Страница 11 из 54
Но контакт его руки, которую не прикрывает никакая одежда, с моей грудью вызывает легкую дрожь, сошедшую по телу неконтролируемой лавиной мурашек.
И вот моя слабость после приступа с позором уступает место другим ощущениям и эмоциям, которые не получается усмирить. Как и всполох искр, расползающийся от центра живота во все стороны.
— Расслабься, чего такая шуганая? — уже спокойнее произносит парень. — Я просто пристегнул тебя.
Все еще сжимая баллончик, вспоминаю, что не закрыла его и начинаю судорожно искать колпачок на сиденье и под ногами, насколько позволяет ремень.
— Что ты там возишься?
— Колпачок, нужно закрыть ингалятор..
— Может, займешься этим позже? — недовольно ворчит парень, разгоняясь по пустынной дороге среди заброшенных гаражей. А я только сейчас обращаю внимание, как сильно стемнело.
— Нет, — с запозданием отвечаю. — Нужно сейчас.
Я замечаю голубую крышечку у себя в ногах и снова порываюсь вперед, упираясь одной рукой в торпеду для равновесия, но дотянуться не выходит.
Тогда я слышу приглушенные ругательства, после которых меня за шкирку возвращают на место.
— Сядь уже.
Я впиваюсь взглядом в парня, который, управляя машиной одной рукой, чуть сбавив скорость, касается моего бедра и просовывает руку у меня между ног.. чтобы через секунду вручить колпачок.
— Ты ходячая проблема, в курсе?
Тяжело сглотнув, под прицелом жгучих глаз незнакомца забираю из его длинных пальцев крышку и закрываю баллон.
А в голове как на повторе крутятся кадры, с какой легкостью совершенно посторонний мужчина скользнул по моим бедрам, задев локтем низ живота.
И я не знаю, что делать с ощущениями, которые неприятно стягивают то самое место.
Непривычный жар полностью охватывает мое тело. Мне душно. Я не могу пошевелиться.
Отчасти потому, что заперта в небольшом пространстве с парнем, энергетика которого наэлектризовывает воздух между нами.
А отчасти потому, что он дважды дотронулся до самых запретных частей моего тела.
Все вокруг нас пребывает в таком напряжении, что, если неловко пошевелиться и чего-нибудь коснуться, случится непоправимое.
Сильные татуированные руки уверенно переключают передачу и играючи управляют массивным рулем.
Все в этом парне как притягивает меня, так и отталкивает, потому что я не привыкла к такому типажу мужчин.
Но свежий аромат его парфюма близок и приятен, и даже нравится, как ненавязчиво он пробирается мне под кожу.
Запах соленого моря, свежих фруктов и солнца.
Пальцы впиваются в край сиденья. Этот аромат отзывается в моей душе, и сопротивляться ему бесполезно. Он успокаивает меня. Вызывает доверие.
Взгляд падает на приборную панель, и я зажмуриваюсь, когда вижу стрелку спидометра, перевалившую через сто тридцать.
А сама как в дурмане просто дышу, наконец спокойно осязая каждую молекулу исходящую от тела совершенно незнакомого парня.
Но мое спокойствие прерывает звонок. А когда до меня доходит, что это мой телефон трезвонит в сумке, внутри все сжимается.
Я понимаю, что кроме брата звонить мне никто не может.
Но я не могу с ним говорить, ведь опять придется соврать, а я сейчас не в лучшем состоянии.
Сердце трепыхается в груди как подбитая птица. Порывисто втягиваю носом воздух.
— Может, ответишь? — напоминает о себе мой недовольный незнакомец, сосредоточенный на дороге.
Я беру телефон. Хоть я и знаю, кто звонит, но, когда вижу имя брата, сердце в отчаянии подпрыгивает к горлу.
Одним движением включаю беззвучный режим и с тяжестью в груди убираю телефон в сумку.