Страница 12 из 36
Глава 11. Кабинет
В моей голове созрел отчаянный и безумный план.
Мне нужен был доступ к крылу Руслана. К его спальне , к его кабинету. Именно там могли храниться ответы.
Но днем это было невозможно.
Охрана, Амина, Заира..
Я была у всех на виду.
Значит, ночью.
Весь день я провела в библиотеке за книгами, прогуливалась по внутреннему двору под бдительным взглядом одного из охранников. Я даже попыталась заговорить с Заирой о прошлом Руслана, но экономка замкнулась, как раковина.
- Прошлое должно оставаться в прошлом, - отрезала она и ушла, хлопнув дверью.
Чем больше от меня скрывали, тем увереннее я была... я на правильном пути. Наконец наступила ночь. Я лежала без движения, слушая, как в особняке затихают последние звуки. Пробило полночь.
Пора.
Я надела темные брюки и кофту из той одежды, что мне привезли, слишком роскошные для дома, но удобнее, чем шелестящее платье.
Я прислушалась.
В доме стояла тишина. Толкнув потайную дверь, черный ход сразу поглотил меня. Пыльный, тесный, он казался живым существом, дышащим стариной и тайнами. На этот раз я не пошла наверх, к той загадочной металлической двери.
Вместо этого я стала спускаться.
Лестница вилась змеей в толще стен, минуя главные коридоры. Я шла на ощупь, боясь включать телефон. Вскоре я уперлась в еще одну потертую дверцу. Приложила ухо. Тишина. Осторожно толкнула. Я оказалась в узком, темном коридоре, которы, судя по всему, вел в другое крыло. В крыло Руслана. Сердце колотилось так громко, что, казалось, эхо разнесется по всему дому. Я двинулась вперед, касаясь руками шершавых каменных стен.
Коридор вывел меня к еще одной потайной двери, скрытой за резной деревянной панелью с ажурным восточным орнаментом. Я выглянула. Коридор был пуст. Я знала, где его кабинет. И где его спальня. Сначала кабинет.
Красные точки камер мерцали в темноте, как глаза хищных птиц. Руслан никому не доверял: ни семье, ни друзьям. Только технологии и деньгам.
Дверь была заперта.
Конечно.
В отчаянии я прислонилась лбом к прохладному дереву, чувствуя, как злость и бессилие готовы разорвать меня изнутри. Моя ладонь опустилась на ручку двери и гневно нажала вниз. И тут раздался глухой щелчок.
Я отпрянула.
Дрожащими руками толкнув массивную дверь.
Я вошла внутрь и замерла.
Кабинет был таким, каким я его помнила. Деревянный стол из красного дерева, кожаные кресла, стеллажи с книгами и дорогими безделушками. Но что-то изменилось.
На стене за столом, на самом видном месте, висела большая картина.
Раньше ее не было.
Я подошла ближе.
Это был портрет.
Мой.
Написанный маслом.
Я была в том белом платье, в котором он впервые привез меня в этот дом. Я улыбалась, а в моих глазах сияло счастье. Но умелый художник, добавил кое-что еще... Тень грусти в уголках губ.
Предчувствие? Или это было видение Руслана? Его идеализированное воспоминание о том, кем я была до того, как все разрушилось? Рядом с портретом, на полке, стояла маленькая серебряная рамка. В ней был снимок УЗИ.
Нашего ребенка.
Надпись на полях, сделанная его рукой: «Мой наследник. 12 недель». Боль. Острая, леденящая, вонзилось под ребра, заставив тело замереть в немом крике.
Нижняя губа предательски задрожала, и я тут же до боли ее закусила. Чувствуя, как слезы подступают к глазам, я отвернулась.
Нет. Только не сейчас. Я не для этого сюда пришла.
Поймав тыльной стороной ладони слезу, грубо ее смахнула. Но вторая упрямая капля, уже жгла щеку.
Дыши.
Я сжала кулаки, чувствуя, как дрожь отступает, сменяясь стальной решимостью.
Я подошла к его столу.
Аккуратная стопка бумаг, рабочий планшет. Я попробовала включить его... Запрашивал пароль. Я открыла ящики. В основном отчеты, деловые документы, контракты. Ничего полезного.
И тогда мой взгляд упал на небольшой, неприметный сейф, встроенный в нижнюю часть стола. Он тоже был закрыт. Но рядом, в мусорной корзине, я заметила смятый листок.
Любопытство взяло верх.
Я развернула его.
Это была распечатка электронного письма.
« …анализ подтверждает. Вещество могло быть введено перорально. Егс длительное воздействие вызывает ослабление сосудистых стенок и спазмы, что могло привести к выкидышу на указанном сроке...» Кровь застыла в жилах.
Я перечитывала текст снова и снова. «Длительное воздействие ... могло привести к выкидышу...»
Никакого несчастного случая...
Это было спланированное убийство. Кто-то медленно и хладнокровно травил меня, зная, что я ношу его ребенка.
Руслан...
Все это время... он жил с мыслью, что я хотела избавиться от нашего ребенка...
Мир поплыл у меня перед глазами. Я схватилась за кра стола, чтобы не упасть.
Мой малыш...
Зажимаю дрожащей ладонью рот, чтобы не зарыдать.
Послышались уверенные шаги в коридоре.
Паника ударила в виски. Я инстинктивно погасила экран телефона, судорожно сминая листок, убирая в карман.
Прижалась к стене за дверью.
Тишина.
Только бешеный стук сердца в ушах и гул шагов.
Аслан.
Он замер за дверью.
Я перестала дышать, ожидая щелчка.
Тишина.
Но его не последовало.
Мне казалось, что я слышу сквозь массивную дверь ровный ритм его дыхания. Будто он что-то почуял. Своим звериным чутьем уловил страх.
Короткое хмыканье. И шаги Аслана, все так же неспешные, поплыли обратно..
Я осталась в темноте, дрожа от ужаса и осознания чудовищной правды. Это была не трагедия. Это было убийство.