Страница 22 из 27
Глава 61: Расследование Леви
Поскольку Зион не мог выпроводить Клэр, как ни старался, ему ничего не оставалось, как неохотно смириться с тем, что она не собиралась возвращаться, не говоря уже о встрече с королевским конвоем. Она оставила его разбираться со всем в одиночку. Впрочем, в таком раскладе были и свои плюсы. Разбираясь с конвоем самостоятельно, Зион мог контролировать поток информации и выиграть больше времени, чтобы собрать доказательства и очистить имя Аддисон.
Чтобы не выдать себя, Зион разыгрывал человека, оказавшегося в трудной ситуации. Прояви он хоть намёк на энтузиазм или рвение в общении с королевским конвоем, Клэр заподозрила бы неладное. Она могла бы счесть, что он втайне рад её невозвращению, приняв это за знак того, что он хочет, чтобы она осталась рядом с ним.
От одной этой мысли у него по коже побежали мурашки. И всё же он знал, что нужно действовать осторожно. Чрезмерное рвение могло быть легко неверно истолковано, и у Клэр создалось бы впечатление, что он испытывает к ней чувства или рад её затянувшемуся присутствию.
«Почему бы просто не выпроводить её?!» – прорычал Шура в сознании Зиона, и его раздражение закипело под тщательно разыгрываемой маской озабоченности.
«Думаешь, я не хочу? – огрызнулся Зион, его бровь изогнулась, а в голосе заклокотало бешенство. – Она не просто какая-то посторонняя – в ней течёт королевская кровь. А теперь с ней произошёл крупный несчастный случай на нашей территории. Одного этого может хватить, чтобы погубить нас, выставив это как халатность с нашей стороны. Хуже того, вся вина до последней капли ляжет на Аддисон. А её даже здесь нет, чтобы защитить себя. Так кто же ещё остался, чтобы защитить её имя, если не мы? Хочешь, чтобы его втоптали в грязь?»
Шура виновато заскулил и убрался вглубь сознания Зиона, не желая продолжать спор. С тех пор как Аддисон исчезла, его волк стал более вспыльчивым – легко выходил из себя, легко срывался.
Но Зион не мог его винить. Он чувствовал то же самое. Их эмоции подпитывали друг друга, их общее разочарование росло, словно вулкан на грани извержения. Может, дело было в растущем страхе, что Аддисон в итоге станет козлом отпущения за всё это, или в растущей пустоте в сердце, особенно от осознания, что Аддисон отвергла их.
– Хорошо. Тебе стоит сейчас отдохнуть. Я попробую поговорить с Королевским Конвоем, – коротко бросил Зион, после чего развернулся и широким шагом вышел из комнаты.
Клэр удивлённо моргнула. Она ожидала, что он будет выглядеть потрясённым, даже виноватым, и затаит некоторую обиду на Аддисон за то, что та навлекла на него такие неприятности. Вместо этого голос Зиона от начала и до конца оставался спокойным и деловым, без тени сочувствия или гнева. Ни единого слова утешения не сорвалось с его губ.
Клэр впервые почувствовала, что ситуация ускользает из её рук. Она не могла понять, почему всё пошло не так, как она планировала.
Действуя инстинктивно, она протянула руку и схватила Зиона за запястье.
Он застыл на полпути, бросив взгляд сначала на вцепившуюся в него руку, а затем на Клэр, которая опустилась на колени на пол. На её белой ночной рубашке теперь виднелось слабое, но расползавшееся красное пятно.
В воздухе запахло металлом.
По комнате пронеслись вздохи целительницы и доктора, которые бросились вперёд, их лица побледнели от тревоги.
– Мисс Клэр! – воскликнул доктор, тут же подбегая к ней, чтобы помочь ей подняться. Но Клэр не сдвинулась с места – её широко раскрытые, покрасневшие от слёз глаза были прикованы к Зиону.
– Мисс Клэр, прошу вас, вам нужно отдыхать. У вас только что случился выкидыш – ваше тело ещё слабо, а теперь и раны снова открылись, – убеждал доктор, в его голосе звучала озабоченность. Он взглянул на Зиона, явно не зная, что делать, и понимая, что эта ситуация может поставить Зиона в трудное положение.
Зион почувствовал, как сжались его челюсти. Он и так был раздражён, но если Клэр продолжит эту сцену, всё выйдет из-под контроля и создаст ещё больше проблем. Он вздохнул и наконец посмотрел на неё, по-настоящему посмотрел, пытаясь понять, что она делает или о чём думает. Её хватка на его запястье была крепкой, почти отчаянной, словно отпустить его означало потерять что-то очень важное для неё.
В конце концов, он уступил.
Молча он помог ей вернуться в постель, мягко укладывая её на подушки. Но Клэр всё равно не отпускала его руку. Каждый раз, когда он шевелился или пытался высвободиться, её веки распахивались, и она впивалась в него взглядом, словно боялась, что он исчезнет, как только она их закроет.
И в глубине души она действительно боялась.
Потому что Клэр не могла избавиться от чувства, что если Зион выйдет за эту дверь… она может больше никогда его не увидеть.
После плена у вампиров у Клэр обострилась чувствительность к чужим эмоциям и едва уловимым намёкам. Так что она не была слепа к холоду Зиона – она чувствовала его в каждом взгляде, в каждом невысказанном слове. И она знала причину: Аддисон.
Это осознание глодало её. Клэр боялась, что, как только Зион исчезнет из её поля зрения, он может пойти прямиком к Аддисон. Она даже не хотела представлять, что они могли делать за закрытыми дверями – сплетаться в объятиях, как в тот раз, когда он исчез в своём Люксе Альфы и не выходил оттуда часами, а то и днями.
Это воспоминание – и слух о том, что Зион сделал Аддисон своей парой – наполнили её жгучей смесью ярости и унижения. Одна только эта мысль пробуждала тёмную, кипящую ненависть к женщине, которая забрала то, что, по мнению Клэр, должно было принадлежать ей.
Этот страх цеплялся за неё, иррациональный, но настойчивый: если она позволит ему уйти сейчас, она может потерять его навсегда.
Она надеялась, что этот несчастный случай – этот момент слабости – будет достаточным, чтобы вбить клин между ними. Но она и не подозревала, что это привело к обратному результату. Вместо того чтобы оттолкнуть Зиона от Аддисон, это лишь приблизило его к ней.
Его стремление защищать, его чувство собственности – всё это теперь предназначалось Аддисон. Каждый его шаг, каждый выбор делался уже не ради так называемой «принцессы», которая гостила в его стае… а ради женщины, которая по-настоящему покорила его сердце.
Поскольку Зион не мог уйти, ему ничего не оставалось, как остаться у постели Клэр, неохотно присаживаясь. Он тихо отпустил целительницу и доктора, заметив, какими бледными и измученными они выглядели – им был нужен отдых. Однако он не забыл послать мыслесвязь Леви.