Страница 23 из 174
Ахель рассвирепел. Здравый смысл, с которым подобает вести любую беседу, мигом пропал. Теперь из разговора только чудом могло получиться что-то хорошее. Ахель был умным человеком, но страдал обострённым чувством гордости. Он не был склонен завышать самооценку, но, когда люди ставили его ниже, чем положено, он просто взрывался. В селении Ахель долго держал волю в кулаке, но кулак устал: пальцы разжались, и запертый ураган чувств вылетел на волю.
Не заботясь о реакции торговца, Ахель ловко взял со стола графин с прозрачной жидкостью, поднёс его ко рту и сделал несколько больших глотков прямо из горлышка. Затем он вернул графин на место. Купец был так растерян, а Ахель так быстро провернул всё это действо, что бедняга даже не успел отреагировать. Только спустя миг после всех манипуляций он открыл рот и вскричал:
— Да как ты смеешь!
— А ты как смеешь?! – перекричал его Ахель, а потом, добившись краткой тишины, добавил, понизив голос: – Это я выше тебя, а не ты! Так что молчи.
Купец встал, сжав кулаки.
— А в графине-то у тебя вода! Я думал, торговцы в наше время пьют что-то серьёзнее. В нашу эпоху, когда изобрели паровые двигатели, массовое производство напитков позволяет пить не только воду. Видимо, не всем позволяет: торгашам второго ранга осталось лишь воду хлебать. Но хотя бы не из фляги, а из графина. Всего доброго!
Ахель договорил и демонстративно покинул шатёр.
— Иди-иди! – бросил ему вслед купец. – Всё равно никуда не денешься!
И действительно: через несколько секунд злой Ахель вернулся обратно. Их взгляды встретились, глаза сощурились, кулаки сжались. Эти два человека готовы были разорвать друг друга.
— Сумку забыл, – сухо сообщил Ахель, взял сумку и вышел прочь.
А ведь эти двое встретились не как ярые враги, а как обычные незнакомцы. Правда, было тут одно очень важное отличие: с самой первой секунды знакомства купец провоцировал Ахеля на ссору. Он делал это не специально, просто он испытывал к первому рангу хроническую неприязнь, потому и стремился показать всеми способами своё превосходство, пусть и неосознанно. Такие издёвки могут ни к чему не привести, кроме как к лёгкой неприязни, но достаточно маленького повода, чтобы они дали о себе знать. Череп и выступил таким поводом: он подогрел тот дисбаланс, который незаметно образовался вокруг купца и Ахеля. Этот порох взорвался быстро и легко. Теперь дуэль была неизбежна. Единственное, что могло ей помешать, – так это благоразумие. Проблема в том, что ни Ахель, ни купец не желали одуматься, притом что оба были умными людьми. Просто один из них был ущемлён многочисленными оскорблениями, а другой был слишком близок к ста тысячам золотых и, следовательно, к свадьбе.
На этот раз Ахель опять не смог далеко уйти: другие купцы услышали шум и прибежали, чтобы разобраться, в чём дело. Они также успели увидеть золотое свечение, которому придали большое значение. Ситуация была довольно необычной и потому пугающей. Чтобы разобраться в сути дела, пришедшие не дали Ахелю уйти и грубо затолкали его обратно в палатку. Всего там собралось человек десять.