Страница 64 из 64
– Ничего не бойся,
И всё стало хорошо. Максим Великий переселился из бункера во дворец, получил доступ к телевизору, фильмам, книгам и компьютерным игрушкам. Каждый вечер он молился богине, рассказывая о том, как прожил день. Эта обязательная отчётность способствовала развитию его личности. Богиня не всегда отвечала, но Максим знал, что она видит и слышит его. И если он что-то сделает не так – ударит током.
Лене он не был в тягость. Его ведь изначально выращивали послушным. Куда сложнее сделать из Сопли Максима Великого, наточить ему зубы, накачать авторитет среди придворных.
* * *
Тем временем другой Максим – Кальмар – так и живёт у отвоевавшей его женщины. Они вместе смотрят новости и смеются над тем дурачком-двойником, который вынужден работать за президента, когда тот купается в семейном счастье. Ну как купается – кормят хорошо, обращаются ласково, комфорта и развлечений больше, чем в бункере. Иногда выводят на прогулку. По ночам Кальмар вертится, как вентилятор, долго не может уснуть из-за зависти к Сопле. Второе место... это так обидно! Но главное — он единственный и ненаглядный! Ради этого стоило играть в прятки.
* * *
Роберт Тамм перенёс три операции, своё семидесятилетие он встретил в больнице. А потом Анна забрала его к себе на реабилитацию. Он пока не приезжал на родину, но очень хочет повидаться с внуками и кошкой.
* * *
В семье Марцинкевичей появился 124-й ребёнок.
– Когда ж всё это кончится? – в сто двадцатый раз повторяла Мария.
Их неугомонная соседка Александра Живицкая готовит к публикации открытое письмо президенту с требованием прекратить преследование пенсионеров и отменить пенсии.
* * *
Ёжик не поехал учиться в Краков. Потому что его бабушка не то чтобы жива, но всё же не умерла. Гуся пыталась его прогнать, обещая позаботиться о старухе, но нет, ни в какую.
* * *
Марта не хотела общаться с братом, ведь он лишил её отца. А с матерью пойти на контакт... решила, что пока не готова, хотя Марат написал её адрес. Хорошо, что дед выжил. Роберт регулярно пишет, присылает фото и зовёт в гости. Но ехать в этот чудовищный город ей совсем не хочется. Что с отцом? Дед сообщил, что он умер, при этом никаких подробностей, будто просто взял и умер. Свидетельство о смерти Роберт пока не получил.
Новых клиентов у начинающего кайфкоуча нет. Нашла у отца наличку в ящике с носками – можно растянуть на полгода. Чтобы не сидеть, не страдать от безделья, Марта составила программу на месяц для самой себя: начать учить иностранный язык, прочитать шесть книг, научиться готовить (списалась с трактиром «Август», чтобы взять уроки у Ёжика). Что-то ещё было… Ах, да – четыре добрых дела, по одному в неделю.
Как только Марта узнала о наводнении, тут же вызвалась принять участие в спасательной операции. Такого опыта у неё, конечно, не было. И она даже не представляла, что нужно делать, и как это выглядит. Её направили в палаточный городок, составлять списки пострадавших и помогать на полевой кухне. Там Марта провела трое суток среди горя, в грязи, под проливным дождём. Позже она увидела эти страшные кадры, как люди на лодках вылавливают трупы. Возможно, там плыли и мёртвые неви…
Марта написала Марату:
— Ты жив?
— Жив. У Тамары в детсаду много пострадавших, нужна помощь.
Под предлогом забрать дедову кошку Марта приехала к матери. Добрых дел за неделю набралось больше, чем было запланировано на месяц. Книжки, иностранный язык и кулинарные курсы подождут.
Лео ответил на письмо. Ему очень приятно, что Марта помнит о нём и ждёт. Пообещал, что как только вернётся, они обязательно прогуляются по набережной. Марта хотела написать ему стихи, два вечера промучилась, пытаясь зарифмовать свои уникальные чувства, но получалась полная дребедень.
Она мыла пол на кухне, когда на радио "Винтаж" играла какая-то неизвестная песня, душевная очень. И такой волшебный женский вокал, прямо сердце обволакивающий! Марта заслушалась, присела задумчиво с тряпкой в руках и поняла — вот оно, то что нужно! Нашла текст в интернете.
Гори, гори, моя звезда.
Звезда любви приветная!
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда.
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда...
<отправлено>