Это твоя ошибка, дамочка-Бог

Глава 21

Знаете, есть грязная работа, которую надо выполнить, как бы тебе этого ни хотелось. Что-то из разряда — вынести мусор.

Оставлять дома мусор нельзя, всем известна причина — почему. Вот и Жука я в своём доме больше тоже не желал оставлять. Причина — та же. Этот человек, если оставить всё как есть, со временем отравит воздух своими миазмами гнили и вони.

Жалко ли мне было монеты, потраченной на него? Нет, нисколько. Мне было жалко времени, которое пришлось на него потратить. А ещё мне не нравилось, что Ульма рядом с ним превращалась в потерянную размазню. Бесполезную единицу в составе нашей команды, от которой неизвестно, чего можно ожидать в любой момент.

Понимал ли я, что вне зависимости от присутствия или отсутствия Жука эта девочка ведёт двойную игру, правила которой мне неизвестны? Понимал. Но были подсказки свыше… Да, именно так я это воспринимал. Так вот, эти самые подсказки указывали, что от Ульмы мне отворачиваться нельзя.

Ну вот так! Умом не понять, а сердцу не прикажешь. И это не любовная метафора. Нет. Похоже, что здесь всё куда сложнее.

Поднявшись из-за стола, я устало похрустел шеей и внимательно посмотрел на парня у окна. От него точно сейчас исходила угроза. Он перестал притворяться дурачком и держался довольно уверенно.

Фигово. Только новую мебель завезли, а ещё в комнате девки и развернуться особо негде. Места для маневра мало. А Жук явно не простой тип, каким себя выдавал.

Но он мне надоел. И ему, похоже, тоже надоело играть в эти игры. Из положительного: он не профессионал, раз сдался так быстро. Значит, у меня есть шанс. Интересно только, Ульма ему рассказала про мой фокус с невидимостью или это может стать для него сюрпризом? Хотя вряд ли. Он уже и без неё, скорее всего, про это узнал. Так что не буду полагаться на везение.

— Чужемирец, почему ты просто не хотел насладиться жизнью? — как-то слишком высоко задрав нос, начал он. — Жизнь тебе предоставила второй шанс. Пей себе, девок лапай, живи спокойно. Нет, тебе всюду надо сунуть свой нос. Всё тебя интересует, до всего тебе есть дело. Откуда ты только такой взялся?

— От мамы с папой, — спокойно ответил я, наблюдая за его движениями. — Ты когда подрастёшь, тебе этот секрет расскажут. Откуда берутся дети.

Типичное клише. Злодей обычно начинает много говорить перед тем, как сделать какую-то пакость. Банальщина. И самое главное, откуда только этот пафос? Опасные люди не болтают языком, а делают грязь молча.

В общем, мои опасения подтвердились. Но если бы я знал, насколько же глупым этот косплеер на Гарри Потного окажется. С настоящей магией я сталкивался в этом мире только в виде рун, однако Жук сумел удивить.

Воздух вокруг стоящего очкарика начал светиться. Сложилось такое впечатление, что ему кто-то на спину вкрутил подсветку Ambilight от телевизора. Причём, если руны, которые я наблюдал, всегда подсвечивались одним каким-то цветом, то от Жука пошло радужное свечение. Прямо лидер профсоюза ЛГБТ.

Вирт и Вирой мгновенно сориентировались, и уже через несколько секунд их не было в поле зрения. Ульма же только прижалась к стене, словно ожидала чего-то. И сдаётся мне, она сейчас совершенно не на моей стороне была.

Жук выставил руку и начал бурчать себе под нос свою «авабра-кедабру». Похоже, что руку он выставлял не просто так. Это был его прицел — в какую сторону он собирался бить. Честно скажу — немного растерялся. Курсы молодого бойца против выпускников Хогвадса я не проходил.

Когда в центре его руки вспыхнула какая-то херня, я, инстинктивно просто пригнувшись, прыгнул под него, на пятнадцать градусов правее. И оказалось не зря. Стена сзади меня с треском взорвалась, обволакивая всю квартиру пылью и кирпичной крошкой.

Подскочив на ноги, я уже ничего не видел. Всё заволокло красно-серой пылью. На одном вдохе, просто по памяти, ударил, отработав противнику в корпус. Угадал. И судя по завалившемуся на пол звуку тела, я попал точно в цель. Проверять уже не стал, так как дышать было нечем, а глаза резала пыль.

Отхаркивая лёгкие с соплями и со слезами на глазах, я на ощупь добрался до входной двери и выскочил на лестничную площадку в подъезд, где уже была хоть какая-то видимость. Судя по звукам на первом этаже, близняшки с Ульмой уже спустились вниз. Я последовал их примеру. Выйдя уже на улицу, я стал хоть немного приходить в порядок, размазывая по грязному лицу слёзы. Подняв голову в сторону своего третьего этажа, я только ухватился за голову.

Из моей квартиры со всех сторон валил серый дым пыли.

— Ну конченный идиот! Мне теперь хату неделю убирать. Что за гондон?! — вырвалось у меня.

И тут я услышал странный хлопок со стороны главной улицы, куда выходили окна моей столовой.

Вместе с девками, движимый любопытством, я пошёл через арку посмотреть, что там произошло. И через пару секунд увидел орущего от боли Жука, лежащего в неестественной позе на брусчатке.

— Ульма, — обозлённо бросил я блондинке, стоявшей слева от меня и наблюдавшей за той же картиной, что и я. — Откуда только этот еба*ат на мою голову взялся?! Он же себе все ноги переломал, каскадёр недоношенный.

Этого десантника на стажировке увезли в больничку. Причём я сам поймал телегу с каким-то мужиком и заплатил ему, чтобы тот увёз этого идиота куда подальше с глаз моих. Даже помог загрузить в телегу этого орущего дебила. С ним поехала Ульма, указывая дорогу.

Короче, с ней всё было понятно. Этих двоих можно вычёркивать из списка. С ними мне точно не по пути. Одна беда: Ульму ведь приставили за мной следить, и если она отпадает, Мих Аил пришлёт ко мне другого молодца в лучшем случае, если его не посетит более гениальная мысль. Как бы там ни было, новую няньку мне не хотелось. Хотя и от старой я тоже был не в восторге. Но тут уже не от меня всё зависело.

Главное, чтобы ещё хуже после этого всё не обернулось. Ну да хрен с ним, с этим Мих Аилом. Всё равно загадывать наперёд нет смысла, так как я без понятия, какие вальты у него в голове ебу*ся и что он может учудить. По большому счёту, какие у него ко мне могут быть претензии?

Тут я снова себя поправил. Что значит «какие»? Какие ему в голову придут, такие и будут.

Протерев настенные часы от пыли, я глянул на циферблат. Идут. Почти шесть утра.

Вирт как-то обиженно поднесла мне пиалу с пончиками. По её взгляду я понял, о чём именно она сейчас больше всего сожалела. Согласен, такого святотатства над пончиками нельзя прощать.

Вира же ходила как акула вокруг новой кровати, с ужасом в глазах глядя на слой кирпичной пыли на ней.