Страница 15 из 16
Мне нужно было принять какое-то решение, но казалось, что мой перегруженный разум больше не способен производить такие сложные вычисления. Нужно просто отдохнуть до утра.
Я переоделась и забралась под одеяло, но сразу заснуть не смогла: долго ворочалась. прислушиваясь к каждому шороху. Похоже, я растревожила Джану – она ходила по гостиной, чем-то тихо звенела и вздыхала. Затем наконец стало тихо.
В конце концов усталость победила, и я погрузилась в тяжёлый, зыбкий сон. Казалось, меня снова кто-то преследует в длинном сыром коридоре. Я бегу, но не могу оторваться, один поворот сменяет другой и так – по кругу, словно я заблудилась.
– Ваше высочество, – раздалось издалека. Я мгновенно проснулась и замерла, прислушиваясь к голосам за дверью спальни.
– Я всё равно пройду, – это был Латар.
Сколько времени? Кажется, глубокая ночь, но я могла ошибаться.
– Её высочество неважно себя почувствовала и отправилась спать, – настояла Джана. – Прошу! Может, вы вернётесь утром?
– Мне нужно увидеть её сейчас.
– Предвестники! – отчаянный вздох Джаны был наполнен страданием. Формально она не могла остановить принца и должна была подчиниться ему. Но старалась сохранить мой покой до последнего. Хотя какой там уже покой…
Дверь открылась, и от неё по полу до моей постели протянулась светлая желтоватая полоса.
– Дайте же мне, – похоже, Латар забрал у Джаны подсвечник, – и идите уже спать.
Его тихие шаги переместились по комнате вместе с тусклым огоньком свечи. Я не шевелилась, хотя моё притворство, наверное, было для принца слишком очевидно. Он всегда чувствовал, когда я не сплю.
Латар поставил свечу на тумбу с противоположной стороны кровати, и я услышала шорох одежды. Такое было уже однажды. Но тогда был обижен он, а сегодня – я. И я буду держать оборону до последнего! Ему не удастся добиться моей благосклонности – может, хотя бы тогда он научится предупреждать меня о том, когда задерживается!
Муж лёг рядом, и его ладонь опустилась на моё бедро.
– Ты не спишь, – шепнул он мне в затылок. – Моя дракири… Прости, но приступ был слишком резким. Я вообще мало что помню.
Он говорил со мной, будто и правда был уверен, что я не сплю. Я терпела и даже старалась сдержать дыхание, которое так и норовило участиться от его прикосновений. Как бы ни была на него зла, а собственное тело мне обмануть не удавалось. Сердце застучало в груди так громко, что, наверное, было слышно на всю комнату.
Ласки Латара стали настойчивее. Он перевернул меня на спину, и я распласталась перед ним, открыв глаза. Его взгляд спустился с моего лица ниже, туда, где тонкое кружево пеньюара мало что могло скрыть.
– Невероятная… – хрипло проговорил он и склонился, чтобы приникнуть губами к моей груди.
И я почти сдалась, но его дыхание вдруг обдало меня не знакомым теплом, а прохладой замерзающего озера. Изнутри, из самых глубин желудка во мне поднялась острая дурнотная волна. Она подкатила к самому горлу, заставив меня дёрнуться и вырваться из рук мужа.
– Не могу! Пусти! – я помотала головой и зажала рот ладонью. – Ты… весь пропитан ей.
Соскочив с кровати, я бросилась в ванную, к умывальнику, где меня скрутило почти сухим, мучительным спазмом. Я прокашлялась, низко склоняясь над чашей, и замерла, уперевшись обеими ладонями в её край. Он был с ней. На этот раз как-то иначе. Ближе, теснее. Я не знала, как именно, но это была грань, за которую он, возможно, едва не переступил.
– Алита… – Латар заглянул в ванную, но остановился в дверях. – Что происходит?
– Что происходит? – язвительно переспросила я, повернувшись к нему. – Ты действительно не понимаешь? Это тупик, Латар. Если она остаётся здесь… Меня здесь не будет. Я не могу выносить её магию, её запах на тебе каждый раз, когда она подбирается всё ближе. Если она действительно нужна тебе, пусть остаётся. Но я не смогу больше принимать тебя в своей спальне.
– Может, тебе снова обратиться к вэсту Веридису? – помрачнев, спросил Латар. – Ты как будто и правда нездорова.
Кажется, он не воспринял мои слова всерьёз, наверное в его ушах они звучали, как истерика, как чистый каприз.
– Нет, – я покачала головой. – Я больше к нему не приближусь. Все они теперь только и ждут, что ты заменишь несуразную жену на идеальную истинную. Я не доверяю никому из них. И не чувствую себя в безопасности.
– Я же сказал тебе, что не расторгну наш брак! – настоял принц, проходя дальше, но я отшатнулась. – Что бы ни случилось!
– А я не буду ширмой, прикрывающей твою настоящую тягу. Я дождусь твоей коронации. А после…
Я осеклась, ещё сама не до конца осознав то, что хочу сказать. Но, наверное, сейчас это казалось мне единственным выходом.
– Алита, не нужно, – муж покачал головой. – Ты станешь императрицей.
– Не стану. И ты сам это знаешь. Но и во вдовий замок я не полечу. Не дождётесь! Я вернусь… в Гэзегэнд. К отцу. Думаю, сейчас я ему нужнее, чем тебе.
– Ты нужна мне! Без тебя…
– Вот только не нужно перекладывать на меня ответственность за свои будущие поступки! – оборвала я его. – Уходи. Уходи, пожалуйста. И возвращайся, когда хотя бы перестанешь пахнуть ей.
Латар
Воздух в тронном зале Хадфорда был густым от благовоний и человеческого дыхания. На мою коронацию собралось много гостей – почти весь замок. И даже больше. Прибыли и все князья. Им нельзя было отказаться от присутствия здесь.
Но я был зол на них и ни с кем не встречался взглядом даже на мгновение. Накануне я провёл с ними большое Собрание, где изложил ситуацию с бастардом Сенеона, появлением у меня нежданной “истинной” и предложил им высказаться.
Они все поддержали меня. Моя коронация была для них фактом неоспоримым, и никто даже на миг не задумался над тем, чтобы встать на сторону Керайи и её ребёнка. А вот известие о нашей связи с Лириан вызвало уже не столь однозначную реакцию. Обсудив двусмысленность положения и приняв моё решение о том, что мой брак с Алитой остается незыблемым, они всё-таки не оставили своё решение без условий.