Страница 56 из 103
— Ладно. Но от меня ты не избавишься. Ты обязана увидеться со мной позже. Буду через двадцать минут, — кричит он в телефон, прежде чем наконец сбросить звонок.
Я улыбаюсь и целую его в уголок губ:
— Никаких обязательств не требуется. Я и сама хочу увидеть своего парня.
Теперь это его самое любимое слово — «парень». Я вижу это по тому, как всё его тело буквально озаряется, будто я только что вручила ему солнце. Он берёт моё лицо в ладони и целует ещё раз, на этот раз мягче, почти благоговейно.
А затем, наконец, он заставляет себя оторваться и делает шаг назад, направляясь в спальню, чтобы переодеться.
— Увидимся позже, — говорю я, прикусывая нижнюю губу и делая шаг в сторону двери.
— Ты не выйдешь в таком виде, — резко бросает он, качая головой.
Я опускаю взгляд и вспоминаю, что на мне только бюстгальтер. Лаки на пять секунд скрывается в комнате и возвращается с белой футболкой. Я натягиваю её через голову и улыбаюсь, глядя, как она буквально поглощает меня — настолько она большая. Заправляю футболку спереди в джинсы, и, в общем-то, получается вполне сносно.
— Так лучше, — говорит Лаки.
— Спасибо, — с улыбкой говорю я, поднимая на него взгляд. Он протягивает мне ключи от моего грузовика и целует в губы.
— Увидимся позже, девушка моя, — произносит он с до нелепости счастливой улыбкой.
— До скорого, мой парень, — отвечаю я с лёгкой насмешкой и подмигиваю ему. Он чуть ли не растекается по полу от счастья.
Я выхожу из его квартиры и чувствую, как всё тело заливается румянцем, пока иду к лифту.
К тому моменту, как я добираюсь до своего магазина, первый клиент за день уже ждёт снаружи. Я рассыпаюсь в извинениях, и, к счастью, это постоянная посетительница — она знает, что такое поведение для меня нехарактерно. Я впускаю её внутрь, включаю свет, нахожу несколько свечей и зажигаю их, а затем очень-очень быстро набрасываю бархатную скатерть на дубовый стол, скрывая пятна крови, прежде чем она успевает их заметить.
Сразу втягиваюсь в привычный ритм: тасую карты, раскладываю пасьянсы, слушаю, как незнакомцы изливают слёзы и вопросы прямо на мой стол.
Но что-то ощущается иначе.
Обычно я ношу свою тяжесть как броню. Но сегодня.. я чувствую себя легче. Словно прошлой ночью во мне открылось какое-то окно, и я больше не задыхаюсь от застоявшегося воздуха.
В перерыве между клиентами я ставлю телефон на штатив и записываю короткое видео для ТикТока. Просто я, тасую колоду под фильтром, который делает всё туманно-золотистым. Текст на экране: «Любовь не исправляет тебя. Но она напоминает, что ты не сломан». Клише, конечно, жуткое, но неважно. Я нажимаю «опубликовать», прежде чем успеваю передумать.
Телефон почти сразу вибрирует. Но это не комментарий и не лайк.
Айрис:
| Ты не пришла домой прошлой ночью. Ты в порядке?
Я усмехаюсь и печатаю в ответ:
| Всё отлично. Объясню позже.
Через две секунды пишет вторая сестра.
Опал:
| Уиллоу Вейл не пришла домой? Такого никогда не бывает! Наверное, это лююююбовь!
Я закатываю глаза, быстро стуча пальцами по экрану:
| Успокойся. Это была всего одна ночь.
Опал отвечает пятнадцатью эмодзи-сердечками и гифкой с кроликом, жующим салат, — не знаю, что это значит.
Часы пролетают в размытом потоке карт и клиентов. К счастью, день не слишком загруженный. Я завершаю последний сеанс гадания к пяти часам. Какое облегчение, когда всё наконец позади, в магазине тихо, свечи почти догорели. Я задуваю их одну за другой, собираю сумку и запираю за собой дверь.
Выйдя на ночной воздух, я коварно улыбаюсь. Потому что у меня есть план на вечер.
Сначала направляюсь домой. К счастью, ни одной из моих сестёр нет дома, так что меня не засыпают вопросами. Только кот наблюдает за мной с подозрением и тревогой.
Я обхожу дом и собираю несколько особых вещей. Долго размышляю над выбором: что важнее? Что по-настоящему дорого мне? Одну за другой я отбираю самые значимые предметы и загружаю их в грузовик, а потом возвращаюсь в дом, чтобы собрать сумку для ночёвки.
Самонадеянно?
Конечно, нет. Почему бы мне не провести ночь в доме своего парня?
От одной этой мысли на моём лице расцветает безумная улыбка.
Парень. У Уиллоу Вейл? Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно?
Проверяя время, я быстро отправляю сообщение:
| Можно приехать, когда ты закончишь шоу?
До выхода Лаки на сцену остаётся всего десять минут. Но он отвечает почти мгновенно.
| Да! В любое время. Всегда.
Когда я читаю его слова, в животе словно взмывает рой бабочек. Я оставляю реакцию на сообщение сердечком, убираю телефон в задний карман и направляюсь обратно к грузовику.
Мне нужно заехать ещё в одно место, и это займёт какое-то время.
К тому моменту, как я заезжаю на парковку у здания, где живёт Лаки, я почти задыхаюсь от восторга. Вещей у меня столько, что сначала приходится искать тележку для багажа. Понемногу я выгружаю всё из грузовика и складываю на тележку. А потом, очень осторожно — ведь груз у меня драгоценный, — направляюсь к лифту.
Уже почти полночь, когда я звоню в дверь и улыбаюсь, как сумасшедшая.
Потому что сегодня я не просто остаюсь на ночь.
Я вношу сюда немного хаоса.
Дверь распахивается, на пороге стоит Лаки, в чёрных спортивных штанах и белой майке, волосы влажные после душа. Он широко и радостно улыбается, увидев меня, так, что я чувствую себя главным призом в конце его вечера.
А потом его взгляд опускается на тележку с вещами.
Тут есть что рассмотреть.
Сумка для ночёвки. Одеяло, свечи, кружки, кристаллы. Огромная клетка с каким-то маленьким, нервно подрагивающим обитателем внутри.
Его улыбка сменяется полнейшим недоумением:
— Что, чёрт возьми, происходит?
— Сюрприз! — весело восклицаю я и проталкиваюсь мимо него с тележкой, прежде чем он успевает решить, пускать меня или нет.
Он застывает в дверях, глядя на меня, а я везу свой бардак прямо в его безупречный, бездушный пентхаус.
Первым делом достаю одеяло из тележки и набрасываю его на спинку кожаного дивана.
— От этого места веет депрессией и желанием сбежать. Мы это исправим.
Далее — свечи. Я ставлю их на безупречную мраморную столешницу и с пафосом зажигаю одну:
— Мгновенный уют. Меньше похоже на морг, гораздо больше на сексуальный спиритический сеанс.
Лаки наконец закрывает дверь и идёт за мной, словно не может решить, смеяться ему или вызывать охрану.
— Уиллоу, что ты делаешь?