Страница 122 из 146
– Только не после того, как ты так изнурила себя сегодня утром, – спорит Экер, не двигаясь с места. – Может быть, через несколько дней, когда твой организм восстановится настолько, чтобы ты могла попробовать снова.
Я в ярости поворачиваюсь ко двору, ощущая на себя взгляды зевак, собравшихся на веранде.
– Кто-нибудь хочет выйти на бой с принцессой, находящейся не в форме? – спрашиваю я. – Есть желающие?
Воины переглядываются, одни из них ухмыляются, на лицах других читается беспокойство.
Один храбрец выходит вперед, повернув голову к Экеру. Я узнаю в нем одного из наиболее искусных фехтовальщиков, его прозвище Коготь.
– Ваше Высочество, я готов.
Экер отнюдь не в восторге от этого предложения.
– Нет. – Он поворачивается к Холлису.
Я раздумываю над тем, какое оскорбление бросить ему в лицо, когда он разворачивается с мечом Холлиса в руке.
– Ты хочешь провести спарринг, – говорит он, беря меч на изготовку. – Что ж, хорошо.
Его расслабленная поза и спокойствие кажутся мне оскорбительными. Это дает мне энергию, необходимую для того, чтобы привести в тонус измочаленные мышцы. Это будет последний рывок перед тем, как тело сдастся, – рывок, чтобы доказать, что я не так слаба, как кажусь.
Я не теряю времени и атакую с разворота. Обороняясь, Экер вскидывает меч, и наши клинки со звоном ударяются друг о друга. Ему не составляет никакого труда оттолкнуть мое оружие и меня саму.
– Да ну? В самом деле? – спрашивает он, и в его неодобрительной гримасе появляется проблеск улыбки. – Ладно.
Затем он атакует, взмахнув клинком справа. Я пытаюсь блокировать этот удар, но он оказывается уловкой, и я теряю равновесие. Он дает мне возможность встать на ноги, прежде чем атаковать снова. На этот раз я жду, когда он приблизится, после чего парирую прямой укол собственным, от которого он уклоняется.
Я понимаю, что не смогу выйти победительницей, но я не сдамся без боя. Я буду сражаться до тех пор, пока меч не выпадет из моей хватки или пока руки не лишатся абсолютно всех сил, в зависимости от того, что произойдет раньше.
Я выкладываюсь по полной. Замах, блок, удар, промах. Промах.
Промах.
Промах.
Я задыхаюсь. Экер выглядит так, будто наслаждается детской игрой.
Глядя на меня, он укоризненно качает головой, словно коря без слов. Он выше и сильнее меня. Если схватка с Мессером чему-то меня и научила, так это тому, что мужчины наиболее уязвимы в ближнем бою. Я поворачиваюсь влево и атакую, затем смещаюсь вправо и снова поворачиваюсь, подбираясь к нему все ближе и ближе. Я наношу удары, пока он не оказывается прижат к границе круга, где единственный выход – пробиться сквозь мою защиту.
– Молодец, Джови, – хвалит он. – Так и надо.
Я бы не поверила, что такое возможно, но, я уверена, мои щеки краснеют, несмотря на усталость. Нас разделяет меньше чем расстояние вытянутой руки, когда он решает нанести удар. Именно этого я и ждала.
Я отбиваю его атаку ударом с плеча, и меня вознаграждает зрелище тонкого, как лист бумаги, пореза на тыльной стороне его предплечья, из которого сочится кровь.
Экер смотрит на меня с пылом в глазах, которого я не чувствую, потому что у меня все болит и кажется, что я, возможно, стою на пороге смерти. Моя рука дрожит, когда я поднимаю меч, чтобы вернуть его ему рукоятью вперед. Но ему, по крайней мере, хватает ума сделать вид, будто он этого не замечает.
– Найди элементаля, чтобы остудить воду в ее ванне до предела, – приказывает он слуге, стоящему под верандой. Затем бросает на меня последний долгий взгляд и уходит.
Ветер доносит до меня шепот Холлиса:
– Это из-за клятвы или ты сдерживался?
Они удаляются слишком быстро, чтобы я могла расслышать ответ Экера, но мне все равно.
Мне было достаточно просто выжить. По крайней мере, на сегодня.