Страница 46 из 79
Я не знала, о чем с ним говорить. С этим мужчиной – не знала. Но чем сильнее жгла обида, тем отчетливее я понимала, что я поступаю так же. Одна ошибка, одно злое слово – и я уже готова от него отвернуться. Какая же это любовь тогда? Если только себялюбие. Да и то, в самом неприятном смысле этого слова. Поэтому я задернула шторку и вновь на него посмотрела. Нельзя было оставлять этот разговор так.
Богдан сидел, сцепив руки, глядя в противоположное окно. Не хмурый, но жесткий и отстраненный. Мне стоило невероятных усилий подняться. Пересесть к нему. Я буквально вытолкнула себя из этого панциря обид, чудом не поранившись об острые края. Но все же, когда я оказалась рядом с ним, заговорить было уже несравнимо, в разы легче.
— Ты правда настолько не доверяешь мне? – тихо спросила я. – Правда считаешь, что я могла поступить так, после всего, что между нами было?
Богдан повернулся, обрушив на меня тяжелый взгляд. В котором смешалось много всего: и жесткость, и холод, и.. боль. По крайней мере, я почувствовала ее острее всего. Но он молчал, и я не знала, что думать. Что делать. Пока он не произнес:
— Я не знаю, что думать, Алина. Он появляется в твоем доме, когда ты одна. В тот день, когда ты должна быть у Марики.
— С Марикой у нас не задалось. В деревне меня считают.. не самой лучшей женщиной, а она не захотела ради меня подставляться. Поэтому я просто пошла туда, где могла все это пережить. Туда, где мне легче всего. Юрал узнал о том, что я буду в деревне, от Марики. Вероятно, выбрал наилучший момент, который таковым посчитал. Он думал, что боюсь, что я остаюсь с тобой, потому что у меня нет выбора. Но это не так. Я остаюсь с тобой, потому что я этого хочу. Это мой выбор, Богдан, я выбрала тебя. Я..
Я замолчала, чтобы справиться с чувствами и не сказать ничего лишнего. Например, о том, что лишь недавно открылось мне самой.
— Я не хочу оправдываться за то, чего не совершала, поэтому и спросила. Веришь ли ты мне. Потому что если не веришь, если считаешь, что я тебе лгу, ни одна сила в мире не удержит меня при тебе.
Я это сказала – и поняла, что это действительно правда. Не пустые слова. Не глупость, не блажь, поэтому в этот миг мне стало до ужаса страшно. Что он сейчас подтвердит: «Нет, не верю», – и на этом все. Ведь несмотря на все, о чем я думала ранее, несмотря на мои мысли о том, что жизнь так или иначе продолжится, я отчаянно, до дрожи внутри, там, на уровне сердца не хотела его терять.
Наверное, этот миг показался мне почти вечностью, которую остановил его ответ:
— Я верю тебе, Алина. Просто, наверное, я не верю себе.