Горец. Неподходящая, но моя!

Глава 24

Мансур

Разумеется, я сразу же поехал в больницу, здесь не нужно быть экстрасенсом, если Джамиля передала мне ключи, то в квартире уже даже её вещей не осталось.

— Чёрт! Только бы успеть...

Но видно, бог был против этого, и я застрял в огромной пробке из-за аварии на перекрёстке. Я метался, сжимал сильнее руль, раз за разом набирал номер Джамили, но он был просто отключён. Только спустя час я вошёл в больницу и сразу же поднялся на этаж, где лежала бабушка Джамили. Номер палаты я знал, но ни разу здесь не был, открыв дверь, увидел медсестру, которая заправляла кровать.

— Добрый день. Подскажите, а где Хадижат Омарова?

Медсестра перевела на меня удивлённый взгляд, скорее всего, она знала, что я меценат этой больницы.

— Её выписали...

Растерянно сжимая в руках подушку, промямлила она.

— Куда она могла поехать? К сыну вернулась?

Я знал, что Джамиля будет с ней рядом, но в то же время опасался, что в доме отца ей могут причинить вред.

Медсестра пожала плечами, и я уже хотел выйти, как она неожиданно проговорила.

— Я слышала, что внучка Хадижат Омаровны заказывала такси до Дербента.

— Дербента?

Медсестра кивнула.

— У Хадижат Омаровны там дом, вроде она собиралась там пожить какое-то время с внучкой.

У меня будто камень с плеч свалился, когда я услышал, что Джамили нет в Махачкале. Ей точно будет безопаснее рядом с бабушкой, но и тянуть нельзя, нужно обязательно ехать к ней и признаваться в своих чувствах. Нужно было раньше это сделать.

Ладно, смысла нет сейчас убиваться, нужно действовать.

Из Дербента моя Джамиля никуда не убежит, поэтому я решил остаться на пару дней и разгрести дела, освободить себе несколько дней, чтобы провести их со своей будущей женой.

Вернувшись в офис, я увидел секретаршу, которая сидела уже на своём месте. Она сразу сообщила мне, что Амина ушла и также передала пакет с обедом. Аппетита у меня не было от слова совсем, но чтобы не упасть в голодный обморок, пришлось съесть всё и погрузиться в работу.

День пролетел очень быстро, я с радостью отметил, что если завтра день пройдёт также благотворно, то послезавтра я уже смогу поехать к любимой.

В гостиницу я вернулся, но только лишь чтобы забрать свои вещи и поехать на квартиру. Теперь не было смысла снимать номер. Квартира встретила меня тишиной. Я оставил сумку в прихожей и, сняв обувь, прошёлся по всем комнатам. Вроде всё здесь было точно так же, как и в тот день, когда я привёл сюда Джамилю, но что-то всё равно поменялось.

Запах...

Пусть Джамиля всё убрала, расставила по своим местам, но всё равно я чувствовал аромат, который принадлежал только этой замечательной девушке.

Жасмин...

Именно этот нежный цветок ассоциировался с нежной красотой Джамили.

Приняв душ, я лёг в постель, уткнулся в подушку, которая пахла жасмином, уснул быстро и крепким сном.

Утром проснулся рано, но чувствовал себя отдохнувшим, всё-таки эта квартира, после того как здесь побывала Джамиля стала мне очень дорога, и я очень хотел, поскорее привезти свою законную жену в эти стены.

Как же быстро поменялось моё мнение насчёт брака, ещё месяц назад я и слышать не хотел об этом, а сейчас жажду.

Встав с кровати, я прошёл в душ, потом быстро собрался и полетел на работу, всё это время улыбка не сходила с моего лица.

Скоро...

Уже завтра я увижу Джамилю и всё ей расскажу.

Работа шла прекрасно, я встретился с теми, кто будет проводить модернизацию завода, и мы договорились о начале работ. Вечером я предупредил секретаршу, что буду отсутствовать пару дней. Выйдя из офиса, я сел в свою машину и уже хотел поехать на квартиру, но потом развернул машину и помчал совсем в другую сторону города.

Я собирался утром выехать в Дербент, но у меня не было никакой одежды, лишь тот минимум, который я приобрёл в торговом центре. Можно было, конечно, заехать и купить всё, что нужно, но я решил съездить в родительский дом и собрать чемодан. Мы с Джамилей всё равно будем жить в квартире, поэтому и тянуть больше нет смысла. Остановив машину у ворот, я спокойно вошёл во двор, открыл дверь в дом и замер, услышав голос матери из гостиной.

— Успокойся, я тебе говорю. Никуда Мансур не денется, женится на Айнур как миленький. Я уже всё устроила, та девка нам больше не помеха. Завтра её отец заберёт и выдаст замуж, бывший жених согласился взять эту опозоренную второй женой, лучшей партии ей всё равно никто не предложит.

Сердце билось так быстро, что готово было вырваться из груди, я стоял и сжимал кулаки.

Опять интриги...

Я же просил мать больше не вмешиваться в мою жизнь, но, видимо, она меня не услышала. Ну что же, ей потом придётся, расхлёбывать последствия того, что она задумала.

Джамилю мою второй женой решил взять...

Я вспомнил морду её бывшего жениха, и мне снова захотелось научить это ничтожество, что моё трогать нельзя.

Хотя...

Что мне вообще мешает это сделать?

Так и не войдя внутрь дома, я развернулся на пятках и практически бегом вылетел со двора и запрыгнул внутрь своей машины. Я прекрасно знал, где живёт семья Гаджиевых, и сейчас ехал именно к их дому. К моему удивлению, перед домом, где жили родители Джамили, стояли несколько машин, да и ворота были открыты настежь, я не стал стесняться и вошёл внутрь.

Сегодня мне везло слышать разговоры, не предназначенные для моих ушей.

Во дворе был накрыт большой стол и, по всей видимости, здесь был праздник. Все были так заняты, что не видели меня и продолжали разговаривать.

— Мирза, не волнуйся, я обо всём договорюсь, когда ты привезёшь мою дочь, то мулла уже будет вас ждать, сразу заключим никях, и она больше никуда не сбежит.

— Я на это надеюсь, дорогой тесть, если эта девчонка снова попытается меня опозорить, то я научу её уму-разуму, уж об этом даже не переживайте. Будет у меня как шелковая и думать забудет о своей учёбе.

— Правильно брат, женщин нужно воспитывать, а то совсем от рук отбились. Если бы отец мне не запретил, я бы давно сестру за волосы приволок домой и заставил молить о прощении.

И эти люди называются семьёй? Их уважают? За то, что они ходят исправно в мечеть? А своего ребёнка готовы «воспитывать» за то, что она хочет жить, как велит ей сердце?

Мне было тошно от этого, и я мог жениться на Джамиле без их «благословения», но мне очень хотелось, чтобы всё было по правилам. Чтобы моя дорогая и любимая жена, вспоминая день нашей свадьбы, только улыбалась, а не грустила из-за того, что родители её не поддержали.