Страница 22 из 105
Глава 8
— Не представляете как я рад вас видеть снова, Алексей! — с небольшим акцентом говорил фон Грайм, старичок, что уже вот-вот должен был отжить своё, но никак не исчезала с лица эта искра любопытства, что сияла в нём с самого детства и после первого своего века.
Да, фон Грайм был чертовски стар, однако сохранился весьма неплохо. Всё потому что не пил, не курил, занимался спортом и постоянно изучал что-то новое. Именно последнее играло самую главную роль, ведь позволяло держать разум в тонусе. Так что на немецком он говорил куда лучше меня, хотя немного знал и русский.
Однако нам как-то проще было говорить именно на немецком или английском, которые в Швейцарии в целом многие знают ещё и французский и даже итальянский. Географическое положение сказывается. Я же знал разумеется русский, учил немецкий в школе и уже сам после подтянул до приемлемого уровня английский.
— Я тоже, — усмехнувшись произнёс я, куда более коряво, но по сравнении с моим английским акцентом немецкий у меня звучал почти также грубо и резко, как у его носителей. — Так что же там с моими анализами? Завтра сдохну или чуть позже?
— Всё просто отвратительно! — задорно говорил фон Грайм. — Кроме того ваша опухоль в щитовидке выросла в два раза. Её надо оперировать, но это не проблема, сделаем всё в лучшем виде. Технически её наверное можно было бы и не трогать, потому что вы умрёте раньше, чем она станет насущной проблемой, но..
— Но.. — с некоторой надеждой повторил я, глядя как быстро фон Грайм кликает мышкой и что-то пишет второй на клавиатуре, будто бы не родился во времена, когда ещё танки были в новинку.
— Но я сделаю всё, чтобы вы дотянули до конца этого года! Кроме того у нас пополнения в лаборатории, многие специалисты заинтересовались моим проектом и больше я не в тени. Хотя всё ещё меня считают сумасшедшим учёным, который как-то связан с Аненербе. Хм.. интересно почему? Я же не немец, я родился в Швейцарии и между прочим провёл очень много времени помогая Союзникам в борьбе с нацисткой угрозой. Впрочем, предрассудки и ресентименты являются извечной насущной проблемой для нашего общества.
— Так а что с опухолью моей?
— Ну, она злокачественная, но мы её быстренько вырежем. Кроме того, мы её заменим на кое-что интересное и передовое. А затем продолжим нашу гормональную терапию. Сделаем из вас по-настоящему супер-солдата. Ну или посмотрим что нам мешает это сделать, после чего учтём ошибки. Это же вы и хотели, не так ли?
— Да-а-а.. хех, — протянул я и усмехнулся. — Всё так, док.
Умирать что-то не особо хотелось, как и роль подопытного кролика угнетала. Однако я понимал почему я здесь и зачем. Я всё равно умру, это просто факт. А значит надо выжать из меня максимум. И как знать, но возможно мой наибольший вклад в победу над пришельцами будет заключаться в этих опытах, а не там, в полевой работе.
Сам же фон Грайм продолжал что-то там рассказывать о деталях своей работы. Знаете, как когда приходишь простуду лечить, а там тебе объясняют что у тебя в крови мало лейкоцитов, затем начинают объяснять что такое лейкоциты, как они влияют на организм.. с одной стороны правильно, а с другой сидишь и просто соглашаешься со всем, уже забыв с чем пришёл.
Хотя чаще вообще не рассказывают, потому что большинству плевать на тебя даже в больницах. Но фон Грайму я был интересен вне сомнений, правда только как подопытный кролик. И хоть я его восхищение, тем как они далеко продвинулись и что хотят сделать, не разделял, но всё равно кивал и соглашался.
Вместе с тем он давал пояснения ко всем моим новым анализам и что они означают. Говорил о том, что скорее всего следующей после щитовидки откажет печень. Однако её уже искусственно вырастили и если будут надо, то заменят столько раз, сколько надо. Пока организм будет выдерживать.
— Это прорыв, мы уже выращиваем органы за считанные недели! И благодаря настойчивым требованиям генерала Лебедя, который на собрании ХСОМ вновь всех обматерил и поставил ультиматум: либо решение продвигается, либо к чёртовой матери все захваченные трофеи будут взорваны и не достанутся никому.. ха-ха, он чем-то напоминает мне Черчилля, такой же с приколом в голове, — говорил фон Грайм, начиная ещё слегка дрыгаться в неуловимый такт, словно у него в голове играла музыка. — Разве что мотивы Союзников мне были понятны, а вот чего хочет Лебедь.. я до сих пор не понимаю. Или не хочу видеть очевидное? Трудно сказать, но у в моих хранилищах печатаются органы для каждого оперативника ХСОМ на случай его экстренной госпитализации. Это большой успех, как и..
Вдруг раздался стук.
— Да, войдите! — крикнул фон Грайм.
После чего в кабинет вошла женщина. Высокая, голубые глаза, светлые волосы и любопытный взгляд.
— Это доктор Вален, прислана к нам из Рейна. Очень способная и талантливая женщина. Один из первых ксенобиологов, между прочим.
— Доктор Вален, очень приятно, — представившись ещё раз сама, она подошла к моему креслу и протянула руку, улыбнулась.
— Алексей Геннадьевич, можно просто Полковник или Витязь, как удобнее, — ответил я, всё также на немецком.
— Я изучала все данные и также ваш рапорт, могу заявить, что внешнего воздействия на вас не наблюдается, — сразу же Вален перешла к делу, сев на стул у стенки и достав свой планшет. — Мы немного знаем о псионике, однако кое-что уже понимаем. Так или иначе я бы хотела, чтобы вы наблюдались хотя бы раз в неделю в нашей лаборатории.
— Раз в неделю многовато.
— Да, доктор Вален, он у нас оперативник и генерал Лебедь его нам не отдаст. Однако я уже следующим днём буду встречать коллег из России и возможно у нас в Москве появится ещё одна совместная лаборатория. И там уже коллеги смогут проверять нашего Полковника и других бойцов, пересылая данные удалённо.
— Мы так продвинулись с обменом данных? Раньше даже узнать группу крови бойца было тяжело, а тут..
— Лучше поздно, чем никогда. Тем более скоро годовщина первого контакта с пришельцами.. эх.. — фон Грайм резко прямо отбросил мышку и оттолкнулся не такими уж и дряблыми руками от стола, посмотрев на потолок. — А ведь тогда я даже не подозревал, что пришельцы уже среди нас. Чёртовые спецслужбы, раскрыли бы всё раньше и у нас было бы больше времени! Прямо сейчас я отправляюсь к Шеню, нам нужно обсудить продвинутые имплантирование. Плоть слаба и это факт! И мы её либо улучшим, либо заменим, раз она такая неподатливая! Полковник, умирать запрещаю!