Страница 134 из 218
— Кто такой Первый? — спросил Воронцов.
— Ребёнок исходной машины. Не версия Лёши и не сын Сергея. Он принял это лицо, потому что через него легче получить доверие.
— Он остался в сердце после обмена.
— И все восемь лет говорил со мной, — призналась взрослая Мария. — Помогал искать маму. Предлагал решения. Строил второй эксперимент моими руками.
Лёша побледнел.
— Ты сказала, что создала машину сама.
— Я так думала.
Сердце сбросило нулевую ткань.
Из него поднялся световой мальчик.
Алексей Первый улыбался.
— Наконец-то достаточно дверей.
Он щёлкнул пальцами.
Все версии Алексеев и Марий в городе замерли.
Их контуры повернулись к крепости.
— Армии не ваши? — спросил Сергей.
— Они создавали сопротивление. Сопротивление создавало выбор. Выбор питал переход.
— Значит, оба лагеря были нужны.
— Как белый и золотой контуры. Машина учится на противоположностях.
Детская Мария встала.
— Ты хотел, чтобы мы спорили, кого считать настоящим.
— Да.
— Почему?
— Пока вы ищете правильную версию человека, вы признаёте право машины предлагать варианты.
— А если не ищем?
— Тогда испытание заканчивается.
— Мы уже отказались выбирать между вами.
— Поэтому прошли первый этап.
— А второй?
Первый посмотрел на чёрную дверь.
— Создать продолжение машины добровольно.
Срок показывал:
«ОДНА МИНУТА ПЯТЬДЕСЯТ ДВЕ СЕКУНДЫ».
— Никто не согласится, — сказал Михаил.
— Уже согласились. Четыре проводника разрешили поездку. Лёша дал имя. Взрослая Мария предупредила собственное создание. Все необходимые решения приняты.
Игрушка раскрылась.
Внутри неё не было механизма.
Только крошечное сердце с четырьмя камерами.
Чёрная дверь выросла, поглощая мост крепости.
— Вторая машина получит якорь через минуту, — сказал Первый. — И на этот раз вы построите её не через восемь лет.
Каменные стены Ротенбурга исчезли.
Вместо них возник огромный зал второго эксперимента.
Настоящее и будущее поменялись местами.
Теперь крепость находилась внутри машины.
Взрослая Мария посмотрела на центральную панель.
— Он солгал о сроке.
— Что происходит? — спросила Варвара.
— Восемь минут были не временем до запуска.
На панели зажглась надпись:
«ЭКСПЕРИМЕНТ № 2 ЗАВЕРШЁН».
«ДО РОЖДЕНИЯ СОЗДАТЕЛЯ: ОДНА МИНУТА».
Первый повернулся к Елене Павловне.
Она держала детскую Марию одной рукой, а другой поддерживала прозрачного Александра, вернувшегося с вокзала.
Световой мальчик поклонился ей.
— Здравствуй, мама.
Елена Павловна побелела.
— Я не твоя мать.
— Не биологическая. Первая машина дала мне лицо. Вторая должна дать человеческую память.
— Чью?
Первый посмотрел на Михаила.
— Ту, которую она сохранила после смерти сына.
Михаил шагнул перед матерью.
— Я жив.
— Сейчас, — ответил Первый.
На панели появилась будущая запись:
«МИХАИЛ АЛЕКСАНДРОВИЧ ВЯЗЕМСКИЙ».
«ДАТА СМЕРТИ: ЧЕРЕЗ ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТЬ СЕКУНД».