Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 43 из 96

Серафина не была кризис-менеджером, это уж точно. Всё работало как часы, но едва началась неразбериха, ей не хватило дерзости удержать свою власть и независимость. Слишком уж она была правильной для грязных политических игр.

Оттого при фразе, что после агадарок станет всё довольно проще, я невольно внутри себя нахмурился.

Она что-то задумала? Использовать их в борьбе с императором? Я в жизни не поверю, что Серафина, принципиальная и правильная, посмела предать империю. Тогда что у неё на уме? Угрожать агадарками? Шантажировать? Или пригрозить, что в случае, если он продолжит свою политику, она воспользуется предложением серокожих и сместит его?

Мне даже стало интересно, что там будет, и благо, что ждать было до завтрашнего дня.

И нет, в этот раз не было никаких особых празднеств. Если в прошлый раз был роскошный бал, где собрались все сливки имперского общества, а потом праздничный ужин, в этот раз решили обойтись официальной встречей. Возможно, побоялись сглазить, как в первый раз. А может, потому что наш мирный договор ещё действовал и смысла в повторном празднике не было.

Агадарки прибыли настолько тихо, что, не скажи мне Серафина об их прибытии, я бы узнал только по факту, когда мне сказали собираться.

— Зачем я-то там? — спросил я. В прошлый раз на подобные встречи меня никто не приглашал.

— Потому что надо, — ответила Серафина. — Они попросили.

— Даже так? Уж не Градарма лично?

— Нет, Зедринзса Драшра, если тебе говорит это имя что-то.

— Глава всадниц агадарок, — кивнул я, припомнив занимательную личность, которая как будто поставила целью забить каждый свободный участок татухой. — И что, мы делаем теперь то, что они просят?

— Очень смешно, Самсон, — поморщилась она, явно тоже пребывая не в восторге. — Это будет дружественная встреча, на которой мы обсудим планы на будущее. От этого будет зависеть, как сложится ситуация дальше.

Да херово она сложится, что тут говорить.

И нет, я не из тех, кто говорит, что стакан наполовину пуст, просто я знаю, что туда нассали.

— Как бы то ни было, это жест уважения, — подытожила Серафина.

— Они замыслили какую-то херню.

— Я даже не сомневаюсь. Заодно и посмотрим, к чему именно нам стоит готовиться.

В шпиль никого впускать не собирались, поэтому встреча должна была состояться во дворце. Под это даже выделили один из залов с длинным столом и стульями по обе стороны. И когда мы туда пришли, никого ещё не было. Собственно, и не должно было быть, потому что принимающая сторона встречала гостей на месте, таковы были правила этикета, которого сами агадарки вряд ли придерживались.

В нашей скромной делегации были Серафина, Каталина, Мелисса — можно сказать, основная ударная тройка. Потом я, Флория, Жаннель и Ирис.

Мы расселись по местам и в полной тишине сидели, пока наконец не прибыли агадарки и не стал ясен уже их состав делегации. Там была сама Зедринзса Драшра, глава небесных всадниц, а также её кто-то, кто-то, кто-то, а ещё кто-то, кто-то и, внезапно.. Ози Дрисня. Моя старая знакомая, с которой мы весело и непринуждённо разносили столицу ушастых.

А ты тут каким раком затесалась, Глиста?

Честно сказать, конкретно с её присутствия я знатно и прихерел, так как среди двадцати двух всадниц, которые у них имелись, новенькая вряд ли была той самой, кому прямо-таки было необходимо находиться на подобном совещании. Или её посвящение настолько произвело впечатление на других, что её статус решили немного поднять?

В знак приветствия знакомой, с которой мы, так-то, прошли очень много, я слегка кивнул, но в ответ получил такую рожу, будто она говна нюхнула. Вот же сучина, ты посмотри на неё..

Мы встали со своих мест в знак приветствия и уважения, хотя уважение друг к другу было буквально на лице у обеих сторон написано. Все выглядели так, будто лимонов нажрались за обе щёки.

— Приветствую вас в Дракархейме и добро пожаловать, — произнесла Серафина. — Надеюсь, вы добрались до нас без происшествий.

— Слава богине, обошлись без приключений на пути, — оскалилась агадарка, блеснув раздвоенным языком. — Мы бы вас сами пригласили, да столица нам дорога.

— О, не сомневайтесь, мы бы вашу столицу не тронули. Пока что.

— Спасибо за одолжение, — она вальяжно плюхнулась на стул, откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. — Это у вас прослушиваемый зал?

— Нет, можете не беспокоиться на этот счёт.

— Отлично, а то не хотелось, чтобы ваши импотенты подслушивали наши разговоры, — её взгляд остановился на мне. — Итак, к нам тут чистоплюйки постучались на днях внезапно. Думали, что объявлять войну собрались, а нет, на вас жаловались.

— Почему они к нам не обратились? — поинтересовалась Серафина.

— Может, стесняются? А может, боятся? А может, потому что у нас тут война на носу и с ними дипломатических каналов у нас чуток больше, чем с вами — выбирай вариант, который нравится больше. В любом случае, речь шла о вас.

— И чего они хотели?

— Вернуть дракона, для начала, и меч, — оскалилась глава агадарок. — Плакались, что вышло некрасиво.

— Меч не отдадим, — тут же отрезала Серафина. — Дракона.. мы подумаем над этим. И вообще, если чего-то они хотят, пусть к нам напрямую и обращаются.

— Вот именно это я им и сказала. Так что имейте в виду. Считайте наше посредничество жестом доброй воли, — махнула она рукой так, будто прощала нас за эту дерзость, делая великое одолжение. — А теперь забудем про этих недоагадарок и поговорим о том, ради чего мы собрались здесь.. О нашем будущем.

* * *

Тьма сочилась через ночной лес.

Растекалась по земле, словно утренний туман, заставляя округу затихать. Мелкие животные просыпались, чувствуя её приближение, и бросались прочь. Те несчастные, что всё-таки не успевали спастись от губительной тьмы, так и падали, умирая на месте с открытыми, полными ужаса стеклянными глазами.

Насекомые, мелкие животные и более крупные представители животного мира — все спасались бегством, позабыв обо всём на свете. Они бросали собственное потомство, спотыкались друг о друга, топтали тех, кто попадал под их лапы, но бежали прочь, потому что это было единственное, что мог подсказать их инстинкт. От хищника можно спрятаться — от того, что приближалось, спасения не было.