Страница 8 из 36
Глава 7. Пять лет назад
Bepa
Пять лет назад
Вино было терпким на губах, а его смех низким и бархатным, таким, от которого по коже бежали мурашки. Руслан сидел напротив меня в полумраке его кабинета, отбросив на время маску «хозяина гор». В эти редкие моменты он принадлежал только мне.
Ты уверена?
его пальцы обхватили мою руку, большой палец водил по
внутренней стороне запястья, по тому месту, где пульс выбивал сумасшедший ритм. В чем? - тихо шепчу ему, утопая в его взгляде.
Во всем. Во мне. В этом, он жестом обозначил пространство между нами: пышное, опасное, запретное.
Я была никем. Обычной студенткой-библиотекарем, живущая в скромной квартире со своей матерью.
Он был всем.
Силой, которую боялись и которой поклонялись.
Наша связь была скандалом. Нашей тайной.
- Я уверена, - тихо отвечаю ему, и это была правда.
Он притянул к себе, и его губы коснулись моих с такой жадностью, что у меня перехватило дыхание. В этом поцелуе была вся его сущность: обладание, страсть, безграничная, пугающая жажда.- Тогда останься сегодня со мной, - его голос был шепотом, обжигающим кожу. На всю ночь. Не уходи.
Обычно он отпускал меня под утро. Но сегодня было что-то иное. В его глазах отражалась тревога, которую он тщательно скрывал от меня.- Что-то случилось?
Он отвел взгляд, его лицо снова стало непроницаемым.
- Пустяки. Тебе не о чем волноваться.
Но я волновалась. Я всегда волновалась за него. Его мир жесток и опасен, и я жила в постоянном страхе, опасаясь когда-нибудь узнать, что его больше нет.
-Мать... она снова завела разговор о целесообразности наших отношений. Ее не убеждают мои доводы.
Мое сердце сжалось. Амина. С первого дня смотрела на меня как на дворняжку. Она не одобряла наш брак.
«Городская девчонка».
Сказала она мне как-то.
«Вы все хотите забраться повыше, но не понимаете, какой груз несет эта высота. Вы ломаетесь. И ломаете тех, кто пытается вас удержать». Она никогда меня не примет, - прошептала Руслану.
Она примет, потому что это мое решение, - его голос стал твердым. - Я устал от ее игр. Я хочу тебя. И точка.
В ту ночь он был особенно нежен. И особенно требователен. Как будто пытался доказать нам обоим, что наша связь сильнее любых предрассудков. Он словно пытался впитать меня в себя. Запастись мной навсегда. Я проснулась от того, что его половина кровати была пуста.
Я накинула его халат и вышла из спальни. В особняке царила тишина, нарушаемая лишь гулом системы безопасности. Я спустилась в холл. Из-за двери кабинета доносились приглушенные голоса. Руслана и его матери.
…она не из нашей среды, Руслан. - Голос Амины был спокоен. - Она не вынесет этого. Не родит тебе сильного наследника. Ее кровь слаба.- Хватит! - раздался резкий удар кулаком по столу. - Я люблю ее. И нашего ребенка. Это мое последнее слово.
Ребенок?.- в голосе Амины впервые прозвучала насмешка, но не радостная, а леденящая. - Ты уверен, что он твой? Эти девушки... они легко заводят детей, чтобы привязать к себе таких, как ты.- ЗАТКНИСЬ!
Я прислонилась к холодной стене, чувствуя, как дрожу от услышанного. Ее слова наполняли меня ужасом. Но Руслан, он по-прежнему был готов на все.
Ради меня. Ради нашего ребенка.
- Хорошо, - сказала его мать, и ее голос снова стал гладким, как полированный камень. - Раз ты так решил. Я... позабочусь о ней. Как о будущей матери моего внука.
В этот момент подо мной скрипнул пол. Я замерла. Голоса в кабинете затихли. Дверь резко распахнулась, и на пороге возникла Амина. Ее глаза цепко впились в меня.
- Подслушивать дурная привычка, девочка, - произнесла она без единой нотки упрека. - Тебе не стоит бродить ночами в таком положении. Руслан появился за ее спиной. Его лицо было искажено гневом, но, увидев Иди наверх, Вера, - сказал он, но без упрека. -
• Все в
меня, смягчилось.
порядке.
Я кивнула и повернулась, чтобы уйти. И тут же почувствовала резкую, спазмирующую боль внизу живота. Такая боль уже бывала иногда, но на этот раз она была острее. Глубже.
Я схватилась за деревянные перила, чтобы не упасть. В глазах потемнело. Голова закружилась.
- Руслан... - попыталась позвать мужа, но с губ вырвался лишь хриплый выдох.
Я почувствовала, как по ногам потекло что-то теплое и липкое. Посмотрела вниз. На светло-серых ступенях расплывалось алое пятно. Оно росло с пугающей скоростью. Последнее, что я увидела, прежде чем тьма поглотила меня.... лицо Руслана. Его глаза, расширенные от ужаса. И за его спиной лицо Амины. На ее губах играла едва заметная, надменная улыбка.
Настоящее время
Я проснулась в поту, с криком, застрявшим в горле. Рука инстинктивно потянулась к животу. Пустота. Все та же, знакомая, выгрызающая все внутри меня.
Сны о той ночи стали приходить с тех пор, как я вернулась в этот дом. Они были ярче, болезненнее. Как будто стены помнили и возвращали мне все в мельчайших деталях. Я сидела на кровати, дрожа, и пыталась отдышаться. Луна светила в окно, отбрасывая полосы от решеток на пол. Тюрьма. Он превратил нашу общую трагедию в мою личную тюрьму. Он так и не поверил, что это был несчастный случай. Он сделал виноватой меня. А его мать воспользовалась нашей трагедией и теперь пыталась сделать мне еще больней, доказывая ему, что я его не достойна. Вот только она не знает, что ее сын умеет так сильно любить, как и ненавидеть. И если он решил меня стереть в прах, то так и будет. Амина была права. Его мир сломал меня.
Я посмотрела на свое отражение в темном окне. Бледное, искаженное болью лицо. Но в голубых глазах все еще горел тусклый огонь решимости.
Он забрал у меня все. Право выбора. Свободу. Даже мое горе. Но он не забрал правду. Какой бы ужасной она ни была.
И я докажу ему. Даже если мне придется сжечь этот проклятый особняк дотла, чтобы докопаться до нее.Глава 8. Изуродованный цветок
Утро пришло хмурым, небо затянуло свинцовыми тучами, предвещавшими дождь. Заира принесла завтрак и новое темно-синее платье.
Выбор Руслана.
Строгое, с высоким воротником. Словно он пытался задушить меня самой тканью.
- Руслан ожидает вас в саду в десять, - сообщила она и удалилась. Платье было подобрано как всегда безупречно.
Я вышла из комнаты, оставив дверь открытой. Маленький акт неповиновения. Я медленно двигалась в сторону, противоположную саду. Мне нужно было вспомнить планировку этого крыла.