Страница 48 из 54
35. Нелепая просьба
Неловко закрываю за собой дверь и сбрасываю рюкзак на пол с четким ощущением, что здесь я чувствую себя в безопасности, пусть и пришла не совсем вовремя. Ведь мое внезапное появление явно подпортило планы этих двоих. Слова сами срываются с языка:
— Извини, если помешала..
— Мы не трахались, — перебивает Руслан, скрываясь в конце длинного коридора, а я так и замираю в растерянности от его грубого признания. — Идешь или будешь стоять?
Не очень-то он дружелюбен для разговора, с которым я пришла сюда.
Сердце колотится от кипящего в крови адреналина, пульс неровно прыгает, будто камень по глади воды, пока я иду вслед за парнем, от которого зависит вся моя жизнь..
На полпути меня останавливает осознание, что я забыла снять обувь.
Быстро возвращаюсь к двери, чтобы исправить свою ошибку. Фух.. Меня все еще потряхивает.
Я думаю, как только Руслан услышит мою глупую идею, я вылечу из его квартиры быстрее, чем пробка из шампанского.
Но.. мне вроде уже нечего терять, да?
С тревожным чувством вхожу в гостиную. Руслан сидит, вальяжно развалившись на диване, его ноги широко расставлены, отчего полотенце на бедрах натянуто до неприличия. Все это выглядит слишком откровенно, провоцируя жар вспыхнуть в груди.
Его бедра широкие, мускулистые и по-мужски волосатые, именно эта деталь придает ему дикости и необузданности.
Тепло поднимается к щекам, когда взгляд притягивается туда, где ему не место, ведь полотенце задрано невозможно высоко.. Но Руслана это явно не смущает.
Он не обращает на меня никакого внимания, пока его длинные татуированные пальцы наносят крем на чуть воспаленную кожу с незаконченным рисунком.
Пялюсь гораздо дольше, чем следует.. и это слишком интимно для моих глаз. Если вдруг завтра ослепну, я с достоинством приму свое наказание.
Прикусив губу, стыдливо отвожу взгляд, он натыкается на беспорядок на столике рядом с диваном. Делаю вывод: они набивали татуировку.
Но это осознание не умаляет ни смятения, ни тревоги: то, зачем я здесь, просто до абсурда наивно и даже нелепо, как и странные чувства, по какой-то причине притягивающие меня к Руслану. Я не хочу давать им определения, потому что не должна испытывать к парню ничего подобного.
— Может, уже расскажешь? Или ты опять пришла поглазеть на меня? — глубокий голос Руслана вырывает меня из мыслей.
Сердце колотится о ребра, я вдыхаю полной грудью и заставляю язык пошевелиться:
— Нет, я пришла не поглазеть, а за помощью.
Молчу, разглядывая гостиную, в которой ничего не изменилось за время моего отсутствия.
— И чего же ты от меня хочешь?
Краем глаза вижу, как он откладывает мазь и снова разваливается на диване.
— Ты.. не мог бы одеться? Пожалуйста, — быстро добавляю. — Мне было бы комфортней разговаривать.
Руслан хмыкает, пока я, как дурочка, закусываю губы и смотрю по сторонам.
Слышу, как он поднимается с дивана и будто нарочно проходит мимо, слегка задевая рукой.
— А ты любишь покомандовать, дикарка, — тяжелая усмешка шевелит волосы на макушке, и я задерживаю дыхание, отказываясь признавать, что от его слов по телу бегут мурашки.
Передергиваю плечами и, напряженно выдохнув, сажусь в кресло. Нервно поправляю взлохмаченные волосы и заплетаю их в небрежную косу.
Тяжелые шаги босых ног предупреждают о появлении Руслана, и я вытягиваюсь струной, складывая руки на коленях в замок.
Руслан появляется в гостиной в шортах и на ходу натягивает футболку одним небрежным движением. Мое внимание задерживается на нем, а потом машинально концентрируется на расстоянии, которое он стремительно сокращает, пока не падает в кресло напротив.
— Итак, ты здесь, потому что.. — он жестом показывает, что ждет продолжения уже от меня.
Еще сильнее выпрямляю спину, прочищаю горло и пытаюсь казаться уверенней перед тем, как самая моя большая глупость сорвется с языка:
— Мне нужно, чтобы ты женился на мне.
Руслан не скрывает удивления, вопросительно выгибает бровь, изучая мое лицо, а потом запрокидывает голову и откровенно смеется. Этот красивый низкий смех в любой другой ситуации прокатился бы теплыми мурашками по коже, но сейчас заставляет груз неверного решения обрушиться мне на голову.
Не стоило сюда приходить.
Я вскакиваю на ноги, чувство стыда и унижения подстегивают словно хлыстом, и я хочу сорваться прочь, но Руслан останавливает меня, жестко схватив за запястье.
Я ахаю и испуганно смотрю на руку, стиснутую, будто браслетом, сильными пальцами Усманова.
— Пусти! — шиплю, пытаясь освободиться, но вместо того, чтобы отпустить, он дергает меня к себе, и я с визгом падаю ему на колени.
Делаю череду глубоких вдохов, в панике глядя на Руслана, которого, судя по всему, забавляет моя реакция, и снова дергаюсь в попытке встать, но цепкие руки лишают возможности пошевелиться.
Спустя несколько оглушающих ударов моего сердца, я снова пытаюсь высвободиться, но только больше распаляю Руслана.
Покачав глупыми кудряшками, он мрачно усмехается.
— Для девушки, которой нужна помощь, ты слишком дерзкая.
— Для парня, который хотел бы помочь, ты слишком придурок! — огрызаюсь в ответ.
Мы смотрим друг на друга: я — чувствуя, что хочу исчезнуть и забрать идиотскую просьбу с собой, он — будто желая забраться мне голову.
Я слишком быстро проигрываю игру в гляделки, попадаю в ловушку его взгляда и расслабляюсь, отказываясь предпринимать попытки встать с колен этого парня.
Приходится признаться себе, что мне нравится, как большие ладони согревают кожу сквозь одежду. Это нехорошо, но.. это правда. Впрочем, моя жизнь в последнее время состоит из одних нехороших поступков. И, кажется, с этим уже ничего не сделать.
— Почему ты хочешь, чтобы я женился на тебе? — наконец интересуется Руслан, изучая меня пристальным взглядом.
— Не то чтобы прям женился, достаточно штампа в паспорте. И чем скорее, тем лучше.
Руслан задумчиво хмыкает, прищуривается.
— И к чему такая срочность?
— Так нужно, — уклончиво отвечаю, чуть ерзая на коленях Руслана.
Его пальцы сильнее впиваются в мою кожу, и вдох на мгновение застревает в горле.
— Так не пойдет. Либо ты рассказываешь, в чем проблема, либо окажешься ночью на улице. Догадываюсь, что в таком случае ты вряд ли найдешь другого идиота, который пошел бы в загс с незнакомкой.
— А ты считаешь себя идиотом?
— Нет. Я исключение: знаю уже и твой умничающий ротик, и проблемы, которые идут с ним в комплекте.