Страница 120 из 168
Авторитет Гинденбурга, его репутация безупречного генерала и героя битвы при Танненберге придали вес его словам об «ударе ножом» и навели на злополучную мысль об ударе по Германии. Поражение отвергали и всё еще продолжали верить, что можно вести переговоры на равных. Поскольку немецкий солдат в бою непобедим. Эта позиция нашла поддержку и в СДПГ. Так, новый социал-демократический президент страны Эберт кричал возвращающимся солдатам: «Враг вас не одолел!» Подразумевая: вы просто перестали сражаться.
Однако почему перестали? Кто в этом виноват? Этими вопросами задавались не только правые, но и большинство народа. Виноватых они находили в парламенте — прежде всего в левых и либеральных кругах. Преобладало мнение, что они недостаточно поддерживали солдат на фронте.
Легенда о предательском ударе в спину не только быстро превратилась в желанный инструмент оправдания военных, настаивавших на военных действиях в 1914 году, но и воткнула ядовитое жало в плоть молодой Веймарской республики. Условия Версальского договора, которые не только были унизительны, но и легли тяжким бременем на экономику Германии, усиливали ненависть к тем, кто якобы нанес немецкой армии вышеупомянутый кинжальный удар. Крайне правые партии — прежде всего Немецкая национальная народная партия (DNVP) и Национал-социалистическая немецкая рабочая партия (NSDAP) — использовали этот сюжет, оспаривая результаты войны.
Гинденбург вышел из разразившейся катастрофы целым и невредимым. Его внушительный, импозантный вид олицетворял в послевоенные годы неодолимую германо-прусскую силу. Его нимб вождя, его миф были неприкосновенны. Такому светлому образу не нужно было добиваться каких-либо постов, они ему предлагались. То же произошло и в 1925 году. Гинденбургу было уже семьдесят семь лет, когда правые партии склонили его выставить свою кандидатуру на президентских выборах. Оставаясь по-прежнему приверженцем монархии, он все-таки выступил и принес присягу на Веймарской конституции. Демократические партии вскоре поддержали его, поскольку Гинденбург исполнял свои обязанности с оглядкой на конституцию. Но он так и не стал защитником шаткой и нелюбимой республики. Убеленный сединами президент совершил свою последнюю большую ошибку. В январе 1933 года он назначил Адольфа Гитлера главой правительства. А уж тот извлек из легенды об ударе ножом наибольшую пользу.