Фрагмент

Растерянность на его лице мгновенно сменилась бешенством. Харн грязно выругался и с силой толкнул Криса обеими руками в грудь. Подошвы проехались по утоптанной пыли. Крис инстинктивно отставил правую ногу и чуть подогнул колени, как учил Дарн. Удар отдался в рёбрах тупой болью, но он устоял — просто принял чужой вес на крепкую стойку и не сдвинулся больше ни на дюйм.

Харн скрипнул зубами. Он перенес вес, явно собираясь ударить еще раз, но вдруг замер.

— А ну стоять.

Голос прозвучал негромко, но так, что Харн мгновенно опустил руки. Крис обернулся. Между ними, словно выросший из-под земли, стоял широколицый десятник с медной пластиной на груди.

Офицер тяжелым, немигающим взглядом пригвоздил сначала одного, потом другого.

— Оружие отдать солдату. Оба, — приказал он.

Убедившись, что копья отложены, десятник кивнул на свободный клочок утоптанной земли между повозками.

— С дороги уйдите. Разводить вас по разным очередям уже поздно. Деревенскую грязь вы на мой смотр притащили сами. Вот на ней я вас и проверю. Заодно посмотрю, способны ли вы слышать приказы, когда кровь кипит.

— С дороги уйдите. Очередь из-за вас стоять не будет.

Он дождался, пока они сделают шаг в сторону, и заговорил тем же ровным, металлическим голосом:

— По армейским правилам за драку на смотре каждый из вас прямо сейчас получил бы по десятку плетей. Но вам крупно повезло — вы пока ещё не в армии.

Десятник смерил их холодным взглядом.

— Однако разводить вас по разным кругам я не собираюсь. Раз уж притащили свои деревенские дрязги на смотр, друг на друге проверку и пройдёте. Заодно посмотрю, что для вас важнее — уставной приказ или желание проломить друг другу череп.

Десятник обернулся к солдату с рассечённым ухом.

— Два учебных. Круг освободить.

Участок, куда их вывели, до этого казался просто пустым местом между повозками и крайним столом. Теперь солдаты за несколько движений превратили его в круг: один поправил кол, другой натянул верёвку, третий молча оттеснил ожидающих к навесу. Под ногами была сухая, утоптанная пыль, по краям валялись следы прежних проверок — сбитые комья земли, тёмные полосы от подошв, обломок старой обмотки.

Люди оборачивались. За внешней верёвкой сразу поднялся гул, кто-то привстал на носки, чтобы лучше видеть, но сами столы не остановились ни на миг: писари продолжали выкрикивать имена, проверяющие — брать запястья, оружейники — возвращать копья и ножи. Смотр просто проглотил их ссору и сделал из неё ещё одну проверку.

Крис встал у своей стороны круга. Он и так должен был показать копьё, но совсем не так — не после толчка, не напротив Харна, не под жадными взглядами тех, кто уже почувствовал запах чужой драки. Он хотел спокойно пройти проверку, получить решение и вернуться домой, как обещал Сае. Теперь напротив стоял Харн и разминал пальцы, будто ничего особенного не случилось.

Солдат принёс два одинаковых учебных копья: толстые светлые древки, затупленные железные наконечники, грубая кожаная обмотка. Крис взял ближайшее — и сразу понял, что оружие чужое. Дарново копьё чуть тянуло вперёд, к наконечнику; это держало длину и само напоминало, где опасная часть. У учебного тяжесть сидела ближе к середине, древко было толще, а кожа под пальцами почти не проминалась. Перехватывать придётся иначе.

Харн коротко повёл наконечником раз, другой, третий — и без труда нашёл нужный хват. Видно было: с таким деревом он уже работал.

Десятник встал у границы круга.

— Работаете, пока не остановлю. В глаза и горло не бить. За верёвку вышли — проигрыш. Потеря оружия - так же. Победитель сам по себе мне не нужен. Я смотрю технику, решения и то, слышите ли вы команды, когда злитесь.

Он перевёл взгляд с Харна на Криса.

— Начнёте по моей команде и закончите по моей. После «стоп» ещё одно движение — и сразу уйдёте домой . Понятно?

— Понятно, — ответил Харн.

— Понятно, — сказал Крис.

Крис перехватил непривычное древко и вывел наконечник на линию груди Харна. Свежий стык заныл у основания черепа, рёбра не давали вдохнуть до конца. Напротив стоял человек, который полтора года назад мог отодвинуть его с дороги одним пальцем, теперь же это был просто равный противник.

Теперь Харн смотрел прямо ему в глаза. Без прежнего ленивого пренебрежения.

Десятник отошёл в сторону и поднял руку готовясь отдать команду.