Страница 68 из 90
Еще бы немного, и Его Владычество сам рассказал, что совсем недавно ему преподнесла его многорукая защитница, однако, планам помешало письмецо. Оно материализовалось прямо перед Шеслейсом.
Андироган вопросительно посмотрел на Его Владычество, и тот покровительственно махнув рукой, одобрил:
— Читай..
Раз, разрешение было получено, то Андироган поспешно стал распечатывать письмо, скрывая от проницательного взгляда Дариуса, как тряслись у Андирогана руки в этот момент. Это была не записка со вселяющими надежду словами, что обжигали сердце страстью и кое-что еще, это было аккуратно исписанный раппорт. И написан он был Бэллой, несомненно! У Андирогана задергался глаз, потому что подобное письмо – это предвестник явных проблем. Хотелось бы думать, что Бэлла могла посвятить Андирогану несколько листов, расписывая его лучшие качества и собственные желания стать единым целым телесно, и пройти уже обряд обручения, но он не был столь самонадеянно отважным.
По мере прочтения, у него задергались оба глаза, а губы скривились не то в оскале, не то в гримасе неподъемной печали. Откинув от себя письмо, Андироган заревел и схватился за уставшую, бедную его голову!
— За что мне это? – орал Андироган в никуда. – Зачем вы выбрали мне такую невесту?
— Никак Бэлла написала! – ухмыльнулся Дариус Сидиру, делая вид, что ничего-то ему неизвестно.
Несмотря на то, что Его Владычество был расстроен творящимся психозом и академическим скудоумием, он нашел в себе немного сил порадоваться за то, что Андироган и Бэлла смогли договориться. Она ему доверяла и рассказала явно больше, чем ему успели доложить! Его выбор был правильным!
Спелись голубки, определенно, спелись..
— Вы уже в курсе? – ошарашено переспросил Андироган. И когда успели отрапортовать, когда это произошло буквально день назад!
— Что-то да знаю.. – улыбаясь довольным драконом, проговорил Дариус. Ой, как его все забавляло. Не так скучно жить. – Докладывай!
Дариус облокотился на стол, переплетая пальцы рук, и замер в ожидании интересного рассказа, будет вместо сказки на ночь. Его Владычество даже облизнулся, предвкушая, главная героиня была хороша, жгучая штучка, вот бы заполучить от нее маленького железного рожденного драконами!
Андироган прикрыл глаза и растер их пальцами, быстренько соображая, насколько Его Владычество был просвещен, и что конкретно Андироган мог утаить, дабы не навлекать на одну славную попочку еще бед. Как бы ему не хотелось иного, но в данном случае Андироган был бессилен и не сможет затаить даже самую малость. Бездна..
«Бэлла-Бэлла, как не вовремя ты решилась рассказать о подвигах твоей подруги и выразить свое доверие с просьбой о помощи!» – успел подумать Андироган перед тем, как четко и по возможности коротко донести о всех событиях Его Владычеству.
Андироган старался в своем рассказе больше концентрировать внимание на предполагаемых Бэллой и ее друзьями виновниках произошедшего, на семьях Шхейс, Фаерх и Лирз, и меньше акцентировать внимание на Лорски и ее чокнутом прыжке.
Естественно, Андироган догадывался, что Бэлла рассказала далеко не все, но и того, что она поведала с лихвой хватит дать ему возможность проведать еще несколько ниточек. Этому он был рад безмерно и даже страшно горд за свою невестку, а за Лорски опасался, после этого Его Владычество еще больше возжелает осуществить свою страсть.
Есть ли надежда, что Саша влюбиться в Дариуса без памяти, и ей понравится предложенная им жизнь подле его трона? Андироган вздохнул в конце своего рассказа, про себя додумывая, вряд ли Лорски на такое добровольно согласиться..
— Что ж, – негромко произнес Его Владычество, – теперь тебе есть чем заняться в ближайшее время.
— Так точно. – ответил Андироган, понимая, что имеет ввиду Властитель.
— Если найдешь доказательства их участия, возьми все рода под стражу и, желательно, сделать это все прямо перед финалом. Я хочу увидеть собственными глазами приготовленный спектакль, ясно? – в глазах Дариуса Сидиру блеснула стальная ярость.
— Почему? – спросил Андироган. Он имел ввиду, почему не остановить все сразу?
Андироган уже понял, что предотвращать будущий инцидент Дариус не намерен и, что нормально выспаться он сможет только тогда, когда игры закончатся. Боги, когда Бэлла вернется в свой Университет Магов? Хотя бы там она могла быть более-менее в безопасности, хотя нет, припоминая первое проклятье! Андироган все же решил, что самое безопасное место для его невесты – это быть рядом с ним! Безднов Сирилл, безднова Саша, бездновы Игры! Пора жениться!
Его Владычество нахмурился, но Андироган имел право задавать вопросы, хоть и не всегда приятными они могли бы быть для Дариуса. Он даже соизволит дать ответ своей правой руке.
— Я хочу знать, насколько далеко они решили зайти! И еще, юный мой друг, ты не видишь за всей этой шелухой сердцевину! Если не позволить случится этому, то мы упустим очень и очень важный для всех нас шанс!
Вот тут-то Андироган разозлился и опечалился одновременно, он и не заметил, что было еще что-то, что-то помимо возни у престола и желание осеменить вероятную роженицу наследника с магией металла. Его Владычество же в силу своего опыта разобрался умелее его, а ведь Андироган был погружен в это дело с головой. Этот недосмотр его задел.
— Я ждал этого так долго, поэтому и не упустил! – успокаивающе произнес Его Владычество, заметив реакцию Андирогана. Затем Дариус радостно хлопнул в ладоши и дал еще одно указание. – Время пришло! Пошли ректору Склифору Эндру приглашение в Дракгхил с припиской, что пора снимать проклятье!
— Да, Его Владычество! Будет исполнено!
Дариус Сидиру кивнул, нельзя было откладывать ни на минуту отправку, кто его знает, как эти крохотные задержки могут сыграть с ними, с носителями древней крови..
— Ступай! – отпустил Его Владычество Андирогана.
Тот слегка поклонился и покинул кабинет. Закрыв, за собой дверь, Андироган снова тяжело вздохнул под укоризненным взглядом телохранительницы Дариуса, но ему не было дела до ее взглядов. Он теперь точно не успокоится, пока не разберется в том, что должно произойти.
Его Владычество предоставил массу намеков, помимо указаний, а Андироган сможет все сопоставить и предугадать каждый акт в будущем спектакле. И это было не делом гордости, а делом чести и обязательств. В опасности были те, кто стал ему дорог. Особенно одна персона, перед которой он был больше всех виноват.