Тень Тодзи Фушигуро

Глава 20

«Синкансэн» врывался под своды станции Токио с тихим, утробным шипением. Звук напоминал последний, хриплый выдох издыхающего железного дракона, которому только что вспороли металлическое брюхо. Мегаполис обдал прибывших привычным, удушливым коктейлем. В воздухе стояла густая взвесь из раскаленного бетона, едкой дизельной гари, запаха пережаренного якитори и того особого, зудящего на зубах электрического марева, что всегда нависает над миллионниками за секунду до мощной грозы.

В благословенную эпоху Хэйан триумфальное возвращение в столицу после заморских набегов выглядело куда как более… душевно. Победители пришвартовывались на полусгнивших, скрипящих барках. Воняли так, что слезились глаза: прогорклой рисовой брагой, застарелым потом, мокрой псиной и гниющими в сточных канавах нечистотами. Местные крестьяне щедро сливали дерьмо прямо на обочины, пока по улицам неспешно ползли крытые паланкины. Тодзи, если честно, кардинальной разницы не улавливал. Что полтысячи лет назад, что сейчас — любой центр силы неизменно вонял чужими деньгами и чужой, запекшейся кровью. А эти два компонента Убийца Магов чуял даже с закрытыми глазами.

Возвращение из Шанхая прошло на том уровне вальяжного, наглого комфорта, который доступен исключительно ублюдкам, чьи карманы греет пачка чеков с восемью нулями. Частный джет, щедро оплаченный из средств выпотрошенного сейфа гильдии «Красный Лотос», мчал их сквозь грозовые фронты Восточно-Китайского моря. На борту царил оазис порока. Пахло дорогой кожаной обивкой, свежеиспеченными круассанами, элитным французским парфюмом и абсолютным, хамским, безнаказанным благополучием.

Бывший Зэнин вышагивал по перрону привычным, стелющимся, хищным аллюром сытой пантеры. Одет в свои стандартные, не стесняющие движений широкие штаны и выцветшую черную майку. Тяжелые десантные ботинки выбивали из бетона сухую, ровную дробь. На широком плече, сжавшись в неприметный склизкий узел, мирно дрых червь-хранитель. В бездонном брюхе твари надежно, как в сейфе Банка Японии, покоились трофейный дезертирский меч, «Освободитель цепей» и бережно укутанный в шелк диск «Девяти Звезд».

За ним, держа дистанцию ровно в два шага и вальяжно одергивая полы темно-синего шелкового хаори, плыл Рю.

Вернув финальный фрагмент истинного имени и окончательно сцементировав хэйанскую матрицу, древний дух трансформировался в пугающе плотного, статного и запредельно наглого мужика. Острые скулы, короткий ежик темных волос. В глубине карих глаз непрерывно плясали шальные, золотистые первородные искры. На переносице пижона всё так же победоносно и издевательски красовались глухие круглые очки Годжо. А на правом запястье, поверх чешуйчатого браслета «Черной Нити», гордо сиял массивный перстень с изумрудом размером с перепелиное яйцо — памятный сувенир, сдернутый с пухлого пальца шанхайского главаря.

Замыкала странную процессию Рико Амани. Девчонка вырядилась в практичный джинсовый комбинезон и нелепую розоватую кепку. На хрупком плече болтался баул, набитый цветастыми китайскими сувенирами. Не сбавляя темпа, малолетняя спутница с усердием уничтожала вторую коробку шанхайских пельменей «сяолунбао» и трещала без умолку, пялясь на снующих столичных клерков.

Вернувшись из Шанхая, троица направилась в уже обжитый особняк в Мегуро. К вечеру на дубовом столе лежали новые трофеи, оружие и документы, а общий капитал компании перевалил за двести тридцать пять миллионов иен. Рико уснула на диване после заказанного ужина, пока Тодзи приводил в порядок арсенал, а Рю отмечал возвращение бутылкой тридцатилетнего виски.

— Двести тридцать пять миллионов… — задумчиво протянул компаньон, делая солидный глоток прямо из горлышка. — Тодзи, мать твою… Да за такие деньжищи в мой золотой век можно было с потрохами скупить целый Императорский двор вместе с личной гвардией. Нанять орду северных варваров и самопровозгласить себя верховным божеством плодородия!

— За эти бабки мы тупо купили себе тишину.

Оружейное масло отправилось в подсумок, клинок скрылся в глотке червя-хранителя.

— Нас больше не пасут цепные псы Совета. Малолетки из Камо исправно отстегивают дань. Зэнины забились в щели и зализывают раны после нашей «дружеской экскурсии». А гильдия в Шанхае еще долго будет восстанавливать инфраструктуру.

— А что с Сатору Годжо? — тихо спросила проснувшаяся Рико, сонно потирая глаза и подтягивая к себе недоеденный кусок клубничного торта.

Тодзи перевел тяжелый взгляд на окно. За толстым стеклом монотонно шумел ночной токийский ливень.

— Годжо Сатору стал тем, кем был обязан стать с самого начала, — ровно, без эмоций произнес наемник. — Сильнейшим магом современности. Вчера мне звонил барыга из Сибуи. Пацан довел до абсолютного идеала «Фиолетовый». Удерживает пассивную «Бесконечность» сутками без намека на усталость. В одиночку, играючи закрывает любые миссии особого ранга по всей стране.

— Но к нам этот щенок больше не лезет! — самодовольно хмыкнул Рю, прикладываясь к хрустальному бокалу.

— Он не идиот.

Бывший Зэнин прикурил свежую сигарету.

— Годжо наконец-то усвоил главный урок: мы ему не враги. Мы — бродячая аномалия, которая преподала ему самую жестокую и эффективную школу выживания в его идеальной жизни. Сунется к нам еще раз — это будет махач не за гнилые идеи Совета, а сугубо за его личный, спортивный азарт. А бесплатно Годжо со мной махаться больше не станет. Он прекрасно осведомлен о моем рабочем тарифе.

— А Сугуру Гето? — осторожно уточнила девчонка.

— Челкастый ушел из Колледжа, — сухо констатировал Убийца. — Громко хлопнул дверью, прихватив с собой группу идейных магов-дезертиров. Основал собственную радикальную фракцию. Парень маниакально коллекционирует проклятия и готовит свою великую «революцию» против обывателей.

— Жалко дурачка, — театрально, с фальшивым сочувствием вздохнул демон. — Окончательно кукуха поехала на почве нездорового общепита. Надо было нормальное пойло глушить, а не жрать эти вонючие черные сферы сутками напролет! От подобной диеты у любого уважающего себя хэйанского мастера мозги бы в кисель превратились!

В этот момент на дубовом столе коротко, с требовательной вибрацией зазвонил тяжелый спутниковый телефон Тодзи.