Страница 98 из 174
Глава 11. Блеск и бархат
Ахель обрадовался, что Линва не станет ему мешать, потому что план и без того был очень шаткий. Волнение накрыло с головой. Именно сейчас, когда пора было действовать, Ахель ощутил весь ужас положения. Теперь его уже не отделял от площади лес, его отделяла только нерешительность. Купцы говорили ему, что убьют, как только увидят. Ахель понимал, что это враньё чистой воды: они не посмеют сделать этого раньше, чем по прошествии семи дней. А до истечения этого срока оставалось ещё чуть больше суток. Значит, можно смело подойти прямо к палаткам, а не топтаться у входа на площадь.
Солнце сияло всей полнотой своего диска: ни одна туча не смела умалить достоинство звезды. Медный рог селения бликовал так, что был похож на сгусток света, а не на предмет. Люди сторонились его: так он был ярок. Растения жадно направляли свои листья и бутоны к солнцу. Ахелю было бы лучше, если бы сегодня было пасмурно, ведь тогда ему не было бы так жарко.
Купцы его заметили. Это были рядовые купцы, потому что глава гильдии Ликт пожелал в такую погоду остаться внутри шатра, куда не так сильно проникала влага и палящие солнечные лучи. Рядовые же купцы, вынужденные торговать на жаре, узнали Ахеля только тогда, когда он подошёл уже близко к ним. Этих купцов было трое.
— Да что вы перешёптываетесь? – спрашивал один из них.
— Ты новенький и ничего не понимаешь, – сказал ему второй. – К нам же идёт Ахель! Тот самый Ахель – наш главный враг в этом селении!
— Быть не может, – подумав, сказал третий. – Он совсем один.. Нет, он бы не посмел.
— Но он в плаще, – заметил второй. – Должно быть, прячет оружие. Сейчас разберёмся. Эй ты, – шепнул он новенькому, – сбегай к Ликту. Он желал, чтобы ему сообщили, как только Ахель появится. Уж теперь-то он не уйдёт от нас!
Новенький ушёл, а двое других купцов впились глазами в идущего к ним Ахеля. Их руки схватились за рукояти маленьких ножей, всегда висевших на поясах на всякий случай.
— Да не он это, – повторил один из купцов. – Глупо с его стороны. Да и лицо почти всё капюшоном закрыто! Как ты его узнал?
— Я таких людей узнаю, будь они хоть целиком в мешок укутаны, – оскалился второй купец.
Ахель тем временем остановился примерно в десяти шагах от прилавка и громко сказал, поочерёдно глядя купцам в глаза:
— Ахель – это я!
Они вздрогнули.
— И почему же вы хотите меня убить?! Я же всё сделал по правилам, не нарушив хода дуэли. Ояд сам мог сто раз отказаться от участия. А я такой возможности не имел. Но Ояд не отказался! Так почему же виноват не он – а я?! Именно я говорил, что..
— Замолчи! – послышался голос. Купцы обернулись. Голос принадлежал Ликту, главе гильдии. – Ты уже достаточно сказал. – В руке Ликт держал резной револьвер, который был наставлен точно на Ахеля. Дуло смотрело прямо в зрачок.
«Он не посмеет, – с надеждой думал Ахель. – Испугается Закона! Максимум, что он может, так это взять меня в плен и подождать, пока пройдут сутки, чтобы он смог меня убить».
— Иди со мной, или застрелю, – коротко отчеканил Ликт.
«Точно, – подумал Ахель, – хочет взять в плен». Нервы всё больше напрягались. Ахелю было трудно сохранять гордый вид.
— Будь я нищ и низок происхождением – я и то был бы прав в этом деле, но я – выше вас на три головы: на три жизни!
Ликт не убрал револьвер.
— Взять его! – скомандовал он двум купцам.
На деле же их было уже не двое: вся гильдия сошлась к прилавкам, чтобы посмотреть, чем кончится дело, и принять в нём посильное участие. Теперь их было человек пятнадцать. Все, за исключением двух-трёх, смотрели на Ахеля злобным взглядом. Остальные, видимо, были новенькие: они тихо задавали вопросы, и им шёпотом пояснили суть происходящего.
Торговля замерла, потому что все купцы, перестав торговать, подошли к Ликту. Жителям селения такой поворот дела не понравился. Купцы никого не посвящали в свои дела, поэтому про ссору Ахеля с ними не знал никто. Но все уже и так поняли, что Ахель не поладил с купцами: он стоял один напротив них всех и железным голосом, так не свойственным ему, что-то говорил им. Некоторые услышали, что он будто имеет на три жизни больше, чем купцы, то есть пять жизней – неслыханная роскошь. Все начали обсуждать эти слова: пять жизней имели очень важные персоны. Такие не живут в селениях и не ловят рыбу вместе со всеми, а размещаются в городских апартаментах, где и чувствуют себя королями жизни до тех пор, пока на дороге не встанет кто-нибудь шестого ранга.
Но ведь Ахель вёл себя странно.. Все свои дела делал сам, вёл очень закрытый образ жизни, непонятно чем занимался в избе, а работал из рук вон плохо. Может, он действительно имеет пятый ранг и за чем-то заслан к ним в селение? «Да он гнусный разведчик», – такая мысль с разными уничижительными оттенками мелькнула в умах многих.
Купцы перелезали через прилавки, чтобы связать Ахеля. Больше тянуть было нельзя, момент истины настал. Ахель ловко скинул с себя дорожный плащ на пыльную брусчатку. И купцы, и жители открыли рты от удивления. Купцы даже остановились, настолько одежда Ахеля соответствовала словам о пятом ранге.