Наследник без искры

Глава 14. Тот, кто лежал под мастерской

До конца эстакады оставалось двадцать саженей.

За ним не было рельсов.

Только провал над рекой, крыша мастерской и четыре военных стабилизатора, вбитых по углам двора. Между ними вращалось металлическое кольцо Нижнего источника. Первое имя на нём горело золотом: «МИХАИЛ». Второе наливалось холодным белым светом: «СЕРГЕЙ». Третье ещё оставалось тёмным, но Сергей уже различал проступающие буквы: «АЛЕКСАНДР».

На крыше мастерской Берестов держал нож у горла Елены Павловны.

В другой руке он сжимал стеклянную камеру с вырванным световым отпечатком Михаила.

— Прыгай! — крикнула Елена Павловна.

Сергей не понял, кому она кричит.

Паровоз ударил в последнюю уцелевшую секцию моста.

Доски взлетели щепой. Передняя колёсная пара провалилась, локомотив накренился, и Зорич повис на реверсивном рычаге, пытаясь удержать машину хотя бы ещё секунду.

— Все из вагона! — заорал он.

— Куда? — спросил Павел Тихонович.

— В любое место, где нет котла!

Военная дрезина преследователей остановилась у въезда на эстакаду. Поручик навёл эфирное орудие прямо на локомотив, но стоявший рядом Верейский толкнул ствол вверх.

Выстрел прошёл над крышей.

Голубая полоса разрезала дым и ударила в фабричную трубу. Кирпичная кладка осыпалась во двор.

— Он не даст им разбить чёрную книгу, — сказал Воронцов.

Следователь одной рукой удерживал железный ящик проекта «Наследник». Вторая рука после перестрелки на станции почти не двигалась. Кровь пропитала рукав, однако Воронцов словно не замечал раны.

— Не только книгу, — ответил Сергей.

Он смотрел на Берестова.

Тот не прятался от выстрелов. Не пытался увести Елену Павловну с крыши. Не торопил солдат.

Ждал.

Побег со станции, погоня, переведённая стрелка, незапертый путь к мельнице — всё вело сюда.

— Нас загнали к источнику, — сказал Сергей.

— А мы думали, что убегаем, — отозвалась Варвара.

Она стояла у открытой двери, прижимая повреждённую руку к груди. Лицо побелело, но взгляд оставался твёрдым.

— Теперь можешь сказать, что это был плохой план.

— Скажу, когда выживем.

— Оптимистично.

Под вагоном лопнула балка.

Локомотив просел ещё на аршин.

За кабиной жалобно заскрежетала сцепка. Грузовой вагон с людьми, книгой и двадцатью ящиками станционных накопителей пока оставался на рельсах, но тяжёлый паровоз тянул его к обрыву.

— Отцепить локомотив! — приказал Сергей.

Зорич бросил взгляд на сцепной механизм.

— Палец заклинило.

— Выбить.

— На него приходится вся масса вагона.

— Тогда разгрузить сцепку.

Инженер посмотрел на обрыв под передними колёсами.

— Для этого нужно дать пар назад.

— Давайте.

— Паровоз упадёт.

— Он и так падает.

— Но сделает это немного позднее.

— Нам хватит.

Зорич оскалился.

— Начинаете рассуждать как железнодорожник.

Игнат взял молот.

— Это ругательство?

— В нынешней ситуации — похвала.

Инженер открыл клапан.

Задние колёса взревели. Сталь зацепилась за уцелевший рельс, локомотив дёрнулся назад, на мгновение толкнув вагон.

— Сейчас!

Игнат ударил молотом по фиксатору.

Первый удар отозвался звоном в костях.

Второй смял край пальца.

Третий выбил его из сцепки.

Локомотив отделился.

Грузовой вагон откатился на несколько саженей и остановился на перекошенном участке эстакады.

Паровоз начал падать носом.

— Прыгать! — крикнул Зорич.

Сергей вытолкнул Варвару на площадку вагона. Следом перебрались Нина и Павел Тихонович. Воронцов передал Игнату железный ящик, однако сам не успел сделать шаг: пол кабины ушёл из-под ног.

Сергей поймал следователя за ворот.

Игнат ухватил его здоровой рукой.

Вместе они выдернули Воронцова наружу.

Зорич остался у топки.

— Уходите! — крикнул Сергей.

— Нужно сбросить давление!

— Паровоз сейчас окажется в реке!

— Именно поэтому! Раскалённый котёл разорвёт при ударе о воду. Полетит не только мост. Половину мельницы снесёт!

Он сорвал аварийный клапан.

Из трубы вырвался столб пара.

Локомотив накренился почти вертикально.

Зорич оттолкнулся от пола кабины и прыгнул.

Сергей прыгнул за ним.

Удар о воду выбил воздух из лёгких.

Холод оказался сильнее боли.

Река сомкнулась над головой, наполненная синими нитями остаточного эфира. После сброса фабричного накопителя течение стало похоже на живую сеть. Светящиеся прожилки обвивали сваи, уходили под камни и тянулись к мастерской.

Чёрный контур на запястье Сергея вспыхнул.

На мгновение он увидел реку изнутри.

Водяная жила проходила под мельницей, соединялась с Нижним источником и расходилась тремя ветвями: к мастерской, усадебному дому и старому литейному корпусу. Затонувшие накопители ещё не коснулись воды, но контур уже ждал их.

Будто всё было подготовлено заранее.

«Слева», — сказал Михаил внутри.

Сергей повернул.

Мимо него пронеслась оторванная часть тендера. Он успел оттолкнуться от сваи, но течение закрутило и потащило под эстакаду.

«Дай мне руку».

— Она и так твоя.

«Тогда не мешай».

Пальцы сами вцепились в цепь, свисавшую с опоры.

Сергей не выбирал движения. На несколько секунд телом управлял Михаил — неловко, судорожно, но достаточно, чтобы удержаться.

Они впервые действовали одновременно.

Не сменяя друг друга.

Не отнимая тело.

Вместе.

Сергей вынырнул.

Рядом барахтался Зорич, обнимая оторванное паровозное колесо.

— Целы? — крикнул Сергей.

— Нет!

— Что сломано?

— Локомотив!

Игнат бросил верёвку с берега. Сергей поймал конец и обмотал вокруг запястья. Течение ударило в спину, но мастер вытянул его к каменной отмели.

Зорич выбрался следом.

— Варвара? — спросил Сергей.

Игнат указал на среднюю опору.

Варвара висела на мокром брусе, зажав ногами верёвку на запястьях Серебрякова. Инспектор, которого они везли связанным после предательства на станции, захлёбывался под ней. Варвара удерживала его голову над водой одной здоровой рукой.

— Я тебя ненавижу, — прохрипел Серебряков.

— В очередь.

Игнат подошёл по пояс в воду и вытащил сначала Варвару, потом пленника.

— Могла отпустить, — сказал инспектор.