Секрет в конверте

Дети уходят. Елена смотрит им вслед.

— Они прекрасны, — говорит она. — Похожи на Романа.

— Вера характером в него, — говорю я. — Коля — внешностью. Только светленький.

— Он похож на моего свёкра, — она вытирает слёзы. — На Николая. Роман рассказывал?

— Да, — киваю я. — Я назвала Колю в его честь.

Елена смотрит на меня. В её глазах — удивление.

— Вы назвали сына в честь моего свёкра? — переспрашивает она.

— Роман любил его, — говорю я. — Он рассказывал, каким врачом был его дед. Я хотела, чтобы Коля знал, что в его роду были хорошие люди.

— А я? — она смотрит на меня. — Я в ваших глазах плохой человек?

— Я не знаю, какой вы человек, — честно отвечаю я. — Я знаю, что вы сделали. Это было плохо.

— Я хочу это исправить, — говорит она. — Я не знаю как. Но я хочу.

Я молчу. Я не готова прощать. Не готова доверять. Но я вижу, что она изменилась. Или притворяется? Я не знаю.

— Вам нужно уйти, — говорю я. — Роман скоро вернётся. Он не должен видеть вас здесь. Не сегодня.

— Я уйду, — она встаёт. — Но я вернусь.

— С Романом, — напоминаю я. — Не одна.

— Хорошо, — она кивает. — С Романом.

Она идёт к двери. Останавливается, оборачивается.

— Дарья, — говорит она. — Спасибо, что не выгнали меня.

— Я думала об этом, — честно говорю я. — Но дети не должны видеть злость.

— Вы хорошая мать, — она смотрит на меня. — Лучше, чем я.

— Это не сложно, — отвечаю я. — Вы сами сказали.

Она усмехается. Выходит. Дверь закрывается.

Я стою в коридоре, прижимаю руки к груди. Сердце колотится. Я не знаю, правильно ли поступила, впустив её. Но я знаю, что не пожалею.

Вечером я рассказываю Роману.

Он приходит уставший, бледный — операция была сложной. Я встречаю его у двери, помогаю снять пальто.

— Ты как? — спрашивает он.

— Нормально, — отвечаю я. — У нас был гость.

— Кто?

— Твоя мать.

Он замирает. Смотрит на меня.

— Что? — переспрашивает он. — Она была здесь? Когда?

— Утром. После того как ты уехал.

— И ты впустила её? — его голос становится жёстче. — Зачем?

— Она хотела поговорить, — я беру его за руку. — И увидеть детей.

— Дети видели её? — он бледнеет.

— Да, — киваю. — Недолго. Вера и Коля вышли из комнаты.

— Что она сказала? — он сжимает мою руку.

— Что хочет всё исправить, — говорю я. — Что хочет быть частью их жизни.

— И ты поверила? — он смотрит на меня.

— Нет, — честно отвечаю я. — Но я не стала выгонять её.

— Почему?

— Потому что она плакала, — я смотрю на него. — Я не видела её такой. Она смотрела на детей и плакала.

Роман молчит. Я вижу, как он борется с собой.

— Я не хочу, чтобы она была рядом с ними, — говорит он. — Она опасна.

— Может быть, она изменилась, — говорю я.

— Или притворяется, — возражает он.

— Тогда мы будем осторожны, — я сжимаю его руку. — Но если мы оттолкнём её сейчас, она станет нашим врагом навсегда.

— Она уже враг, — он качает головой.

— Она твоя мать, — напоминаю я. — И бабушка твоих детей.

— Которая хотела их убить.

— Она хотела защитить тебя, — я смотрю на него. — Она ошиблась. Но она хотела как лучше.

— Ты защищаешь её? — он удивлён.

— Нет, — качаю головой. — Я просто не хочу, чтобы ты потерял мать. Ты уже потерял пять лет. Не теряй больше.

Он молчит. Потом обнимает меня.

— Я люблю тебя, — говорит он. — Ты слишком добрая.

— Я просто устала злиться, — отвечаю я. — Злость не приносит счастья.

— Откуда ты знаешь?

— Я пробовала, — я улыбаюсь. — Пять лет. Не помогло.

Он смеётся. Впервые за сегодня.

— Что будем делать? — спрашивает он.

— Ничего, — отвечаю я. — Пусть она придёт снова. С тобой. Или с отцом. Мы поговорим.

— Ты уверена?

— Нет, — честно говорю я. — Но я хочу попробовать.

— Ради детей?

— Ради нас, — я смотрю на него. — Ради будущего.

Он целует меня. Долго, нежно, как в первый раз.

— Я люблю тебя, — шепчет он.

— Я тебя люблю, — отвечаю я.

Дети спят. Мы сидим на кухне, пьём чай. Роман рассказывает об операции — спас ребёнка, которого другие врачи списали. Я слушаю и горжусь им.

— Ты знаешь, — говорит он. — Когда я оперирую, я думаю о наших детях. О том, что они здоровы. О том, что я спас чью-то жизнь, чтобы кто-то ещё мог обнимать своего ребёнка.

— Ты хороший врач, — говорю я.

— Я хороший отец? — он смотрит на меня.

— Ты учишься, — улыбаюсь я. — Как и я.

— Нам есть куда расти, — он берёт меня за руку.

— Но мы вместе, — говорю я. — Это главное.

Мы сидим, обнявшись, пока за окном не начинает светать.