Шантаж и другие соблазны

— Садись сюда, — тут же отвечает он, словно прокручивал этот момент в голове с той самой секунды, как мы вошли в эту потрясающую комнату. Он берет меня за руку и помогает сесть на полотно. Он разворачивает меня так, что я оказываюсь спиной к его груди. Его толстый член через черные боксеры упирается в мои ягодицы, и мое сердце начинает биться чаще. Но не от страха. От предвкушения.

— Посмотри в зеркало, — шепчет он прямо мне на ухо. И я смотрю. А значит, вижу каждую секунду происходящего: Лаки кладёт руки на мои колени и медленно разводит их в стороны. — Расслабься для меня, Уиллоу. И смотри.

Чёрт возьми. Чёрт возьми..

Это я — широко раздвинувшая ноги перед зеркалом. Кажется, я в паре секунд от панической атаки: пульс отдаётся во всём теле. Я вижу, как раскрывается моя киска, когда он окончательно разводит мои ноги. Кожа блестит от возбуждения. Мельком смотрю на лицо Лаки и вижу страсть. Восхищение. Сосредоточенность.

Правая рука Лаки скользит с моего колена вверх по бедру. Его прикосновение мягкое, но обжигающее. Он обводит пальцами вокруг моего пупка. А затем начинает медленный, мучительный спуск прямо вниз.

Его пальцы скользят по моему клитору, и у меня перехватывает дыхание. Весь мой живот содрогается, ноги подрагивают. Лаки меняет позу и теперь водит указательным и средним пальцами по обе стороны от моего клитора.

С моих губ срывается проклятие.

— Идеально, Уиллоу, — говорит Лаки, снова поглаживая меня. — Посмотри, какая ты чертовски сексуальная. Посмотри, какая ты влажная.

— Для тебя, — стону я, запуская руку в его волосы. Я выгибаюсь, когда он снова начинает меня ласкать.

Он издаёт одобрительный звук и проводит рукой долго и мягко. Его глаза не отрываются от меня. Он проводит пальцами по моей промежности, а затем двигается дальше вниз. Скользит ими в мою влажную плоть, покрывая их смазкой. И я вскрикиваю от абсолютного наслаждения, когда он вводит в меня средний палец.

Святые угодники. Как же я всё время это упускала. Даже эта крошечная, незначительная ласка лучше всего, что было с тем мертвым придурком. То, что заставляет меня чувствовать Лаки.. я даже не знала, что такое вообще возможно.

— Какая же ты такая мокрая, — выдыхает Лаки мне в ухо. — Так идеально сжимаешь мои пальцы. Чувствуешь?

— Да, — просто отвечаю я, сжимая его волосы сильнее, когда он погружает палец глубже, присоединяя к нему указательный. Моя спина снова выгибается, и его свободная рука ложится на мою грудь.

Еще лучше.

— Ты создана для меня, Уиллоу, — шепчет он, и теперь его большой палец скользит по моему клитору. — Посмотри, как мы подходим друг другу.

— Внутрь, — выдыхаю я. — Я хочу тебя. Внутри. Себя.

Лаки шевелится, и я слышу мягкий шелест ткани — он отбрасывает в сторону свои боксеры. Устраивается передо мной, и у меня есть ровно секунда, чтобы увидеть этот прекрасный, идеальный член. А затем он встает на колени между моих ног, и я чувствую жар его головки, когда он встаёт у моего входа.

— Сделай глубокий вдох для меня, — спокойно говорит он.

Я делаю.

И чувствую растяжение. Чувствую жжение. Чувствую каждый дюйм, когда Лаки наполняет меня собой. Когда он входит до конца, дыхание вырывается из меня порочным стоном.

— Вот так, Уиллоу, — говорит он с улыбкой, слегка выскальзывая. — У тебя так хорошо получается, — он снова входит внутрь.

Боже. Я не понимаю, как это влезает. Как внутри меня находится место для всего него. Больно ли? Да, немного. Прошла целых десять гребаных лет с тех пор, как у меня был секс. Но это не значит, что я не заботилась о своих потребностях, что не играла с собой одна.

Слава богу.

Потому что иначе я бы не смогла получить от этого столько удовольствия.

— Продолжай, — выдыхаю я, обвивая его ногами.

Он довольно мычит, снова выскальзывает и снова входит. Входит и выходит. Размеренно. Быстро. Медленно. Он наклоняется надо мной и снова берет один из моих сосков в рот. Сосет его. Сильно. Из меня вырывается дикий звук, и я даже не знаю, к какому виду его отнести. Животный? Одичалый?

— Хорошая девочка, — шепчет Лаки, прикасаясь губами к моей коже, перекидывает мою ногу себе на бедро и снова входит в меня. — Блять, хорошая девочка.

Мои пальцы впиваются в его грудь, словно хотят сплавить нас воедино. Каждый его дюйм — совершенство. Сейнт Шейд. Лаки. Равновесие между ними — фантазия, которую я даже не могла вообразить. Эта комната. Он голый. Это всё.

— Ты готова? — спрашивает он, глядя мне в глаза.

— Да, — отвечаю я, хотя сама не знаю, на что именно. С ним ответом всегда будет «да».

Он просовывает руку между нами, и я задыхаюсь, когда он прижимает палец к моему клитору. Он смазывает его моими соками, растирая.

И вот что он имел в виду.

Я чувствую, как что-то взлетает внутри меня. Импульс, когда я откидываю голову назад на маты под нами, не остановить. Лаки растирает меня в идеальном ритме. И я начинаю видеть звезды, когда он с силой толкает меня к краю.

— Вот так, кончай для меня, — рычит Лаки, ускоряясь.

И я взрываюсь.

Это вырывается из моего клитора, разбегается к пальцам ног, к соскам, по всей коже головы. Лучшее ощущение, которое я когда-либо испытывала, полностью захватывает контроль над моим телом, когда я разлетаюсь на куски. Из меня вырывается крик — что-то божественное и темное. Дыхание перехватывает, и, может быть, удушье — не такой уж плохой исход. Но когда на меня обрушивается очередная волна, я с жадностью хватаю ртом воздух.

Лаки толкается в меня еще сильнее, и боевой клич, которым могли бы гордиться его предки, разносится по всей зеркальной комнате.

Когда оргазм утихает, Лаки опускается ниже и ложится на меня. Но это такая приятная тяжесть. Я обнимаю его и крепко прижимаю к себе.

Мы молчим десять секунд, наши сердца бьются в унисон.

— Ты в порядке? — наконец спрашивает он слегка взволнованным голосом.

Я смеюсь. Смех нарастает, пока я не начинаю дрожать под ним и его член выскальзывает из меня. Чёрт.

— Я в восторге, Лаки. О боже..

Я притягиваю его лицо к себе и целую так, будто люблю и жажду его всем сердцем, потому что, чёрт возьми, так и есть.

Он ухмыляется так, словно умер и попал в Вальхаллу.

— Я всегда любил эту комнату. Теперь я буду называть её своим чёртовым храмом. То, что мы только что сделали, — святее некуда.

— Согласна, — говорю я, тоже ухмыляясь как безумная.

Лаки переворачивается, притягивая меня к себе. Я кладу голову ему на грудь, а он смотрит на меня сверху вниз.