Страница 120 из 218
Проводник коснулся её волос.
— Есть другой путь.
Все повернулись к нему.
— Инициатором был исходный Сергей до смерти. Команда привязана к последнему живому носителю первоначального мира. Если открыть «Дом» не в конце, а за три минуты до аварии, живой Сергей сможет отменить запуск.
Сергей почувствовал, как под ногами исчезает пол.
— Вернуться к себе.
— До перехода.
— И предупредить?
— Не предупредить. Отменить собственную команду.
— Что станет с этим миром?
— Если переход не откроется, тебя сюда не перенесёт.
— Значит, всё исчезнет.
— Эта линия станет несостоявшейся.
Варвара опустила карабин.
— Нет.
— Это спасёт исходный мир, — сказал проводник.
— И уничтожит наш.
— Ваш мир существовал до Сергея.
— Но события изменятся. Михаил останется в источнике. Молчанов победит или нет — неизвестно. Мы не встретимся.
— Да.
— Это не спасение.
Сергей смотрел на неё.
Впервые путь домой открылся не как ловушка канцлера.
Настоящий.
За три минуты до смерти.
Можно закрыть программу.
Не нажать кнопку.
Не уничтожить собственный мир.
Он увидит мать.
Останется жив, если избежит аварии.
Никогда не встретит Варвару.
Не разделит тело с Михаилом.
Не узнает Ротенбург.
— Сколько людей в моём мире? — спросил он.
— Более семи миллиардов на момент запуска, — ответил исходный отпечаток.
— А здесь?
— Неизвестно.
— Примерно.
Молодой Молчанов сказал:
— В империи, федерации и соседних государствах — около четырёхсот миллионов.
— Значит, арифметика ясна, — произнёс исходный Сергей.
Варвара направила карабин на него.
— Замолчи.
— Вы отказываетесь от спасения большинства, потому что эмоционально связаны с одним носителем.
— Я отказываюсь позволить машине назвать убийство мира исправлением ошибки.
— Мир возник вследствие ошибки.
— Люди в нём нет.
Сергей коснулся чёрного контура.
— Если отменю запуск, этот мир вернётся к собственной линии до моего появления.
— Возможно, — сказал проводник.
— Возможно?
— Чёрный путь никогда не показывал линию без твоего прибытия. Она закрыта внешним ответом.
Исходный отпечаток сказал:
— Нет. После отмены связь исчезнет. Мир продолжит историю без вмешательства.
— Откуда знаешь?
— Я — полная модель.
— Уже неполная, — напомнила Мария.
Внутри сердца засмеялся мальчик Алексей.
— Они оба лгут.
Сергей поднял механизм.
— Объясни.
— Если папа отменит переход, этот мир не освободится. Он никогда не появится.
— Почему?
— Потому что он не был найден. Он был создан как место назначения.
Александр побледнел.
— Невозможно.
— Нижний источник существовал до Сергея, — сказала Варвара.
— В памяти людей, — ответил Алексей. — Но чья память была первой?
Никто не ответил.
Мальчик продолжил:
— Мир построен Чёрным путём из вероятности, где человеческие отпечатки стали источниками. Первый внешний ответ не пришёл из существующей реальности. Машина Сергея рассчитала её, а потом решила, что получила сигнал.
— Значит, наш мир — модель? — спросил Михаил.
— Был моделью. Пока люди не начали выбирать.
— Тогда стал реальным?
— Спросите исходного.
Все посмотрели на тело.
Оно молчало.
Варвара подняла карабин выше.
— Отвечай.
— Реальность определяется непрерывностью наблюдения.
— По-человечески.
— После прибытия Сергея линия получила независимых наблюдателей. Теперь отмена запуска уничтожит их.
— Всех четыреста миллионов, — сказал Сергей.
— Да.
— Ты знал и предлагал.
— Семь миллиардов больше.
— И после этого называешь себя человеком.
— Я завершённая запись человека.
— Нет. Ты последнее действие без всего, что было после.
Сергей подошёл к исходному телу.
— Я не войду в капсулу.
— Тогда слияние завершится.
— Мы уничтожим опоры.
— Сердечный узел защищён Ланской и Молчановым.
— Доберёмся.
— Западный архив нельзя отключить, пока он удерживает тела эвакуированных канцлером.
Эва посмотрела на карту автономных хранилищ.
— Двести сорок тысяч отпечатков.
— При отключении они исчезнут, — сказал исходный Сергей.
— Можно вернуть их телам, — предложил Михаил.
— Большая часть тел уже захвачена контурами.
— Тогда дать новые.
Молодой Молчанов посмотрел на капсулы.
— Лаборатория умеет выращивать одно тело за шесть лет.
— А нужно двести сорок тысяч за сорок минут, — сказал Воронцов.
Зорич вернулся из машинного отделения, весь в саже.
— Не обязательно выращивать.
Все повернулись.
— Если отпечаток способен удерживаться в механическом архиве, он может получить механический интерфейс. Не тело. Способ говорить, видеть и отказаться от хранения.
— Двести сорок тысяч машин? — спросила Эва.
— В городе уже есть телефоны.
— Ланская входит через электричество.
— Поэтому пневматика.
Он указал на сеть труб, пронизывающую крепость и город.
— Пневматическая почта связывает учреждения, фабрики и убежища. Никакого эфира. Никакого электричества. Воздух и клапаны.
— Перенести отпечатки в трубы? — спросил Игнат.
— Не полностью. Дать каждому канал решения. Архив спрашивает: остаться, уйти или рискнуть возвращением в тело.
— И если выберут уйти? — спросила Варвара.
— Отпустить.
— Канцлер не позволит, — сказал Сергей.
Сердце ответило его будущим голосом:
— Не позволю уничтожить город.
— Тогда придётся тебя отделить.
Мальчик Алексей сказал:
— Откройте только один лепесток. Я покажу, где он.
— И выйдешь.
— Частично.
— Нет.
— До слияния тридцать восемь минут.
— Откуда знаешь?
— Ланская считает вслух.
На карте:
«ТРИДЦАТЬ ВОСЕМЬ МИНУТ».
Эва развернула план.
— Три группы. Первая остаётся в архиве и запускает пневматическое голосование. Вторая идёт к вокзалу отключать сердечный узел. Третья должна попасть в Императорское кольцо и отделить Ланскую от Марии Константиновны.