Страница 56 из 168
Был ли Бэкон продажен? По сегодняшним меркам — да. Однако в его время принятие денежных подарков представлялось делом обычным, а иногда было важной составной частью дохода должностных лиц. Но в борьбе за власть между королем и парламентом Бэкон попал между молотом и наковальней и стал жертвой этой ситуации.
Несмотря на то что Яков быстро отпустил своего бывшего лорд-канцлера из Тауэра, на политической карьере Бэкона был поставлен крест. Он удалился в свое загородное имение и посвятил себя литературной деятельности. Он продолжал писать эссе, а также приступил к осуществлению мечты своей жизни — всеохватному обновлению науки. «Знание — сила», — лаконично резюмировал Бэкон свой замысел. Ибо по его воле знание, и прежде всего сама наука, должно содействовать человеку во власти. Однако фраза эта неоднозначна, как неоднозначен был и сам Бэкон. Сама фраза «знание — сила» в сочинениях Бэкона нигде не встречается. В «Meditationes sacrae», ранней работе Бэкона 1597 года, можно прочитать такие слова: «Nam et ipsa scientia potestas est», что в переводе с латинского значит: «Ибо сама наука — могущество». Примечательно здесь, что Бэкон говорит о науке — не о знании. Во втором издании, вышедшем на английском языке, это место звучит так: «For knowledge itself is power», то есть: «Ибо само знание является силой». Наконец, в появившемся в 1620 году труде Бэкона «Новый органон» мы находим фразу «человеческое знание и человеческая сила сходятся воедино».
Слова «знание — сила» точно описывают представление Бэкона об обновленной науке. Разумеется, значение этой фразы иное, нежели то, которое мы чаще всего приписываем ей в повседневности. Потому что знание обычно интерпретируется как знание, которое является средством, чтобы превзойти конкурента и подчинить противника. Бэкон имел в виду нечто другое. Наука, по его мнению, до сих пор стремилась только к познанию. Античные натурфилософы и их наследники схоласты терялись в подробностях и слишком много посвящали себя наблюдению, вместо того чтобы активно экспериментировать и вмешиваться в природные процессы. В будущем наука согласно Бэкону должна заниматься исследованиями и через эксперименты ставить во главу угла получение знаний. Более того, целью науки является не только познание. Прежде всего она должна развиваться во благо человечества. Бэкон считал, что наука и практика взаимодействуют в повседневности, и в этом был схож с жившим почти двумя тысячелетиями ранее Архимедом. Бэкон приводил примеры того, как благодаря пониманию законов природы происходят значительные изобретения, среди которых он называл книгопечатание, порох и компас — они определили дальнейший ход истории и развитие человеческого общества. Благодаря книгопечатанию знания стали распространяться гораздо быстрее и шире. Порох изменил характер войны — рыцарство отмирало, и феодальное общество начало распадаться. Компас сделал возможной навигацию в мировом океане, и географические открытия изменили Европу.
Предпосылкой возникновения новой науки для Бэкона было освобождение от ошибок, так называемых идолов. Согласно Бэкону лишь непредвзятый взгляд ведет к познанию, а источником познания может быть только опыт. Поэтому некоторые видят в Бэконе предтечу Просвещения. Знаменитый французский энциклопедист Д'Аламбер даже называл его первым философом Просвещения.
Бэкон, считавший, что целью науки является освоение природы во благо человечества, оказывается одним из первых представителей современного понятия науки и отцом экспериментального естествознания.