Страница 78 из 218
— Нет. Ты всё время говоришь, что знаешь. Но ты не знаешь, как это — проснуться в собственном теле и понять, что им живёт другой человек. Не знаешь, как слышать семью, но не иметь рта, чтобы ответить. Не знаешь, как он боится занять моё место, а я боюсь, что без него вообще исчезну.
— Миша…
— Ты вызвал Сергея.
— Чтобы спасти тебя.
— Ты спросил бы меня?
— Ты умирал.
— Значит, нет.
Александр опустил взгляд.
— Нет.
Михаил сжал кулаки.
— А теперь запись говорит, что Сергей был здесь раньше. Что он создал машину. Ты знал и это?
— Я видел фрагменты обратного раздела.
— Какие?
— Недостаточно ясные.
— Какие?
Елена Павловна коснулась руки мужа.
— Скажи.
Александр посмотрел на Сергея — или на Михаила, стоявшего перед ним в общем теле.
— Я видел город, которого ещё нет. Западные башни. Чёрное солнце над железной дорогой. Тебя взрослого. И Сергея возле машины перехода.
— Он её строил?
— Да.
— Зачем?
— Чтобы вернуться домой.
Сергей ощутил удар изнутри.
Михаил уступил ему тело так резко, что колени подогнулись.
Варвара подхватила его.
— Сергей?
— Здесь.
— Ты знал?
— Нет.
— Уверен?
— Я даже не знал, что уже был в этом мире.
Александр сказал:
— Возможно, ты ещё не был.
— Прекратите говорить загадками.
— Обратные записи показывают вероятное будущее. Если в будущем ты построишь машину и отправишься в прошлое, след твоего возвращения может существовать уже сейчас.
— Тогда запись взрослого Михаила предупреждает о том, чего мы можем не допустить.
— Да.
Берестов рассмеялся.
Варвара мгновенно подняла пистолет.
— Что смешного?
— Вы всё ещё думаете, что предупреждение предназначалось вам.
— А кому?
— Самому себе.
Он кивнул на пластину.
— Запись не появилась, когда Молчанов ушёл на запад. Она появилась, когда Сергей подтвердил право создателя. Взрослый Михаил знал, кто откроет раздел.
— Значит, он говорил со мной, — сказал Сергей.
— Или с тем Сергеем, которым вы станете.
Четвёртая дуга кольца приблизилась к литейному корпусу.
Металл вращался бесшумно, но воздух перед ним расходился белой полосой.
— Всем из двора! — крикнул Игнат.
Рабочие подхватили носилки.
Нина и Костя повели людей к карьерной дороге. Зорич, хромая, добрался до старого подъёмного крана.
— Можно отклонить дугу магнитной лебёдкой!
— В корпусе нет питания, — сказал Игнат.
— Есть остаток в станционных накопителях.
— Они в реке.
— Не все.
Костя указал на телегу у стены. На ней лежал ящик, выброшенный водой после реверса.
— Мы нашли его возле мельницы.
Зорич сорвал крышку.
Внутри пульсировал расколотый накопитель. Синие искры били в металлическую обшивку.
— Этого хватит на один рывок.
— А потом? — спросил Игнат.
— Потом кран либо выдержит, либо станет частью кольца.
Они подсоединили кабели к лебёдке. Сергей помогал Игнату тянуть провод через двор, а Михаил внутри отсчитывал скорость вращения дуги.
«Три оборота до стены».
— Зорич!
— Вижу!
Инженер замкнул рубильник.
Кран ожил.
Цепь с огромным литейным крюком взлетела над двором. Игнат направил стрелу, ловя вращавшуюся дугу.
Первый удар срезал крюк.
— Ещё! — крикнул Сергей.
— Крюка больше нет!
— Цепь осталась!
Игнат опустил стрелу ниже.
Свободная цепь захлестнула металлическую дугу. Кран накренился. Колёса с одной стороны поднялись над рельсами.
— Держит! — закричал Костя.
— Пока нет, — ответил Зорич.
Дуга потащила кран к литейному корпусу.
Игнат бросился к ручному тормозу. Сергей и Варвара навалились на рычаг вместе с ним.
Колёса заскрежетали.
Кран остановился на секунду.
Дуга продолжила вращаться, наматывая цепь.
— Накопитель перегревается! — крикнул Зорич.
Ящик на телеге раздулся. Между досками пробивался синий свет.
— Отключай!
— Тогда дуга войдёт в людей!
За карьерной дорогой ещё оставались раненые.
Павла Тихоновича несли четверо рабочих. Елена Павловна тащила ящик с камерой. Александр шёл рядом, но снова становился прозрачным от напряжения.
Сергей увидел линию между чёрной книгой и вращавшимся металлом.
Кольцо всё ещё считало его управляющим.
— Варвара, держи тормоз.
— Что ты задумал?
— Попробую отдать приказ.
— Оно разрушено.
— Но имя горело после остановки.
Он вышел из-за крана и поднял руку.
Чёрный контур вспыхнул до плеча.
— Остановись!
Дуга не отреагировала.
«Она не знает такую команду», — сказал Михаил.
— Тогда какую знает?
«Вернуться».
Сергей почувствовал память источника. Кольцо не было оружием. Оно служило створкой, соединявшей нижний узел с сетью. После разрушения створка пыталась завершить последнее движение.
Не остановиться.
Закрыться.
— Вернуться в исходное положение! — приказал он.
Дуга дёрнулась.
Цепь на кране ослабла.
Металлический сегмент поднялся выше и повернул к центру двора, где больше не было остальных частей.
Система искала недостающее кольцо.
Сергей направил ладонь к реке.
— Закрыть местный узел.
Дуга полетела к воде.
Она прошла над головами, срезала верхушку фабричной трубы и рухнула в реку рядом с остальными сегментами.
Вода вспыхнула голубым.
Потом погасла.
Накопитель на телеге взорвался.
Зорич успел прыгнуть. Телегу разнесло, кран опрокинуло на бок. Ударная волна прокатилась по двору и выбила остатки окон.
Когда пыль осела, источник молчал.
Впервые с начала ночи не гудели трубы.
Не светилась вода.
Не шептали стены.
Обычная тишина показалась Сергею чужой.
— Закончилось? — спросил Костя.
— Здесь — да, — ответил Александр.
— А в столице?
Никто не ответил.
К полудню у старого карьера разбили временный лагерь. Слобода уцелела, но мельница, мастерская и половина фабричных корпусов были разрушены. Железнодорожная эстакада обвалилась. Телеграф не работал. Дороги размыло, а город за рекой прислал только десяток пожарных и врача.
Жители ещё не знали о перевороте.