Страница 77 из 300
Как только мастер и Кайн оказались на Торговой Площади, заметили какое-то оживленное столпотворение в самом начале улицы Ремесленников. Именно оттуда прямая дорога вела к Ратуше.
Игроки и НПС многочисленной беспорядочной массой сгрудились возле патруля городской стражи. В шумном многоголосье толпы невозможно было почти ничего разобрать, и все-таки несколько слов выделялись из общего гвалта, потому что повторялись со всех сторон.
– На плаху ее! Казнить гадину! Голову с плеч!
– Воришку, наверное, поймали, – предположил гном. – Теперь глумятся, слюнтяи! Видел я парочку раз, как ловили зловредов. Понимаете, мастер Юн, пока стража не спутала нарушителя, толпа к нему не суется, боятся. Стоит им узреть кандалы, все вдруг становятся чудо-героями. Тошно мне на таких скоморохов смотреть. НПС бы еще понял, у тех поведение программой прописано, и то не у всех, но игроки… Ай.
– Может, и так, – задумчиво произнес Юн и уверенно шагнул к пестрому сборищу.
Предчувствие не обмануло его. Протолкавшись поближе к стражникам, мастер еще на подходе заметил того, кого уже знал.
С руками, заключенными в деревянные колодки, без доспехов, изрядно побитая, в каких-то грязных изодранных лохмотьях, почти не скрывавших наготы тела, Кику стояла в окружении шестерых стражников. С наплевательским видом сносила угрозы и обидные оскорбления выскочек. А уж их-то хватало с лихвой. Подтверждаются слова Каина. Один в один, даже примеряться не стоит.
Зато очень удивило Юна, казалось бы, неправильное, нелогичное поведение девушки. Вместо того чтобы сдержанно повиноваться стражам и помалкивать в тряпочку, как говорят в назидание провинившимся, девчонка сознательно провоцировала толпу. В очередной раз, когда НПС пекарь ткнул в нее скалкой, Кику вдруг плюнула в его сторону.
– Овцы смердящие! – громко выкрикнула она. – Только и смелости, как тявкать из-под полы. Снимите колодки, тогда и посмотрим, кто из вас, псов шелудивых, сможет ко мне подойти.
Сильный удар тупым концом алебарды заставил девушку замолчать. От острой боли она скрючилась, но сразу же выпрямилась и дерзко с презрительным вызовом посмотрела стражу в глаза.
– Пока на меня не накинули вонючую сеть, ты не был таким отважным, рубака, – буквально по буквам процедила она.
– С характером баба! – усмехнулся Кайн. – Жаль ее, пропадет.
Уязвленный стражник вновь занес алебарду…
– Остановись! – громко и требовательно приказал Юн.
Страж задержал оружие и косо взглянул на заступника.
– Ты кто? Именем Мэра Аркадии, назовись! – потребовал воин.
Мастер Юн выбрался в середину свободного круга, образованного самим патрулем. Взялся рукой за тяжелое древко оружия стража и с силой опустил его вниз.
– Я назовусь, – ровным голосом сказал он. – Но не тебе. Кто старший патруля?
– А кто спрашивает? – раздался голос сбоку.
Голос принадлежал другому стражнику, одетому под стать всем остальным, но, в отличие от них, у этого на шлеме отчетливо различалась эмблема сержанта.
– Мое имя Юлиан Ларуско, глава семьи, – представился Юн. – Я хотел бы поговорить с пленницей, сержант. Вы позволите?
Уважительный тон и, что куда более действенно, ставшее громкими за последние несколько дней имя и звание просителя на миг остудили агрессивный настрой старшего патруля. Но просьба уважаемого горожанина по своему содержанию выходила за рамки принятых норм, поэтому сержант возразил:
– При всем уважении, мастер, я вынужден отказать.
Лицо мастера стало серьезным. Отказ сержанта ему не понравился. В считанные секунды нужно было найти выход. И Юн нашел.
– А я говорю, вы мне позволите! – настойчиво произнес он.
От неслыханной дерзости не только у стражников, у всех, кто слышал слова главы семейства Ларуско, вытянулись лица, а пока сержант стражи соображал, как ему поступить, мастер еще больше удивил его.
– Исидо Виола Ларуско, сержант. Она же Виолетта ла Круз. Сверьтесь с данными. Эта девушка является членом моей семьи и безоговорочно подчиняется своему главе. Мне пригласить ее сюда? Если я это сделаю, вам все равно придется выполнить мою просьбу, что вы наверняка уже поняли, но вы отберете у меня драгоценное время, а тогда гарантирую вам лично крупные неприятности. Вы НПС, это так, но вы же не горите желанием, чтобы вас попросту стерли? Уточните данные, я подожду.
Глаза стража сверкнули знакомым отблеском. Система проверяла полученную информацию. Спустя пару секунд внешний вид старшего патруля изменился. Воин снова заговорил, но уже совершенно иначе.
– Вообще-то, все-таки не положено, мастер Юн. Вы же знаете наши инструкции. И небезопасно это. Она наемница. Убийца и грабительница.
Казалось, своевременное предостережение должно было произвести впечатление на человека, стоявшего перед ним… Нет. Не впечатлило.
– И как же вы смогли ее взять... – притворно удивился Юн, – … если она такая опасная?
Почувствовав подвох, если не прямую насмешку, сержант стражи смутился.
– Она в трюме торговой галеры спряталась. Наверное, хотела из города выбраться. Матросы ее увидели. Так пока мы на нее сеть не накинули, эта стерва своим проклятым ножичком троих парней покалечила.
– И все же я, пожалуй, рискну! – настаивал Юн. – Да и вы же тут. И она в колодки закована.
Подумав, сержант согласился, и мастер, поблагодарив за услугу, приблизился в пленнице.
Конечно, Кику сразу узнала его. О чем она думала и думала ли вообще, бог его знает, но поздоровалась вежливо.
– Хотела бы пожелать вам доброго утра, господин Юн, – с горькой ухмылкой сказала девушка. – Да только, как видите, недоброе оно у меня.
– Следовало ожидать, – ответил мастер без тени насмешки. – Впрочем, как знать? Может быть, к лучшему обернулось.
Она его не поняла. Взглянула на небо. Стояла так, словно и не стеснялась своего плачевного вида. Гордо стояла. Даже мужественно.
– Может быть, вы и правы. Чем бегать и прятаться, лучше сразу. Вот только аватар жалко. Больше года на него потратила. Обидно.
– И как же ты так умудрилась, из огня да в полымя? И куда делся твой чертов «Патент»? Под артефактом тебя не должны были взять.
В ответ наемница громко расхохоталась.