Страница 39 из 168
21. Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними
Лотарь I (795–855)
Осенью 855 года в монастырь Прюм в Эйфеле прибыл шестидесятилетний старик. Он еще оставался императором, однако позволил папе короновать императорской короной и своего старшего сына Людовика II, разделив свое государство между сыновьями. Теперь он хотел стать монахом. «Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними,» — якобы сказал он. Он был слаб и, верно, чувствовал, что конец уже близок. Умер он на шестой день после прибытия в монастырь.
Времена господства Лотаря I в качестве римско-франкского императора оказались бурными. Если его дед Карл Великий (742–814) укрепил и расширил империю франков и власть Каролингов, то в правление Лотаря уже наметился упадок. Однако беда дала о себе знать еще при Карле. Размеры и растянутость созданного им государства, изменения структур власти, происходящие по воле императора, и не в последнюю очередь неспособность наследников Карла распорядиться порядком наследования ради единства империи в конце концов привели к разделу Франкского государства.
В 800 году Карл получил в Риме императорскую корону из рук папы Льва III. Это была благодарность за то, что с помощью Карла Лев III сумел утвердиться в совсем еще не окрепшей Папской области вопреки сопротивлению римской аристократии. Карл, отныне «король франков, лангобардов, император и покровитель Рима», управлял огромной империей, переезжая из резиденции в резиденцию. К концу жизни сфера его господства охватывала сегодняшние Францию, Германию, Швейцарию, Австрию, север Италии и даже пограничные области соседних стран.
Еще при жизни Карла можно было предвидеть, что его держава не сможет просуществовать долго. Культурные различия живущих в ней народов были слишком велики. Сознавая это, Карл попытался исправить положение. И сделал большой шаг, привнеся византийские элементы во франкскую культуру. Таким образом он в существенной мере способствовал возникновению каролингского искусства. Однако Карлу оказалось не под силу собрать воедино многочисленные племена и народы, населявшие его империю.
Властному Карлу в 814 году наследовал его сын Людовик. Непохожий на могучего отца, он, в сущности, был совершенно другим человеком. Если Карл всю свою жизнь оставался неграмотным, то Людовик I получил прекрасное образование и был скорее человеком духовным, чем светским властителем. Молитвы были для него важнее правления. Людовик I был вскоре назван Людовиком Монахом, а после смерти ему, в конце концов, дали имя Людовик Благочестивый.
Империя франков начала дробиться еще во время его правления. Основной причиной стали разгоревшиеся споры о наследстве и неспособность Людовика приспособиться к изменившимся условиям. Сын Лотарь был обречен повторить ту же ошибку. Как когда-то франкские родовые князья и землевладельцы, Людовик Благочестивый хотел разделить свое государство, свой феод, между сыновьями. Своего старшего сына Лотаря I он сделал соимператором и наследником, а своим сыновьям Пипину и Людовику II Немецкому передал маленькие удельные королевства. Однако затем у Юдифи, второй жены Людовика Благочестивого, родился сын, который также мог выдвинуть требования. Его нарекли Карлом, и поскольку в итоге он не получил вообще никакой власти, то в историю он вошел как Карл Лысый. Энергичная Юдифь теперь настоятельно призывала обратить внимание на ее мальчика. В конце концов Людовик Благочестивый уступил. Он отобрал у своего старшего сына и престолонаследника Алеманию и отдал ее Карлу. Разгоревшиеся споры вылились в многочисленные вооруженные столкновения, в которых братья боролись против отца, а в конечном итоге и друг с другом.
Наконец после смерти отца Лотарь I, устав от войны, согласился по Верденскому договору 843 года на раздел империи. Карл Лысый получил западную часть. Пипина обделили, и позднее он умер в заключении. Третий брат Людовик Немецкий получил восточную часть. А сам Лотарь I оставил за собой среднюю часть империи. Она простиралась от Северной Италии до голландского побережья.
В то время как из государств Карла Лысого и Людовика Немецкого возникли Западно-Франкская и Восточно-Франкская империи, а язык и культура окончательно пошли разными путями развития, Лотарь I в конце концов еще раз разделил свою и без того хрупкую империю. Теперь он попытался, как прежде его отец, распределить свое наследие между сыновьями так, как это было принято в старые времена. После этого стало очевидно, что он не в состоянии приспособить свои решения к духу времени.
Наконец, согласно Прюмскому разделу 855 года, Людовик II получил от срединного государства Лотаря, так называемой Lotharii regnum (королевства Лотаря), север Италии и королевский титул. (Королем он, впрочем, был уже с 844 года, а императором с 850-го — единственным после смерти Лотаря I императором, но он не имел никакого влияния на Западно-Франкское и Восточно-Франкское королевства.) Карл, младший сын Лотаря I, получил удельное государство Бургундию и титул короля Прованса. Средний брат Лотарь II получил королевский титул и центральный участок империи, лежащий между Западно-Франкским и Восточно-Франкским государством. Когда в 869 году он умер, его дяди Людовик Немецкий и Карл Лысый по Мерсенскому договору 870 года, без оглядки на другие требования, разделили между собой это уменьшившееся Lotharii regnum. Возникшие позднее из Западно-Франкского и Восточно-Франкского государств страны, Франция и Германия, вплоть до XX века спорили между собой по поводу Лотарингии, образовавшейся из области Лотаря II.
Слова «времена меняются, и мы меняемся вместе с ними» возникли, конечно, не из осознания совершенных ошибок. Их, скорее, надо понимать как комментарий Лотаря к своему решению: он-де устал от бремени королевского сана и теперь хотел стать монахом.
В антологии «Delitiae poetarum Germanorum», опубликованной Яном Грутером (1560–1627) в 1612 году, пражский врач Маттиас Борбониус (1566–1629) передает ставшую знаменитой фразу Лотаря в форме «Omnia mutantur, nos et mutamur in illis» («Все меняется, и мы меняемся тоже»). Более элегантную в языковом отношении версию «Tempora mutantur, nos et mutamur in illis» («Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними») можно найти в вышедшей еще в 1575 году книге Андреаса Гартнера «Proverbialia dicteria». Этот вариант более употребителен. Обычно цитата используется как комментарий к переменам, произошедшим в личной или общественной жизни, которые неизбежно изменяют и людей.