Посланник всевидящего Неба

--Выпускайте птиц! - проорал жрец, который ранее обнаружил демона Брефа, на этот раз он был в крови, с повязкой на левом глазу, не ранение — скорее некий артефакт, и вообще выглядел очень уставшим и нервным.

Скорее всего он не уходил, как Тео, с наблюдательной площадки и всё это время, чтобы не происходило – стоял с послушниками и мастерами здесь.

Навстречу стае”дракону”воронья и полёту кругами летучих мышей – вылетели, из крыш башен и зданий Цитадели, тысячи-десятки тысяч орлов, соколов, ястребов и ринулись на перехват.

Завидев дракона из ворон - они начинали испуганно возвращаться, но Лорейн Змеед и прочие послушники из его школы, Тео был рад видеть ещё одного своего друга по школярству живым и здоровым – свистом, щелчками, хлопками – заставляли птиц снова направлять свой полёт на вороньё.

--Зажарим их! - неожиданно проорал, появившийся на площадке, Рогва.

Он был весь в крови и грязи. Халат мастера разорван или порезан в десятке мест, отпечатки по всей его длине. Волосы растрёпанные и часть пижонистой бородки Рогвы была срезана.

Теодоримм непроизвольно, вместе с Рогвой и ещё десятком послушников их школы Искрящего кулака – выпустил шаровые молнии в налетающего “дракона” из птиц.

Хлопки. Дымки. Истошное карканье. Тысячи птиц дождём падают на землю, на головы гудящих недовольно стражников Храма.

“Дракон” воронья развалился и началась схватка: птицы сбивали друг друга когтями, клювами, ударами крыльев по головам на скорости или в медленном парении.

Сперва мастера и послушники помогали соколам и орлам, но вскоре всё перемешалось и лишь Лорейн и его товарищи по боевой школе - выпускали всё новых птиц, создавали сами магических зверей и бросали их в небо – для сумбурной потасовки в вышине.

Там кипела настоящая битва: словно бы два птичьих моря схлестнулись и начали выяснять отношения. Орлы и ястребы были мощнее, но воронья и летучих мышей было в разы больше.

--Аа-а-а!!! - заорали стражники внизу, у Средних Стен и Тео начал всматриваться туда.

Летучие мыши атаковали инфразвуком, своим писком, на бреющем полёте ряды выстроенных латников Храма.

Стражники хватались за глаза и уши, сами запускали молнии или крохотные школярские файерболы в мышей, сбивали их стрелами и болтами – но те всё повторяли и повторяли свои волновые атаки.

Вороны стали налетать стаями на раненных стражников и клевать им глаза, хватать за тетивы луков. Теперь сражение с птицами закипело и на земле.

--Зажарим их! - орал жрецу-командиру Рогва, показывая на стражу атакованную птицами.

--Нет!!! - отвечал тот. - Хватит! Потери у мастеров и послушников огромные! Не чуди! Пускай с ними воюет стража, нам бы демонов удержать – они точно есть в этой атаке..

Вороньё и летучие мыши начали свои вихревые атаки на людей внизу и орлов и ястребов храмовников – в небе.

Теперь казалось что идёт настоящий “птичий дождь”, настолько внезапно стая чёрных воронов срывалась пикированием на строй стражников или преследовала бегущих по улицам послушников тысячами хлопающих крыльев.

Вопли от ужаса. Крики о помощи. Женский визг. Жужжание выпускаемых послушниками и мастерами молний, файерболов, сосулек, торнадо – всё сливалось вместе с шорохом миллионов крыльев налетевшей птичье-мышиной армии.

--Где Донг? - наконец протиснувшись к Рогве, тот был весь в саже и пыли, громко спросил Теодоримм, всматриваясь в побоище в небе.

--Что? - мастер школы Искрящего Кулака внезапно обернулся и тут же взгляд его потух. Он не был рад собеседнику. - А.. Это ты? - Там!

Рогва указал руками вниз. На нижние уровни храмового комплекса, где испуганные толпы простецов разбегались в парках и полигонах, а Стража и присланные к ним в усиление мастера и послушники – становились в по-колонный строй для очистки города от врагов.

--Они там!

--Они?

--Да. Мирра пошла на прорыв, в помощь Страже - с прочими послушниками Искрящего Кулака..

Это был слишком явный намёк на то, что один из руководителей этой самой боевой школы – больше не считал Теодоримма Хитреца своим учеником, и вообще – послушником данной школы.

Но Тео пропустил это мимо ушей – сейчас всё было слишком вторично по сравнению с вторжением непонятной могучей силы: “И? Где Донг?”

--С матерью! Он вызвался быть телохранителем-оруженосцем при ней. С его способностью ставить Щиты, это отличный вариант. Ты где пропадал – я тебя не видел несколько часов!--

--Внутри повозок Исцеляющей Длани: после разборки с демоном Брефом, я почти пустой был – меня в тамошних тележках подзарядили..

Рогва уставился на Тео, потом медленно спросил: “ Это Ты перехватил крышу брошенную Брефом?”

--Да. - Хитрец лишь кивнул, смотря вниз, в надежде рассмотреть друга, бегущего рядом с Миррой Молниемощной.

Отец Донга молча кивнул головой и неожиданно похлопал друга сына по плечу. Потом развернулся и уже под крики со всех сторон, помчал к жрецу-командиру.

--Небо! Все смотрите!!! - орало с сотню глоток на смотровой площадке Цитадели.

--Подурели они что ли.. - подумалось Первому ученику, когда он поднял свои глаза к летающим и сражающимся птичьим ордам в небе над Храмом.

И тут же началось! Новые стаи птиц из «стены дождя» не вступали в поединки с ястребами и соколами храмовников, не налетали сотнями на людей на улицах города – они долетали точно до Цитадели и раскрыв клювы, сбрасывали крохотные горошины или небольшие орешки точно вниз - и потом немедленно улетали прочь.

Хлопки. Небольшие взрывы десятками-сотнями накрыли Цитадель и то плато на храмовой горе, где она располагалась.

При падении и ударе о поверхность или что твёрдое, горошина-орешек из клюва налётчиков хлопала разрывом и тогда появлялось облако: морозного пара, или газообразной отравы, или короткая вспышка электричества, совсем маленький файербол..

--Бомбардировка! - неожиданно, даже для себя, проорал Теодоримм, падая под ближайший навес у высоченных внутренних стен Цитадели. - Опасность – Воздух!!!

Вокруг него, на смотровой площадке происходил хаос: послушники и мастера своими боевыми связками пытались прогнать тучи птиц, сбрасывавших непонятные горошины-орешки на храмовников.

В суете в небе, где орлы и вороньё давно перемешались – их старания нередко приводили к уничтожению зверья самих храмовников.