Страница 14 из 90
Так и распрощались казаки с армейцами и пошли на восток.
— Домой, что ли? — кажется, Калмыков рад.
— Да, — коротко отвечает прапорщик.
— Эх! — расстраивается Кульков. И Аким думает, что он расстраивается, потому что они не выполнили задания. Но тут Карасёв спрашивает у него:
— Николай, а чего ты?
— Знал бы, что на остров не вернёмся, компота взял бы бандитского, вишнёвого.
— Понравился? — смеётся радист.
— Очень, — подтверждает Кульков. — Там его в кладовке целые штабеля.
— Я взял одну упаковочку, — продолжает посмеиваться Карасёв. — Под брезентом вон, у рундука.
— Взял⁈ Молодец! — радуется Николай.
А вот Саблин от этого почему-то злится на Кулькова, говорит Калмыкову:
— Денис, я в кубрик, поем, покурю и тебя подменю.
— Принято, — откликается Калмыков.
— Мирон, пошли со мной, отдохнёшь, — предлагает атаман радисту. И потом вспоминает: — Николай, а ты про кубрик помни.
— Есть про кубрик помнить! — отзывается Кульков невесело.
— А что ему про кубрик надо помнить? — сразу заинтересовался Калмыков.
Но Саблин на этот счёт распространяться не желает и лишь произносит холодно:
— Он знает.
Они пообедали, и прапорщик пошёл на руль, а Денис завалился в кубрик есть и спать. А тут два мотора им навстречу. Но казаки не очень волновались на этот счёт. Моторы были медленные, шли по руслу на них. То оказались те самые трофейщики. Широкие посудины со стрелами и тельферами для подъёма лодки из воды.
— Да, трофеев будет у них навалом, — замечал Кульков, помахивая рукой в ответ на приветствия трофейщиков. — Лейтенант, может, даже повышение получит.
«Может, и получит».