Страница 32 из 90
Кивком головы я поблагодарила госпожу Дэйл и спокойно покинула аудиторию пятьсот сорок восемь. Целых три недели, столько будут длиться игры, а я не буду наказана! Какое счастье не чувствовать на себе тяжесть блокиратора!
Две оставшиеся делегации я встретила уже на банкете, одна из них была особо мною ожидаема, но до этого мне пришлось быстро переодеться в парадную форму академии и спуститься в церемониальный зал, который пространственно расширили и ярко, но не впечатляюще, украсили к приветственной встрече.
Немного помявшись у входа в зал, потому что я чувствовала себя крайне некомфортно в этом убогом «правильном» платье, я все-таки зашла. Мой опыт ношение платьев был куц, мое последнее платье было серебряное и ассоциировалось с балом, Бэллой и неудобством, но это форменное нечто было еще жутче, и чувствовала себя я в нем откровенно плохо.
Плотная ткань была тесная и грубая, очень плотно облегала, слишком плотно, что двигаться в нем было просто невозможно. Туфельки были такими же тугими и жесткими. И все это темного непонятного кровавого цвета. И как акцент на этом безобразии был идеально белый воротник-стойкой. «Не кровью, так силой мы сделаем из вас чистокровных рожденных драконами с прямой и гордой осанкой!» – предполагаемый лозунг мастера, что сотворил эту форму. Провидицей не буду, но я уверенна, что на других девчонках эта убогость смотрелась великолепно!
Но, я немного бастовала! Под воротником, спрятанная ото всех глаз не гордо и совсем не открыто была прикреплена эмблема пламенного факультета УМа. Эта крохотное хулиганство мысленно возвращало меня в стены родного университета и придавало мне стойкости!
Пробежавшись глазами по толпе, я знакомых лиц не увидела, а преподаватели, где должен был быть мой наставник, наверняка сгруппировались отдельно от студентов. Снова это опасное столпотворение, но на это раз Его Владычество не посетит это мероприятие, стоило ли беспокоится? Или я просто сильно заблуждалась и, действительно, запуталась в играх взрослых?
Ни участников, ни их кураторов не было и не просто так, оказалось, что их нам представит ректор официально и праздно. Совсем скоро представители УМа выйдут на сцену, и я смогу увидеть Бэллу, даже засранцу Сириллу буду рада. Интересно, кто стал кураторами от университета? Может, декан Левофус Раск? Тогда, я бы познакомила его с Заком. Мне кажется им было чем профессионально обменяться.
Мечты мечтами, а приветственная встреча началась, и помощница ректора вместе с Броерюмсой Славейк засуетились на сцене, ректор Аспид вышла на сцену. Она опять была в каком-то детском обличии, лицемерно прикрывая свое могущество. Двуликая..
— Добрый вечер, уважаемые учащиеся и преподаватели! Рада всех видеть на приветственной встрече, а, на самом деле, на открытии Всеземельных Межмагических Игр!!!
Собравшиеся радостно и громко зааплодировали, а ректор Апсид продолжила говорить:
— И я рада представить вашему вниманию всех прибывших из других высшемагических образовательных учреждений, что будут участвовать в играх в этом году! И начнем мы с объявления участников и их кураторов из Университета Магии!
Я замерла в ожидании, даже хлопать не могла. Все смотрела, как на сцену выходят университетские участники.
Возглавил делегацию Сирилл – серьезный, хмурый, злой, но даже такой он был очень красив. Что могло заставить его так сердиться? За ним чуть ли не в припрыжку шла Бэлла, озорно крутя головой и заставляя кудряшки завлекательно подпрыгивать. Она улыбалась. У меня на сердце потеплело от одного лишь взгляда на этих двоих.
За ними шел Лиорн, расслаблен и уверен. Миранда же наоборот была напряжена и старалась не показываться из-за спины моего бывшего однокурсника. За ними четырьмя шли двое кураторов. Конечно, там был Бэн! Без него никаких игр проходить не могло, я даже не удивлена, что этот нахал даже не намекнул в письме о своем прибытии, а мог бы! Однако, только мой взгляд съехал на замыкающего куратора, как мое сердце остановилось, а затем восстановило свой ритм в предсмертной агонии.
Серебристоволосый в традиционном альвийском мужском платье, Ручеек. Мое сердце могло не выдержать такой нагрузки. Спокойный и даже умиротворенный, потусторонний взгляд и облик, да, такой как всегда, как будто я и не уезжала из университета..
И его белые глаза смотрели на меня, только на меня. И в этом взгляде не было ни капли тепла. Озноб добрался до самой глубины тела, я закрыла глаза. Смотреть на Ручейка было физически больно.
Ясно, почему на свое письмо я так и не получила и жалкой строчки..