники ХСОМ, которые обменивались опытом. Сократ также находился в Швейцарии с командировкой, где также передавал свой опыт. Постоянный контакт держала даже Сестра, что по связи учила и училась передовым методам оказания первой помощи.
Седой подполковник было хотел сказать что-то ещё, но Гром развернулся и решил уединится. Он вспоминал те дни, когда сам только стал оперативником ХСОМ. Когда первая миссия стала фактически бойней, когда лучшее что могли им предоставить — АК-12. Теперь же экспериментальные мастерские выдавали чуть ли не лучшее, что могло сделать всё Человечество.
А если вспомнить те дни, когда ещё существование пришельцев скрывало.. о нём Гром много чего читал, как и о том, какой путь прошёл Витязь. Это было не только необходимо сделать ради поглощения опыта, но и самому Грому из человеческих качеств была интересна жизнь не только командира, но и друга. Не того, кто с тобой лишь бухает, а того кто при любой невзгоде будет рядом и поддержит делом и словом.
Теперь становилось понятно, что за своей душой тот нёс боль бездонную и которую нет смысла никому показывать, ведь ничем здесь не поможешь. Гром ещё пытался как-то делиться, мог об этом говорить, а Витязь — он никогда не делился этим, просто шёл до конца. И пришёл.
Сев в своём кабинете, Гром в очередной раз закрыл лицо, вспоминая тот день. Он дал слабину, враг проник в разум, сломал его.. весь отряд пошёл дальше, а он.. он валялся в коме. Не потому что тело подвело, а потому духом оказался слаб. Стыд, вина, злость — они теперь всегда были рядом и шли друг за другом.
И несмотря на свои отчёты, несмотря на то, что сам Гром прямо указывал — подобное может повториться вновь, ведь случившееся не закаляло, оно скорее доламывало то, что в нём осталось.. всё равно именно его назначали командиром "Авроры".
В этой роли он провёл уже не одно задание. Все успешные. Потери крайне малые. Что уж там, ныне ХСОМ использовал так называемые "пси-щиты", которые приглушали психические атаки. Это реально помогало, даже когда приходилось сражаться с командирами сектоидов. Гром помнил тот бой.. ПТСР дало о себе знать в самый неудобный момент, но голосов не было и стало понятно, что больше в разум его не залезут.
По крайней мере так просто, как раньше. Однако сам Гром понимал, что это лишь вопрос времени, пришельцы тоже не отставали и рано или поздно явятся те, кто создал все эти творения и прямо сейчас наверное создавал другие. Появятся не только более мощные боевые машины, но и более совершенные псионики.
Об этом ходило много слухов, о корабле что летит к Земле и уже совсем близко. От него исходили огромная пси-активность, его размеры поражали, а на борту будет уже не "разведка", с которой сейчас сталкивается Человечество. Там будет то, что получило очень много знаний о людях и наших методах борьбы. Оно всё учло, оно всё просчитало, оно уже знает куда бить и ударить туда.
А выстоим ли мы? Гром с трудом верил победу и не понимал, каким образом надежду не терял Витязь. Неужели он был оптимистом? Или же просто как человек лучше?
— Эй, капитан! — раздался крик и стук, а затем внутрь кабинета без приглашения вошёл Глухарь. — Чего бледный?
— Соблюдай субординацию, — рыкнул Гром, которому панибратство Глухаря не очень нравилось, но и как-то так сложилось, что их подразделение в первую очередь скорее братство: каждый каждому поможет, как и офицеру незазорно за один стол с рядовым сесть.
— Да-да, слушай, подпиши заявление. Хочу в увольнение на недельку.
— В увольнение? На недельку? Ты? — Гром резко зажмурился, но из-за такого предложения мозг вмиг переключился с дурных мыслей на что-то менее депрессивное.
— Да, а что такое? — спросил Глухарь, будто бы не был отморозком без друзей, без семьи, без какой-то личной жизни.
Глухарь даже в свободное время был либо один, либо занимался рабочими моментами. Общался тоже только по делу. Разве что иногда с Громом мог провести подобие светской "беседы" в слов так двадцать, максимум двадцать пять. В остальном — молчаливый, угрюмый, мрачный.
— Во-первых, неделя для нас роскошь. Будь ты ещё после ранения, мог бы подумать, а так точно нет. Во-вторых, у нас тут всегда острая нехватка людей. В-третьих, нахрен тебе увольнение?
— Отдохнуть хочу.
— Отдохнуть?
— Я так и сказал.
— И как же ты будешь отдыхать?
— Ты всех так допрашиваешь?
— Вообще нет, все сами пишут. Да и чаще мы иначе вопросы решаем. В плане.. если ты выпить хочешь, то для этого военный городок недалеко от части. Там же рестораны, если нужно с девушкой встретиться и семьёй, то тоже всё сюда возим. Пришельцы нападут ты должен здесь быть.
— Другие отделения справятся.
— Ой, сам знаешь как бывает. Эти пришельцы любители нас порастягивать прежде чем реально важный удар нанести. Первое задание, через пол часа второе, затем третье и четвёртое, а потом пятое. В США также было, потом пришлось из России подкрепления везти, потому что большая часть их оперативников ХСОМ либо трёхсотые, либо уже на других заданиях.
— Ладно, сколько дней дашь?
— Два.
— Ты чё? Шесть.
— Нет.
— Пять хотя бы.
— Три и только если ты скажешь куда ты там намылился.
— В Тулу.
— Конкретнее, Глухарь! Или мне реально аккумулятор сюда тащить, чтобы тебе язык развязать?