Страница 179 из 218
— Нет.
— Правильный ответ.
— Но можно хотя бы ночь не открывать двери.
— У нас есть ночь?
Над городом три неба постепенно договаривались о темноте.
— Почти.
Механические часы пробили общий час.
Один удар.
Второй.
На пятом остановились.
Не потому, что сломались.
Кто-то удержал молот.
На башне стоял мальчик лет десяти.
Сергей сразу понял, кто это, хотя никогда его не видел. Не по лицу. По тому, как Варвара рядом перестала дышать.
Будущий отпечаток говорил о ребёнке, который родится с памятью двух миров и откроет дверь архивным детям.
Мальчик спрыгнул с башни.
Не упал. Пространство подставило ступени, которых ещё не построили.
Он подошёл к Сергею и Варваре.
— Вы не должны были узнать обо мне раньше рождения.
Варвара сжала кружку.
— Имя?
— Вы решили не спрашивать.
— Сейчас спрашиваю.
Мальчик посмотрел на неё.
— Егор.
Сергей ощутил знакомый зов проводника.
— Ты из будущей линии?
— Нет.
— Тогда откуда?
— Из той, которую вы только что создали, отделив инициаторов.
— Сколько тебе лет?
— Десять.
— Почему пришёл?
— Остановить поезд.
На платформе состав дал гудок.
— Что с ним? — спросила Варвара.
— Это не добровольный маршрут.
— Правила висят.
— Их написал мир на другой стороне.
— И?
— Он объявил не все физические условия.
Зорич услышал и бросился к тормозному рычагу. Поезд уже двигался. Механические колёса провернулись, но платформа начала уходить назад.
— Какое условие скрыто? — крикнул инженер.
Егор посмотрел на пассажиров.
— Там личность не считается отдельной единицей. Каждый прибывший автоматически становится частью местного большинства.
Воронцов поднял красный сигнальный флаг.
— Остановить маршрут!
Поезд не подчинился. Договор был подписан обеими сторонами, а скрытое условие не фиксировалось системой как нарушение, потому что в том мире понятие личности отсутствовало.
Сергей и Варвара побежали рядом.
Егор оставался на месте.
— Закрой дверь! — крикнул Сергей.
— Я не проводник.
— Ты открыл путь из будущего.
— Не я.
— Кто?
Мальчик поднял глаза на башню.
Там стояла взрослая женщина.
Не Мария.
Не Анна.
Она имела лицо Варвары и чёрный контур Сергея.
— Наша дочь, — сказал Егор. — В вашей линии она родилась первой.
Варвара резко остановилась.
— У нас двое детей?
— Было двое.
— Что значит «было»?
Женщина на башне подняла руку.
Поезд исчез в чужой области.
Вместе с ним пропали триста пассажиров, Зорич, молодой Молчанов и Воронцов, успевшие запрыгнуть в последний вагон, чтобы остановить состав изнутри.
На месте рельсов осталась гладкая полоса металла без стыков.
Егор посмотрел на родителей.
— Теперь один.
Сергей схватил его за плечи.
— Где твоя сестра?
— На другой стороне.
— Она отправила поезд?
— Да.
— Зачем?
— Чтобы собрать большинство, способное проголосовать за её существование.
— Она уже существует.
— Не в нашей линии.
Взрослая женщина на башне начала исчезать.
— Как её зовут? — спросила Варвара.
Егор ответил:
— Елена.
На мгновение женщина посмотрела вниз.
В её лице были глаза Сергея, упрямство Варвары и усталость человека, который слишком долго доказывал право родиться.
— Простите, — сказала она. — Но триста голосов важнее двух родителей.
Башня опустела.
Егор открыл ладонь.
На ней лежал билет исчезнувшего поезда.
Пункт назначения был написан одним словом:
«БОЛЬШИНСТВО».
Ниже проступило новое условие маршрута:
«ОБРАТНЫЙ ВЫХОД ДОСТУПЕН ТОЛЬКО ЛИЦАМ, ПРИЗНАННЫМ МЕНЬШИНСТВОМ».
Егор посмотрел на Сергея и Варвару.
— Если хотите вернуть поезд, придётся войти в мир, где отдельного человека не существует, и убедить большинство признать право быть одному.
За гладкой полосой рельсов одновременно закричали триста голосов.
Через секунду они слились в один.
Он говорил голосом Воронцова:
— Следствие завершено. Нарушений прав личности не обнаружено, поскольку личность не определена.