Вор из Маравеля

— А теперь, если никто не против, стоило бы подумать о пище, иначе до Солмариса мы не доберёмся… И это… как вас зовут, мужики..?

***

Спустя какое-то время…

Ели они молча. Дубовая по твёрдости солонина была извлечена из бочек, которые провалялись в море… столетия? Тысячу лет? Никто из людей даже не пытался спрашивать – по глазам Каллифеи становилось понятно, что она и сама не подозревает об истинном возрасте этой еды, как и о вкусовых качествах. Откалывали её друг от друга, кстати, обнаружившимися в другой бочке колунами. Как объяснили Наво, на кораблях всегда есть набор, позволяющий приблизиться к островам и набрать припасов.

Так вот, ели… Или, в случае Наво, травмировались. Очень солёное мясо, прогорклый жир, привкус металла, затхлости и чего-то рыбно-болотного. Лобар назвал эту еду «сапог солдатский, тысячелетнего засола». Лобар – это настоящее имя Волка, что долго хохотал в ответ на попытку Наво познакомиться после всего.

Велгантэ, бывший «Гигант», отнёсся к вопросу более спокойно. Кажется, он даже кивнул одобрительно. Или просто качнулся сонно – по нему не поймёшь. Он единственный хрустел старинным пайком так, будто он не напоминал по прочности древесную кору. Наво только сидел со своим куском в руке и завидовал чёрной завистью. Её даже раскалывать толком не получалось, а оттого парень сидел и просто грустно держал её за щекой, надеясь размочить слюной. А ведь получается… Ну-ка!

Теперь он сидел у борта ещё более грустный. После такой кормёжки желудок пытался расшатать его рёбра и выбраться на морской простор, чтобы окончательно одичать и жить без своего глупого хозяина. А если проще, то его кишки болели так, будто туда залили что-то очень злобное и ядовитое. Время от времени он перегибался через борт и опорожнялся с таким звуком, какой не пожелал бы слышать более никогда. И почему он не послушал остальных, а решил наесться впрок?

Мутными от слёз и обиды глазами он водил по морю в тщетных попытках успокоиться. Да, такая вот «еда» уняла ненадолго чувство голода, но едва ли он найдёт в себе силы повторить процесс ещё дважды. Дорифант сказал – до ближайшего острова минимум день пути. Спать он точно не сможет – не на корабле, где полно скелетов, которые, если что, могут и передумать, да откусить от него кусочек. Кто их разберёт, костлявых, в их истинных намерениях?

Взгляд зацепился за точку на горизонте. Прищурившись, Наво поднял зелёное от тошноты лицо и пригляделся получше. Тёмный треугольник, который он увидел некоторое время назад, стал отчётливо больше. И, кажется, даже ближе. Теперь уже парень, даже если выворачивал себя мехом внутрь, взгляда с подозрительной точки не сводил. И не зря. Чем ближе она становилась, тем яснее он понимал – нифига это не остров. А очень большая и явно голодная тварь!

Последнее он понял уже когда тварь показалась. Огромный плавник, мощный хвост, позволяющий сравниться в скорости с кораблём и жуткая пасть с кучей треугольных зубов. Увидев их размеры и количество, цвет лица Наво плавно перетёк из зелёного в бледно-салатовый.

— Морской зверь, - уверенный голос за спиной имел все шансы закончить его жизнь – парень едва не выпрыгнул за борт от страха. Впившись пальцами в брус ограждения, он повернулся и обнаружил за собой насмешливо-презрительное лицо Каллифеи. — Что, почку родил?!

— Не дождётесь… - буркнул Наво и скосился на плавник морского монстра, что не нападал, но шёл близко. — Чего он за нами увязался? Напасть что ли хочет?

— А, ты же не знаешь. Ладно, слушай, насекомое. Авось поумнее станешь и шансы на доставку артефакта вырастут. Морской зверь – очень умное животное. Умнее тебя, как минимум. Оно сто раз подумает, прежде чем непосредственно попробовать на зуб. А ещё очень хорошо помнит то, что можно есть, и то, что нельзя. Нас он не помнит, а потому и присматривается, принюхивается. Можешь не волноваться, на суда он нападает очень редко и только в ответ. А вот какому-нибудь киту я не позавидую – сожрёт и не поморщится.

— Слушай, а ты… - начал было Наво, но был тут же бесцеремонно перебит остроухой.

— Никаких близких знакомств! Тем более, с тобой!

— Да я, вообще-то, о другом… Эй, а что со мной не так? – возмутился парень, гордость которого была неосторожно задета. Каллифея вновь вздохнула, как умела делать только она, и посмотрела на парня усталым взглядом взрослого, которому приходится объяснять детям прописные истины. — Что?

— Не принимай на свой счёт, но ты должен понять одну простую вещь. Ты и я – разумные из принципиально разных цивилизаций. Вы пришли позже нас, оседлав то, что осталось от моей родины. Лично мне вы напоминаете паразитов, которые завелись в доме, куда уже никогда не вернётся истинный хозяин. Но чтобы тебе было проще… Представь, что лично к тебе начнёт подкатывать поселившаяся в твоей халупе свинья. Свинюшка-то, может, ни в чём и не виновата, но ты сможешь пересилить себя и позволить куда более низкой форме жизни приблизиться к себе?

— Эм… Прости, - с одной стороны Наво был смущён своим порывом, но с другой… Он задавался вопросом о том, насколько же могущественной была раса, к которой принадлежали Дорифант и Каллифея. Если уж люди для них – свиньи, то… Да и как-то неприятно, что тебя свиньёй называют, - сразу всё желание знакомиться отпадает. — А как… как называлась твоя раса? Я о ней никогда и не слышал.

— Неудивительно. Чем ты вообще в жизни интересовался? В разных мирах нас называют по-разному. Эльфы, альвы, илитиири, если вспомнить тёмных кузенов. Нас множество, как листьев на кроне могучего древа. И это я говорю только про основные виды, сознательно упрощая для твоего понимания. Колоний же в различных мирах – не счесть. Даже не пытайся напрягать свой обезьяний мозг.

— Альвы… - повторил он весьма благозвучное название. Он посмотрел на её длинные уши и выдающуюся внешность. Удивительно благозвучное название подходило девушке. У Наво просто не хватало словарного запаса, чтобы это выразить. Просто знал, что одно к другому подходит. И всё. Будто в подтверждение этому, вынырнул из воды зверь морей и рыкнул что-то на своём, кося внимательным глазом. Точнее, аж двумя. Зверь оказался четырёхглазым.