XCOM: Солдатами не рождаются

— Как думаете, что будет если частичку их использовать в наших целях? Сделать для бойца сердце из этой же мышцы. Покрыть кожу чешуёй, как у вайпера или хотя бы модифицировать глаз? Фон Грайм спешит и хочет как можно скорее завершить проект, чтобы даже вернувшегося по частям солдата можно было спасти. В этом плане металл действительно проще, но мы также двигаемся по пути биологии. И, к слову, для вашего спасения было тоже использовались эксперименты связанные с объединением генов. В этом и проблема, что некоторые части вашего тела воюют против других.

От напоминания о том, что во мне использовали что-то от этих тварей, вызвало тошноту. Однако это я уже знал.

— И тем не менее в вашем случае удалось сделать невозможное. Ваше тело так или иначе приняло этот дар и выжило.

Дар.. от этой формулировки у меня зубы стиснулись, но доктор Вален этого не заметила, продолжая глядеть на то как медленно начинает умирать мышца мутона, содрогаясь в предсмертной агонии. В неё вводился особый токсин, который мог как разложить белки внутри в мышцы, так и просто парализовать мышцу временно — вопрос лишь в дозировке.

— И так как я сейчас возглавляю отдел ксенобиологии, то именно я лично вас и прошу продолжить эти исследования. Мы уже провели испытания на животных, а также некоторых.. кхм.. добровольцах. И я очень хочу посмотреть как приживётся сетчатка вайпера на вас. Это улучшит ваше зрение по-настоящему. Оно будет не просто лучшим среди нашего вида, оно станет лучшим в принципе. Разумеется будут побочные эффекты, но я гарантирую, что это вас не убьёт и не покалечит. Хотя побочные эффекты могут быть самыми разными, но мы точно знаем что делаем.

— Моё тело мне не принадлежит, как и моя жизнь. Я вернулся в строй лишь благодаря ХСОМ и я буду выполнять поставленные задачи до самого конца. Как распорядится — решает также ХСОМ. В данном случае главой проекта является доктор фон Грайм и за его спиной стоит генерал Лебедь. Если вы уже получили их согласие, то моё не требуется. Если вы не получили их, то и моего ждать не стоит.

— Что же, всё так как и предупреждал меня фон Грайм и другие. Редко когда слухи с разных сторон так хорошо сходятся, — улыбнулась доктор Вален и повернулась ко мне лицом, впервые посмотрев прямо в глаза, буквально изучая мою радужку, зрачок, сам глаз, который она скоро "улучшит". — В таком случае я подготовлю всё необходимое.

И в этот момент доктор Мойра Вален, женщина.. нет, не женщина, а ведущий учёный и глава отдела ксенобиологии, потому что ни пол, ни возраст, ни внешность — ни что сейчас не играло роли. Она была профессионалом своего дела, жила своими идеями и именно они, а не цвет глаз сияли в ауре, делая её такой похожей на безумных учёных середины двадцатого века.

— Просто если что и отличает нас от животных — это мораль, нравственность и другие искусственные понятия, которые мы придумали также, как атомное оружие. И по своей мощи они не менее сокрушительные и не менее важные для нашей жизни, — внезапно добавила она, подойдя ближе, продолжая изучать мою глаз. — Очень жалею, что не могу изучить их культуру, ту сторону, которая сильнее всего. В любом случае мне важен именно ваш ответ, ваше согласие, ведь если его не будет, то я не стану ничего делать с вами. Пусть даже уже фон Грайму и Лебедю придётся меня об этом просить, а не наоборот. Этот момент принципиальный. Ведь мы не пришельцы, мы не станем ради исследования убивать невинных. Равно как и исказить грань этой "невинности" не позволим.

— Делайте со мной всё, что нужно для блага Человечества. А что касается нравственности.. боюсь я ксенофоб, доктор Вален, потому общий язык мы вряд ли найдём.

— Ох, я его находила даже с самыми опасными и злобными существами этого мира, прежде чем стала ксенобиологом. И поверьте, вы далеко не бешенный носорог и не ядовитая гадюка. Вы скорее.. большой добрый лабрадор, для которого ксенофобия лишь щит. Щит от..

— Доктор Вален, можно вас на секундочку?! — вдруг раздался крик фон Грайма, который уже некоторое время стоял в проходе и слушал наш диалог.

И он прервал доктор Вален как раз вовремя. Потому что хрупко было человеческое тело, но ещё хрупче был наш разум. И если печень мы можем вырастить и заменить, а вместо ноги сделать протез, то что делать с нашим сознанием мы не понимали. Ведь ничего лучше войсковых методичек по психологической подготовке бойца у нас по факту и не было.

А оценка качеству этих методичек уже давно дана количество суицидников, изгоев и прочих военных, которых война ломает похлеще снаряда.

В любом случае на сегодня мои обсследования завершились и вместе с некоторыми своими бойцами, а также ещё Лили Шень мы отправлялись обратно тульскую область. Время было провести ещё одну работу над ошибками и закрепить всесторонний опыт, что мы получили. Потому что противник не заставит себя ждать и совсем скоро нанесёт очередной удар.

* * *

(Артик с Мойрой Вален. Все кто скажет, что образ не каноничен запомните — вайперов тоже в первой части не было, а всё произведение один сплошной авторский произвол.)