Страница 127 из 300
– Кана. Вы теперь знаете, чем она живет в реальном мире. Ее на ристалище превратили в ничтожество. Унизили так, что дальше уже некуда. Растоптали всю ее гордость и тут, в виртуальном мире, морально изнасиловали так, что уверен, она бы двадцать раз сама отдалась первому встречному в реалии, чем подвергнуться снова такому. Она выдержала. Это не показатель? Это ли не настоящая сила духа? И сейчас, бьюсь об заклад, когда Кана увидела вас, даже если ей придется в одиночку сражаться со всей бывшей гильдией, она будет сражаться, но не предаст. Я видел ее глаза. И прочитал там все, что нужно было прочесть. Поэтому она сидит здесь. И ей, как и Кику, есть теперь, с чем сравнивать.
Юн сместился к валькирии.
– Кику. Убийца и воровка в игре. В жизни безобидная, как овечка на пастбище, вместе с тем невероятно мужественная в глубине своей сущности. Спросите Кайна, как она принимала Судьбу? Как вела себя под ударами стражников и плевками толпы? А до этого? Вспомните, как вспыхнула Кику негодованием будучи на волосок от гибели, когда попалась нам в руки. И что? Нужно ли еще что-нибудь объяснять? Теперь вы сами прекрасно видите эту девушку. Сколько в ней силы, сколько духа и стойкости.
Мастер переходил от одного к другому. Не оставил и НПС.
По мере того, как он говорил, члены семьи Ларуско начинали смотреть друг на друга иными глазами. Если раньше знали и понимали слово «семья» лишь формально, то теперь ощущали настоящее родство по отношению к обретенным собратьям. Родство душ. Чувство, когда ты знаешь о пережитом товарищем все, ты никогда не позволишь никому наступить ему на незажившую рану. И никогда не станешь раздумывать, если заметишь угрозу для ближнего своего.
– Ну, а Виола, – заканчивал мастер, – Она сильнее нас всех. Она единственная, кто никогда не ломался. Женщина, в ком воля и благородство идут нога в ногу с необъятной душой.
Мастер закончил. Виола стояла и улыбалась.
– Ишь ты. Какую песенку спел, соловей! – сказала эльфийка. – Этим ты и держал всех нас вокруг себя. Ты сам верил в нас. Ты объединял нас. Увлекал и вел за собой. Ты всегда был готов пожертвовать всем ради нас. И сейчас ты делаешь то же самое. Ради них... нет, не так. Снова ради нас. Даже сегодня. Ведь ты пошел на ристалище не для того, чтобы покрасоваться перед толпой. Только дурак может отрицать очевидное. Ты вышел, потому что в точности знал: начнется замес, пострадают твои друзья. И не только мы. Там были Коджи и Эйко. И ты это остановил. Не для себя. Ради нас. Ты мог один, если уж до конца честно, без особого труда хорошенечко приложить «черепков». Но ты и их не задел. Почему? Потому что правду сказал: ты любишь эту игру. Ты любишь людей, находящихся рядом. За это и мы любили тебя. Нет, Кардинал, во мне такого нет. Я не лидер. А за тобой – куда хочешь...